Он шмыгнул носом, достал из нагрудного кармана носовой платок и высморкался.

- Конечно, это всего лишь предположение, - заключил он, убирая носовой платок.

Голова надолго замолчала, единственным звуком было тихое рычание сверхъестественного пламени.

- Немного умновато, не так ли? - сказало оно.

- Ты понятия не имеешь, - сказал Шадрах.

- Да, я все это сделал, я обучил дреффов, и сегодня вечером они отправляются на охоту на вампиров. Я не могу дождаться. К завтрашнему утру улицы будут полны вампироногих, повсюду. Это послужит им уроком, уродливым ублюдкам.

Бозе хотел что-то сказать, но Кабал остановил его жестким взглядом и поднятым указательным пальцем.

- Все это очень остроумно, - сказал Кабал Эркузидесу. - Я уверен, что все пройдет гладко. Тем временем, однако, возможно, вы могли бы помочь мне с моей маленькой проблемой. Обещаю вам, у нас нет ни малейшего желания задерживаться здесь, нарушая ваш покой.

Глава тяжело вздохнул. 

- О, если ты должен. Тогда продолжай. В чем дело?

- Мы ищем нечто, что формально называется “Фобическим анимусом”, но вы, возможно, знаете о нем под каким-то другим названием. Это дух страха, воплощение ужасов. Он обитает где-то в Стране Грез. Ты знаешь, где мы можем его найти?

- Ты ищешь духа страха? - Голос Эркузидеса звучал медленно, в его тоне сквозило недоверие. - "Фобический анимус: это хорошее название".

- Спасибо, - сказал Бозе, прежде чем Корд ударил его по руке.

- Вы глупцы, раз ищете этого. Вы все наверняка умрете.

- Да, хорошо, как бы то ни было, - сказал Кабал, изо всех сил стараясь не ответить комментарием по поводу текущего состояния самого Эркузидеса. - Дело в том, что нам все еще нужно знать, где это. Вы можете нам помочь?

Он сделал паузу, но голова ничего не сказала.

- О великий и мудрый философ, - добавил он категорично, предприняв неубедительную попытку польстить и бесстыдно подхалимничать.

Смерть, к счастью, никак не повлияла на проницательность Эркузидеса, и когда он заговорил дальше, это было с неоправданным самодовольством. 

- О, я могу сказать тебе, где это искать, хорошо. Но захочешь ли ты, это уже другой вопрос.

Кабал прикусил язык и утешил себя мысленным образом удара непокорной головой прямо в висок хорошо поставленным пинком.

- Совершенно верно, о небесный мудрец, но давай предположим, что мы проигнорируем все предупреждения и все равно отправимся. Где мы можем это найти?

- Замороженное сердце, которое ты ищешь, - продолжил Эркузидес, которому явно нравилось говорить успокаивающие вещи настолько сильно, что это влияло на построение его предложений. Взгляни на далекий остров Мормо, глубоко в Серенарианском море. Он далек от парусных путей смертных. Его не увидеть живому глазу. Оно не обозначено ни в книге, ни на карте".

- Погодите, - перебил Кабал. - Вы хотите сказать, что никто не знает, где это?

Голова сделала паузу, немного раздраженно. 

- Это далеко, - повторило оно, - от морских путей смертного человека. Невидимое это...

- Досадно слышать, как ты говоришь в такой нелепой манере, - парировал Кабал. - Если перейти прямо к делу, ты не знаешь, где это находится? Никто не знает, где это?

- Ледяное Сердце, которое ты ищешь, - сказал Эркузидес, начиная с самого верха. — Посмотри на...

- Далекий остров Мормо. Да, да, я получил эту ценную информацию. Но знание названия этого места не сильно поможет, если я не смогу потом найти его в альманахе. Где находится остров вердаммт Мормо? И если вы скажете, что это глубоко в Серенарианском море, я не буду отвечать за свои действия. Местонахождение острова Мормо неизвестно и непознаваемо, это тайна самих богов, которую они ревностно охраняют, ибо в какой степени обожание их почитателей проистекает из страха? Но ... - быстро добавил Эркузидес, потому что услышал раздраженное ворчание Кабала и внезапно испытал экстрасенсорное видение возможного будущего, которое включало в себя путешествие на огромной скорости и высоте через храм, чтобы врезаться в стену. - ... Но ... это не значит, что остров недостижим. Однажды великий волшебник Хеп-Сет из Голтота вознамерился отправиться на поиски этого острова. Не ради Замороженного Сердца, а ради великого оружия, которое, как говорили, боги хранили там против будущего, в котором даже боги могут воевать. Обладая хотя бы одним таким сокровищем, никто не устоял бы против него, и даже боги боялись бы его, потому что он мог сразить их их же собственным оружием. Это был прекрасный план, но тщетный, потому что он не учел всего, что могло с ним случиться, прежде чем он обзаведется таким оружием.

