Мысли проносились на огромной скорости, словно болиды формулы один.

«Что делать? Что делать? Что делать?» — неумолимо крутился на репите один вопрос в голове, словно одинаковые удары сердца. Пространственный аспект не отзывался, а тень… Как можно использовать тень в мире, где её фактически не существует? Даже солнце на безоблачном лишённом синевы небе оставалось апатичным и блеклым.

— Да какого хрена! — зарычал я и обратился к аспекту тьмы.

Когда до земли осталось чуть меньше метра, я вспомнил. Если бы мог, то ударил бы себя по лбу за глупость! Тьма ведь всегда со мной, и с чего я решил, что, попав в серый теневой план, этот факт изменится? Не важно, что вокруг, тьма всегда внутри меня!

Я закрыл глаза и в этот миг ощутил энергию, что разом выплеснул перед собой.

Бах!

Из плюсов — я жив и смог использовать аспекты тьмы. Из минусов — всё тело превратилось в сплошную гематому, а аспект жизни не спешил приступить к скорейшему исцелению. Оно и не удивительно, я уже убедился, что другие аспекты тут не работают. Во время падения я пытался призвать плащ из брони, опереться о пространство вокруг, чтобы открыть портал, но всё тщетно. Хотя бы тьма работает и то хлеб.

Рядом материализовался Степан. Причём он будто вышел из тени, хотя тут ею и не пахло:

— Тьма внутри тебя, — отстранённо произнёс он. — Она всегда с тобой, но её крайне мало, поэтому мы ищем тень, а наше время — ночь.

— Ага, — я с трудом уселся на асфальт и посмотрел на кровь. Сначала она имела положенный алый цвет, но с каждой секундой теряла яркость. — Зачем толкнул?

— Это лучший способ понять, как использовать аспект в тени.

— Ладно, — морщась от боли сказал я, — мне нужно в реальность, подлечится.

— Царе… Алексей, — покачал головой Степан. — Это пространство и есть реальность, просто другая. Вы должны научиться использовать тьму не только как оружие и защиту, но и для всего остального.

— Это как?

— Прикажите вашей силе исцелить вас. Представьте, как всё ваше естество пропитывает тьма, исправляя учинённый вред, — говорил он это с уверенностью.

— Хорошо, — со скепсисом кивнул я, не представляя как это вообще возможно. Одно дело аспект жизни, что исходит из самого физического тела. А здесь якорем является темнота, как она может лечить?

Я закрыл глаза и в тот же миг ощутил опасность, после чего открыл глаза, уставившись на невозмутимо стоящего Степана.

Снова прикрыл глаза и опять чуйка забила тревогу.

— Степан, — нахмурился я.

— Вы не можете себе позволить такую роскошь, как закрывать глаза во время боя, — развёл руками он.

— И как же мне тогда быть? Где в этом проклятом месте взять тень? — начал раздражаться я.

Степан лишь молча смотрел на меня, даже не пытаясь подсказать. Ну конечно, как всегда, всё сам.

Я поискал глазами хоть какой-то намёк на темноту, но ничего. Асфальт под ногами, почти сливался с зданиями вокруг и лишь еле уловимые линии отделяли одно от другого, возможно, это мой мозг сам их дорисовывал, чтобы сохранить рассудок.

— Ваше тело, — он вытянул руку перед собой, — оно отличается от окружающей реальности.

Я опустил взгляд на свои ладони и с удивлением понял, что они не стали серыми как этот мир, а сохранили естественный цвет.

— Но как? — не сводя от рук поражённого взгляда, спросил я. — Насколько я помню, восприятие цветов зависит от освещения…

На это Степан довольно улыбнулся.

— Погоди… — я ошарашено поднял на него глаза, — как и беляки, я тоже испускаю свет?

— Беляки сильнее, люди в меньшей степени, — кивнул он. — Но все живые существа испускают свет в этом мире.

— Все? — я удивлённо посмотрел на Степана, который не светился.

Степан лишь улыбнулся и промолчал.

Что ж, если он столько жил в тени, то наверняка научился маскироваться. Вот бы и мне так научиться.

