А тот брак, который я выбрал сам — я сам же и разрушил…

— Извиняюсь за ожидание! — директор школы возвращается в свой же кабинет в компании тучной, но внешне приятной женщины. — Познакомьтесь, это Светлана Викторовна! Она любезно согласилась выделить несколько дней и съездить в детский дом, чтобы провести тесты. Для пятиклассников в один день, а для первоклассников в другой. По результатам будем распределять места, — произносит, опускаясь в свое кресло. — Наша школа также подумала, и мы согласны поспособствовать и организовать дополнительный класс для ваших детей!

— Нет! — резко отвергаю его предложение. — Я бы хотел, чтобы дети из детских домов были перемешаны с другими детьми. Не стоит сразу же отделять. Для таких детей важна социальная адаптация.

— Да, как скажете!

Они согласны на все. Лишь бы моя семья лично проспонсировала школу. Мне уже намекнули на обновление спортзала, и я любезно согласился.

— А вот от дополнительных мест мы бы не отказались, — с нажимом произношу.

— Да, конечно! — восклицает директор. — Светлана Викторовна, что скажете?

— Предлагаю в понедельник провести тест для пятиклассников и в среду для первоклассников, так как они требуют больше внимания, — мягко произносит женщина. — Устроит?

— Я должен буду присутствовать? — уточняю, мысленно достав свой ежедневник и попытавшись найти окно в эти дни. Ни одного… Сегодня единственный более-менее свободный день.

— Желательно, — тянет она.

Так-с, и что делать?

Бросаю взгляд на свою невесту, оценивая на предмет помощи, но быстро замечаю, что она вновь в своем телефоне. Вздыхаю и возвращаю свое внимание на женщину.

— Моя сестра будет, — говорю Светлане Викторовне. — Она является учредителем благотворительного фонда.

Эстель сейчас занята своими делами, но думаю, что сможет выделить время для тестов. А если и она не сможет, то что-нибудь придумаю.

— Хорошо! — кивает женщина.

— Спасибо вам за встречу! — благодарю всех, собрав предварительные документы обратно в папку. Встаю на ноги и бросаю взгляд на невесту. Та не реагирует на меня. — Ксюша, мы уходим! — отвлекаю невесту от ее телефона.

— Да? — вскакивает радостно. — Пойдем! Наконец, — первой несется на выход, вылетев словно пробка. Даже меня не ждет.

Что я там говорил про то, что она знает, как себя вести? Это явно относилось к многочисленным светским вечерам, где она любит блистать, а не тех мест, где ей неприятно быть.

Когда у нас появится ребенок, ему явно нужна будет нянька. Ксюше будет на него плевать.

Пф-ф! Родит ребенка — и пусть катится куда хочет. Готов ей пожизненное содержание на островах оплачивать.

— Еще раз до свидания, — прощаюсь с директором и Светланой, после чего покидаю кабинет.

По пути застегиваю свой портфель, куда засунул документы, которые нужно будет отдать матери и директору детского дома.

Оглядываю уже пустой коридор и смотрю в сторону выхода, закатив глаза, когда не обнаруживаю Ксюшу.

Сбежала.

— Ну не знаю. Смотря какой гель… Возможно, будешь ходить барашком неделю, — звучит за спиной женский голос, который заставляет мое сердце остановиться. А затем счастливый мелодичный смех, разрывающий сердце.

Это не может быть она!

Меня оглушает. Воспоминания обрушиваются ливнем, подталкивающим меня к пропасти.

Оборачиваюсь в сторону звука и замираю при взгляде на ту, что покорила мое сердце много лет назад, а потом ушла… по моей вине.

Делаю шаг к ней.

Девушка с волнистыми волосами вскидывает взгляд, и наши глаза встречаются, ломая нас двоих, как две спички, что уже сгорели… Заставляют пепел гореть дальше.

Моя Олеся… Здесь… Передо мной…

Делаю еще один шаг и Олеся словно ошпаренная вскакивает со скамейке, на которой сидела. Судорожно подхватывает свою сумку и отворачивается от меня. Трясущимися руками, она стряхивает с плеч свою густую волнистую копну волос. Она словно бы пытается скрыться за этими волнами. От меня. От нашей встречи и собственного волнения.

