— Ладно. Поеду, а вы тогда оставайтесь.

— Будь осторожен. Хорошо? — говорю и заглядываю в глаза. Не хочу отпускать. Мне спокойнее, когда он рядом, со мной.

Но пора отвыкать от этого.

— Хорошо. Я быстро, показания дам и сюда. Не скучайте.

— Не будем, — лукавлю в ответ, когда он уже выходит из палаты. Снова смотрю на показатели Джона. Потом на него самого.

— Спасибо тебе. Если бы не ты, я бы, наверное, сдох на своем же полу.

— Могли бы. Три раза вам сердце вчера запускала. Последний раз думала, уже все, не заведем вас, а нет. Видите, как оно. Вы тут, разговариваем.

— Тебе спрятаться надо, — тему резко меняет. — Уезжайте. Бери Джексона и уезжайте. Подальше. Не знаю, в Техас.

— Нет, кэп. У меня планы другие. — Подмигнула ему, но вышло немного истерично.

— Не глупи, деточка. Планы у нее. С пулей в башке будешь валяться, вот чем твои планы закончатся, — кэп не выбирает выражения, всегда правду лупит, как пулемет.

— Значит, не удалось у меня, если такой исход будет. Но я на другой надеюсь.

— Слышно что? — спрашивает и взглядом намекает. Хрен его знает, может, и здесь слушают нас.

— Не-а, гробовая тишина. Я уже начинаю паниковать, если честно.

— Рано. Нормально все. Точно знаю. Пришли бы уже за тобой.

— Как в прошлый раз?

— Нет, то Маркос, придурок. Кого бы посерьезней прислали, чтобы наверняка.

— Ну значит, пока не ищут, нужно действовать. Сколько можно прятаться.

— Что хочешь делать?

— К истокам вернусь. Родина зовет, капитан.

— Не надо, Кира. Не надо. Лучше уехать. — Печалит его мой выбор. Видно по глазам, напряженным губам. Так близко явнее видно его сходство с сыном. Надо же, так похожи. Глаза эти…

— Пока жив он и все, кто ему помогает, мне не будет спокойно. Я буду постоянно бояться за вас, за Джексона. А еще и за Эмму, которая даже домой не может вернуться. Оглядываться, вздрагивать от каждого шороха. Надоело мне, капитан.

— Знаю, милая. Знаю, что надоело. Но ты сильно рискуешь собой.

— Если бы только собой. Мне там помощь нужна будет.

— Знаешь, куда ехать?

— Да. — Киваю.

— Обдумай все. Хорошенько. Пути отхода, — напутствует, но сам недоволен моим решением. Но хоть не отговаривает.

— Давно уже все обдумала. План есть, деньги тоже. Главное, чтобы там мне помогли. Как думаете?

— Точно помогут. В этом я не сомневаюсь.

— Тогда и говорить больше не о чем. Отдыхайте, я позже зайду.

— Кира… — позвал, когда хотела выйти из палаты.

— Да. — Остановилась, оглядываюсь.

— Джексона бери с собой.

— Этого точно не будет. Не просите даже.

— Я и не прошу. Говорю, как лучше сделать.

— Одной мне будет спокойнее. Вы же все понимаете. Не говорите ему…

— Заставляешь меня врать сыну?

— Нет. Просто не говорите ему, куда я делась.

— Не смогу, — тихо отвечает. Знаю же, что не сможет. Точно скажет.

— Я прошу вас. Вы же мне всегда помогали, приглядывали. Помогите и сейчас. Я не хочу, чтобы он умер.

— Ох, деточка. Я, конечно, тебя не смогу переубедить, но ты подумай еще. Может, лучше взять Джексона и все-таки в Техас?

— Отдыхайте. Я к вам позже зайду.

Выхожу из палаты почти бегом. Давит на меня эта беседа. Наворачиваю круг по этажу и захожу в дежурку.

Никого.

В ванную прямиком, дверь закрываю. Воду включаю, холодными каплями в лицо. Помогает, чтобы не заплакать.

Смотрю на отражение.

Я же все правильно решила?

Я должна. Я могу хоть что-то изменить, если повезет. А пока мне везло, значит, и в этот раз тоже.

Решено.

Я лечу в Мексику.

В кабинете своем сижу. Дверь закрыла. Набираю Эмму, тут же ответила. Знает: если номер не определился, значит, я звоню.

— Привет, — стараюсь сделать голос как можно радостней.

— Кира, здравствуй, милая. Как ты? — А вот у нее голос встревоженный, как и всегда.