— Тогда тень… — я начал яростно массировать виски, стараясь активировать мыслительный процесс, а после посмотрел на кончики пальцев, до слёз напрягая зрение. Да не, бред же… Хотя… она везде.

После чего я сконцентрировался на кончике пальца, а спустя секунду из него хлынула тьма.

— Именно так. Весь этот мир плотная тень, даже воздух, поэтому свет не может её преодолеть, а насыщенная тьма образуется по контуру тела, — проговорил Степан.

— Я не понимаю физики всего этого, но с этим можно работать, — довольно кивнул я. — А теперь, — я снова поморщился от множественных ушибов, — мне нужно поработать тёмным лекарем.

Поняв, что тень теперь буквально окутывает меня, я прислушался к внутреннему голосу, тому, что отвечает за освоение магии, и представил, как вся кожа вмиг почернела, а потом тьма впиталась в тело, и стало легче. Боль тут же растаяла, а на её место пришла бодрость.

В который раз убеждаюсь, что в магии без образования делать нечего. Любого сильного одарённого, действующего на одной интуиции, уделает более слабый, но умелый. Как говорил мой сенсей по джиу-джитсу: «в любом сражении прежде всего нужна голова, а потом уже мышцы».

— Вот сейчас можно начать обучать вас премудростям тени, — белозубо ухмыльнулся Степан.

— Я готов, — улыбнулся я в ответ.

Обучение шло экстремально. Степан показывал, к примеру, как сформировать копьё тьмы, при этом указывая на необходимую плотность энергии, которая определялась по оттенкам чёрного, от светлой, она же слабая, до эссенции, самой сильной. Последняя, к слову, у меня никак не получалась, но я не унывал, а продолжал осваивать навыки и хитрости, особенно много было связано с перемещением. По словам Степана, благодаря «покрову тени», как он назвал тьму, что окутывала тело слоем в волос толщиной, если не меньше, в этом мире можно даже летать.

Но для этого требовался запредельный уровень контроля силы и полная адаптация к окружающей серости. Ни первого, ни второго у меня не было, но какие мои годы! Путь осилит идущий, а в моём случае, скачущий галопом, от того, что время безжалостно утекало сквозь пальцы. Скоро начало учёбы, а ещё проблемы с государством и боярами, которым придётся не по душе моё становление князем. И не просто князем, а правителем волшебной территории, что по факту является аналогом месторождения нефти в моём мире, только здесь вместо чёрного золота — волшебные ингредиенты и артефакты.

Так вот, каждый раз, когда Степан обучал меня чему-то новому, то мы обязательно это испытывали на практике, и обязательно в экстремальных условиях, будь то боевой шар тьмы или способ передвижения «мерцание шагов», где мне приходилось переходить то в реальность, то снова в тень, ежесекундно мелькая в обоих измерениях.

В обоих вариантах мне приходилось рисковать жизнью, используя лишь только что изученный навык. Степан стрелял по мне чёрными пулями, которые не были столь же быстрыми как от огнестрела, но от этого не становилось легче. Дважды я поймал такой заряд, после чего некоторое время рычал от боли, пока тьма исцеляла.

Зажимая ярко алую кровь, что пыталась выбраться из моего бедра, я думал о том, что сейчас я тоже в некоторой степени тень, и именно из-за этого тьма способна вылечить меня здесь. Как сказал Степан, в цветном мире это невозможно.

Когда до сентябрьской линейки остался один день, я вновь отправился к тому месту, где кишели беляки и меня ждал артефакт, усиливающий аспекты. И конечно, добыча из самих белых тварей. Время прокачать свой аспект тьмы!

— Царе… — Степан запнулся, видимо в его голове обращаться к потомку своего императора как-то иначе звучало кощунством, но Степан усиленно боролся с собой: — Алексей Николаевич, я не уверен, что вы готовы идти туда, — он кивнул на забор. — Вы, конечно, кое-чему научились, но «беляки» рождаются в тени, даже мне с ними туго.

— Я справлюсь, — решительно произнёс я, не сводя глаз с вражеской территории.

В этот момент вдали раздался знакомый странный рёв.

— Второй раунд, — оскалился я. — Только в этот раз я готов.

Сделав глубокий вдох, я шагнул в тень и неспеша двинулся к забору.