- Полагаю, ты наложишь вето на правило спать обнаженным?

      Мысль о том, чтобы спать рядом с голым Джорданом, вызывает у меня некоторый интерес, но создается впечатление, что это его способ что-то доказать.

       - Эй, делай, как хочешь. Я с удовольствием надену спортивные штаны, но если тебе нужно быть голым, я не возражаю.

      Джордан спускает штаны. Я пытаюсь не обращать внимания на его член, но он твердый.

      Не смотреть. Только не на его член. Я не собираюсь на него смотреть. Неа.

      Как только я опускаю взгляд, Джордан торжествующе улыбается.

      - Это уже происходит, я чувствую.

      - Что уже происходит? - Перестань пялиться на его причиндалы.

      - Тебе уже нравится видеть меня голым. В следующий раз ты спросишь, можно ли тебе потрогать.

      Вряд ли. Ладно, может быть.

      - Я принимаю это пари, - произносят мои губы без разрешения.

      - О, уверен, что стоит заключить со мной еще одно пари, когда еще не расплатился за предыдущее?

      - Хм, верно. - Я потираю подбородок. - Но вот ты здесь, голый, а я все еще не набрасываюсь на тебя, так какие будут условия?

      - Бьюсь об заклад, что к тому времени, как мы уедем обратно в Лос-Анджелес, у нас уже будет потрясающий-после-расставания-добровольный-дружеский-ставшего-бисексуалом секс.

      - Это очень много секса. - Я с трудом сглатываю. - Что ты получишь, если выиграешь?

      - Оргазмы, конечно.

      Я смеюсь.

      - Что получу я, если выиграю?

      Джордан замолкает.

      - А чего ты хочешь?

      А чего я хочу? У меня есть все, что мне нужно. Я решаю позаимствовать свою просьбу у гангстеров старой закалки.

      - Услугу.

      - Какую услугу?

      - Любую услугу, которую могу получить в любое время. Без вопросов.

      - Ммм, интрига. Думаю, если мы исключим убийство из списка возможных услуг, я согласен.

      - Хорошо, лишаешь меня удовольствия. Никакого убийства.

      - Ты уверен, что хочешь этого? - Спрашивает Джордан. - Я использовал только половину своего обаяния, детка.

      - Мне следовало выбрать десять миллионов баксов. Это были бы самые легкие деньги, которые я когда-либо зарабатывал.

      - Поживем - увидим. - Джордан протягивает мне руку.

      Я беру ее, и его большой палец проводит по внутренней стороне запястья, отчего у меня мурашки бегут по спине.

      - Договорились? - Спрашивает Джордан.

      - Договорились. - И я уже знаю, что у меня проблемы.

Глава 10. Джордан

      Я почти засыпаю к тому времени, как Блейк возвращается в комнату, приготовившись ко сну, и представляю, как он настраивал себя на это. Сколько времени уходит на то, чтобы почистить зубы?

      Он откидывает одеяло и ложится рядом со мной.

      - Ты в пижамных штанах.

      Я лежу на боку, отвернувшись от него, и улыбаюсь в подушку.

      - У тебя разочарованный голос.

      - Вовсе нет. Я удивлен. Я был уверен, что правило спать голышом - это способ использовать свой член в технике соблазнения.

      Неа. Я хотел посмотреть на его реакцию. Если не считать небольшой вспышки интереса и, возможно, нерешительности, я не могу по-настоящему понять его. Обычно все, так или иначе, очевидно. Блейк сбивает с толку, и мне это нравится.

      Наверное, правду говорят - от старых привычек трудно избавиться. Не следовало бы поощрять это, но меня это все равно не останавливает.

      - Думаешь, у меня соблазнительный член? - Сладко спрашиваю я. - Я это запомню. Мне нужно поспать. Невозможно быть таким же красивым, как я, без хотя бы десяти часов сна в сутки.

      - Хочешь сказать, что если бы ты столько не спал, то выглядел бы как тролль? Потому что я хотел бы на это посмотреть.

      - Ну, есть один способ не дать мне уснуть, но это будет самое короткое пари, которое я когда-либо выигрывал. - Я поворачиваюсь к нему лицом.

       - Хорошая попытка, но я ни за что не сдамся так легко.

      Я этого от него и не жду.

      Если честно, я даже надеюсь, что он вообще не сдастся. Заключить пари было глупым, мазохистским поступком с моей стороны, потому что, хотя каждое произнесенное мной слово было правдой - мне нравится наблюдать, как новичок распадается под моим прикосновением, под моими губами - и это обжигало меня чаще, чем приносило пользу. Я просто не хотел говорить об этом Блейку.

      Я не нуждаюсь в жалости.

      Незадолго до встречи с Беном я вообще зарекся встречаться с бисексуальными парнями. Тот кайф, который они мне давали, не стоил потом того чувства, что меня использовали. Но Бен… он был другим. Или, по крайней мере, мне так казалось. Между нами возникла связь, сильная, и самая романтичная часть меня - самая маленькая, крошечная, почти несуществующая часть - думала, что момент, когда идеальный парень окажется у меня в руках, я перестану хотеть экспериментировать.

      Ладно, Бен был очень раздражительным и эмоциональным. Он был задумчивым и иногда не очень приятным, но это должен был быть знак, верно? Он хотел большего. Он единственный, кто когда-либо хотел настоящих отношений после всех этих сексуальных экспериментов.

      Я ничего не имею против парней, благодарных за полученный опыт, а затем находящих кого-то, с кем они действительно могут быть вместе, но через некоторое время мне, и правда, стало казаться, что я проклят. Я мог выдать это за шутку Блейку, но это имеет больший вес, чем я показываю.

      Вот почему Бен стал для меня глотком свежего воздуха. Он не только хотел продолжать встречаться со мной, он хотел эксклюзивности. Те сомнения, что возникали после прошлых случайных связей, когда люди хотели попробовать что-то новое с другими, заставили меня хотеть, чтобы Бен сделал это, пока мы были вместе. Я мог бы смириться с этим, пока он возвращается ко мне.

      Но они никогда не возвращаются ко мне, и я должен был это знать.

       Я должен был догадаться, что между нами все закончится именно так. Я думал, что начнутся конфликты из-за расписания, когда наши совместные съемки, наконец-то, прекратятся, но пока этого не произошло, границы были ясны.