— Все хорошо. Со мной все хорошо, — говорю убедительно. — У меня мало времени, послушай меня. Обстановка накалилась, я должна ненадолго уехать.

— Куда, дорогая?

— Я не могу сказать. Ты же знаешь. Но ты не беспокойся. Все будет хорошо, как и всегда.

— А я могу возвращаться домой?

— Через неделю где-то, — прикидываю в голове. Если меня не шлепнут, то через неделю я смогу отдать эту чертову флешку ФБР, и они защитят Эмму. А если все-таки пристрелят, то ей и вовсе ничего больше не будет угрожать.

— Поняла, через неделю, значит, прилечу. Но ты же будешь мне звонить?

— По возможности. Только ты не переживай, у меня все под контролем. — Тон уверенный, а у самой в груди кошки скребут от вранья.

— Ты же знаешь, что я не могу не беспокоиться. Всегда за тебя переживаю.

— Знаю, но ты уж постарайся.

— Хорошо, — нехотя соглашается тетя.

— И еще, тут Джон в больницу попал, с огнестрельным, лежать будет долго. Навести его, как приедешь.

— Ой, Кира. Как он? — воскликнула громко.

— С ним тоже будет все хорошо. Но забота ему не помешает.

— Приеду и сразу к нему. Булочек настряпаю, его любимых. Сделаю, милая. Сделаю.

— Ну все, мне пора. Я люблю тебя и очень скучаю.

— И я детка, и я.

Слезу с щеки смахиваю, когда вызов сбрасываю.

На память номер телефона набираю, отвечают не сразу.

— Слушаю.

— Том, это Кира. Мне помощь нужна.

— Господи, Кира. Ты жива еще? — ехидничает старый знакомый.

— И тебе добрый день. Живее некуда. Так что, поможешь?

— Что нужно? — Том всегда по делу спрашивает. Не любит он муть. Просьба — в ответ действие.

— Билет до Чикаго. А оттуда до Даллеса. Разные документы на рейсы. И в Далласе тачка нужна мне, неприметная. Чистые номера. Как доберусь до Сан-Антонио, позвоню. Мне нужно перейти границу…

— Сейчас жестче все стало, готовь бабки.

— Том, ты знаешь, деньги для меня не проблема. У меня сроки, билеты нужны завтра и доки тоже.

— Будут тебе документы, все сделаю. Завтра к обеду приезжай. Не суетись только и хвост не тащи, ты у нас сейчас дама приметная.

— Знаю. К обеду жди.

— На связи.

— Ага.

Сбрасываю вызов. Пялюсь в одну точку какое-то время. Думки разные в голову лезут, отмахиваюсь от них.

— Все правильно, — говорю себе вслух. Будто убеждаю себя в правильности решения. А все и так правильно. Иначе и быть не может.

Осталось собрать вещи, наличку и вперед.

И вновь беру телефон, снова на память номер набираю.

— Алло, — агент Грин отвечает быстро.

— Это Кира.

— Здравствуй. Что-то случилось?

— Нет. Ваше предложение еще в силе? — рискую ему доверять, но у меня нет выхода.

— Я от своих слов не отказываюсь, Кира. Никогда, — говорит вроде серьезно, правдиво.

— Вы сможете мою тетю защитить? Она через неделю вернется в Бостон.

— Сделаю.

— А еще капитана Джона Девиса и сына его, детектива Джексона Девиса.

— Копы? Им тоже нужна защита?

— Девиса старшего подстрелили, он в больнице…

— Это я знаю. Там дежурит патруль.

— Этого недостаточно. Один человек не помеха для… Ну вы поняли.

— Ты решила поехать… — перебиваю.

— Я решила рискнуть своей жизнью. Я доверюсь вам, не подведите.

— Клянусь тебе. От меня еще что-то нужно?

— Защитите моих близких. Эти три человека — все, что у меня осталось. Не дайте Маркосу их убить.

— Я все сделаю. Звони, и мы тебя вывезем.

— Знаете что, Роберт. Если у меня получится, я и сама смогу вернуться. А если нет, то и вы не сможете мне помочь. Поэтому обещайте только то, что в вашей власти. Сохраните им жизнь, и вы получите все, что хотите.

— Береги себя, девочка.

— Ну это уж как пойдет. До встречи.

— До встречи, Кира.

Телефон выключаю и в урну. Осталось решить последний маленький вопрос. Или не маленький.

Самый трудный. Болезненный. Мне нужно попрощаться с Джексоном. Попрощаться так, чтобы он ничего не заподозрил.