Никогда не видел ее с такими волосами. Она обычно всегда выпрямляла, считая кудри неухоженными и некрасивыми. Но она явно ошибалась. Ей так идут эти волны…

Метры, что разделяют нас и мгновения, что я изучаю ее — кажутся бесконечно длинными. Перед глазами проносятся все что мы пережили вместе. Все ссоры, печали, и сразу же их перекрывает то, счастье и любовью, что были между нами всегда…

Пока я не совершил роковую ошибку. Обвинил жену в том, что не может держать язык за зубами. А сам то? Не смог тогда промолчать…

Внутри все сжимается от чувства жалости, злости и бессилия.

Олеся кажется нимфой, что исчезнет с секунды на секунду.

Дверь кабинета директора вновь открывается. Светлана Викторовна уходит, минуя меня, будто меня здесь нет. Сразу же за ней выглядывает директор. Мужчина осматривает коридор и останавливает свое внимание на Олесе.

— Олеся Игоревна, извиняюсь за ожидание! — расплывается он в улыбке. — Проходите! Поговорим!

Олеся медленно оборачивается к нему. Несколько секунд смотрит на него, затем на меня и гордо вскидывает подбородок.

— Я спешу, Михаил! Вы задержали нашу встречу на целых сорок минут! Завтра муж зайдет и решит все проблемы лично, — бросает он властным, уверенным тоном с легкой ноткой вызова.

Одним лишь ответом она отвечает директору и одновременно мне. Дает сигнал, чтобы и не думал лезть к ней. Чтобы и не думал подходить.

В ее взгляде горит огонь. Всем своим видом она показывает, что ей не нужны мои объяснения и оправдания.

— Я очень извиняюсь, Олеся Игоревна…

Олеся ничего ему не отвечает. Разворачивается и уходит в противоположную мне сторону, оставляя мне лишь одну возможность наблюдать за тем, как подпрыгиваю ее кудри при каждом шаге. И понимание, что это больше не моя Олеся.

— Максим Александрович? — директор переводит взгляд на меня, словно бы только сейчас заметил меня и не понимает, почему я еще не ушел.

Его голос слегка напряжен и осторожен, как и улыбка на его лице.

— Кто была эта женщина? — спрашиваю его в лоб.

— Мама одной из первоклассниц, — отвечает он растерянно. — Вчера меня набрал ее супруг и попросил о встрече. Но причины я не знаю.

В его глазах появляется любопытство, но вряд ли он что-то из меня вытянет. После развода с Олесей я привык держать рот на замке.

— Спасибо, — сухо отвечаю, развернувшись и направшись на выход.

— Максим Александрович, выход в той стороне, — указывает мужчина в ту сторону куда ушла Олеся.

Кивнув ему в знак благодарности повторяю путь Олеси.

Может попробовать ее догнать?

Ускоряю шаг и лечу на выход, оглядываясь во всевозможные стороны, словно бы Олеся могла спрятаться от меня. Но ни по пути, ни на парковке я свою бывшую жену не нахожу. Только раздражающую будущую, сидящую рядом с машине.

— Максик, — противно тянет невеста, пока я завожу двигатель. — Смотри вот такое платье хочу. Как думаешь, мне пойдет? — тычет мне своим телефоном в лицо.

Морщусь и легко толкаю ее руку обратно, лишь мазнув взглядом по экрану.

— Нет, — качаю головой. — Тебе нельзя живот пережимать. А это в талии будет жать.

— Почему? — наивно спрашивает, словно бы не понимает особенностей своего положения.

— Сама подумай, — стараюсь сдержать в голосе свои эмоции и объяснить все спокойно и терпеливо. — Ты беременна. Лишнее давление может спровоцировать выкидыш.

— Из-за этого ребенка одни проблемы! — вскакивает она, чуть не задыхаясь. — Ты даже не прикасаешься ко мне теперь! Боишься, что повредишь малышу. Это ненормально!

Не прикасаюсь я к ней по другой причине, но это уже мелочи.

Все внутри переворачивается от одного лишь слова. Ребенок…

Ребенок… У Олеси есть ребенок? Олеся мама? Уже?

Стоп! Если ребенок первоклассник, то ее ребенку должно быть семь лет где-то. Ну может шесть! Но…

Замираю от неожиданно стрельнувшей в голове мысли.

А что если у Олеси ребенок от меня? Что если она ушла тогда беременной?