- Он хвастался, что знает, как добраться до Мормо, и говорил о семисторонних воротах, которые укажут путь.

-А потом?

- А потом ... больше ничего не известно. - Эркузидесу удалось создать впечатление, что он качает головой, ни на йоту не сдвинувшись с места. - Это все, что нам известно.

- Голтот. - Кабал достал из сумки свои записи и пролистал их. - О, клянусь всем, что свято, и многими вещами, которые таковыми не являются... Я боялся этого. Мы должны вернуться тем же путем, каким пришли, и ... - Он помолчал несколько мгновений, продолжая читать, а затем с выражением сильного раздражения запихнул их обратно в сумку. - Братья Гримм могут жить в этом отвратительном месте, - сказал он наконец, когда его гнев был хоть немного взят под контроль, - и я надеюсь, что это их задушит.

Он убрал пробирки в футляр, а затем в "Гладстон". 

- Мы должны составить план побега из этого места, - тихо сказал он. - Сюда приближается что-то колоссальное, деревянное и необычайно опасное.

- Мой колосс? - переспросил Эркузидес. - Ты ошибаешься. Его еще не оживили, и даже когда оживят, он, очевидно, не станет нападать на людей. Это было бы смешно. Я обучил дреффов нападать только на вампиров.

Кабал поднял голову и заглянул в зияющие глазницы.

- Сэр, - сказал он, - ваши методы обучения оставляют желать лучшего.

- Я... - Эркузидес запнулся. - Что произошло именно тогда? Пол... Где находится пол? Почему я не могу пошевелиться?

В его голосе звучало скорее любопытство и смущение, чем испуг, как будто с ним разыграли довольно необычный розыгрыш.

- Почему я не могу видеть?

- Ах, - сказал Шадрах, переходя в свой профессиональный режим, в котором он был искусен в общении с недавно пережившими утрату и с теми, кто все отрицал.

- Ты мертв, - сказал Кабал, чей профессиональный режим использовал совсем другой набор навыков, даже если они также применялись к мертвым. - Твое творение оторвало тебе руки и ноги, волей-неволей раскидало их по всему дому, а потом проломило тебе череп. Посмотри на это с положительной стороны: это даже близко не повредило твою голову так сильно, как у вампиров, которых мы видели по всему городу. Я думаю, дреффы, возможно, были нежнее с тобой, потому что ты заботился о них и обучал их.

- Ты говоришь чушь, парень! - воскликнула голова. - Я тщательно обучал их! Я даже надела костюм вампира, который сшила сама, так что ... Оооо... 

Эркузидес на мгновение задумался, в течение которого остальные выглядели неловко и несколько смущенно. Осознание того, что у тебя отрублена голова, - это личный опыт.

- Нет. Нет! Они не поняли бы неправильно, что я имел в виду. Они не могли...

- Они хотели, они могли, и они сделали это. Вероятно, они были немного ошеломлены тем, что вы хотели, чтобы они убили вас – если они вообще понимали, что именно это они делали, – но тренировка есть тренировка. Они видели вампира, но они также видели человека, и у них сложилось впечатление, что вы хотели уничтожить оба вида на месте. Вы разговариваете со мной в данный момент только потому, что я некромант. Ты можешь сам разобраться с последствиями этого.

- О, ну что ж, это просто замечательно. - Тон Эркузидеса свидетельствовал о том, что нет, это не так. - Я покинул Бахарну в первую очередь, чтобы обрести тишину и покой. Продал свою башню и приехал сюда. Я знал, что там будут вампиры, но я думал, что это место лишилось своего населения. Без тел, из которых можно порождать, сколько вампиров вообще может быть? Сотни! Вот сколько! Сотни! Вся эта возня с дреффами, сухожилиями и креозотом - и ради чего? Чтобы эти маленькие ублюдки могли оторвать мне конечности и проломить череп!