- Давайте покончим с этим.
Некоторое время все смотрят на меня, прежде чем Харли подает сигнал режиссеру включить запись. Я даже не знаю, что пою.
Мой мозг измотан, я уже устал, а это всего лишь наша первая сессия записи. Им, правда, следовало сделать это без меня. Я им не нужен.
- Блейк, ты пропустил свой выход, - говорит Харли.
- Черт, - шиплю я. - Ладно, давай еще раз.
- Все в порядке? - Спрашивает Мейсон.
- Все фан-блядь-тастически.
Все четверо вешают наушники.
Сейчас середина чертовой ночи, и у нас нет времени на эти разговоры, а ля старшие-братья и заботливые друзья.
- Что не так? - Спрашивает Денвер.
- Нелегко быть геем, да?
Харли отворачивается к стеклянной перегородке.
- Брикс? Нам нужен кофе. Всем нам.
- Нам не нужно об этом говорить, - говорю я. - В смысле, кофе в силе, потому что я на исходе сил, но нам не нужно говорить о том, как бывший Джордана добился моего отстранения от съемок нового фильма про Коби, или как он угрожает Джордану, что тот больше никогда не будет работать в Голливуде, если мы будем встречаться. - Ебаный мозгоеб, членососущий придурок.
- Звучит не как проблема гомосексуалистов, а как проблема мудаков, - говорит Райдер.
- Подожди, хочешь сказать, ты не сам отказался от Коби? - Спрашивает Харли. - Я думал, ты решил двигаться дальше или что-то в этом роде. Я не подозревал…
- Они застали меня врасплох. У меня был сценарий, мы вели переговоры о контракте, и вдруг - бац! Они подписали контракт с кем-то другим в тот же вечер, когда Бен пригрозил разрушить карьеру Джордана. Я... - Я вздыхаю. - Я не знаю, что делать. Джордан, практически, игнорирует меня, взаимодействуя только в наших совместных сценах, в образе. Такое чувство, что я не разговаривал с ним несколько дней, хотя мы были рядом. Я никогда не… Никто никогда не вызывал у меня таких чувств, как он, и...
Все уставились на меня, моргая.
- Черт, я становлюсь таким размазней. Не обращайте внима…
- Нет, - говорит Харли. - Давай, выкладывай. По-моему, ты в него влюбился.
Влюбился. Правда, влюбился. Я думал, что влюбляюсь, но всего пара дней без него сделали меня иррационально эмоциональным.
- Хочешь, мы отлупим Бена? - Спрашивает Мейсон.
Я смеюсь.
- Это совсем не вызовет еще большего ажиотажа в таблоидах.
Харли поджимает губы.
- Насколько вообще силен Бенджамин Рандт?
- Ну, из-за него меня уволили из франшизы, которая была сосредоточена на мне. Так что, да, я бы сказал, он довольно влиятелен. Я не могу просить Джордана бросить Голливуд ради меня.
- Но он не может позволить своему бывшему определять его жизнь, - говорит Райдер.
Я стону.
- Уф. Я знаю. Но я не могу заставлять его рисковать всем ради отношений, которые, как он все еще думает, скоро закончатся. Он говорит, что дает нам реальный шанс, но не думаю, что у него было достаточно времени, чтобы действительно это сделать.
Брикс входит с кофе, и после нескольких глотков я немного успокаиваюсь.
- Ладно, давайте запишем эту песню. - Я возвращаюсь к нотам, лежащим передо мной, перечитываю текст и вникаю. - Подождите... - Я бросаю взгляд на Харли. - Это то, о чем я думаю?
- Моя каминг-аут песня? Ага. Я подумал, это будет уместно в качестве нашего первого сингла альбома, учитывая, что мы все собираемся совершить каминг-аут. Это идеальный способ…
- Разрушить нашу карьеру? - Я шучу лишь наполовину. Я уже потерял свою кино-франшизу. Если я потеряю еще и «Одиннадцать»… С другой стороны, если бы Джордан появился и попросил меня оставить «Одиннадцать», я бы, наверное, так и сделал.
Приоритеты меняются, и в этот момент я думаю только о нашем с Джорданом будущем.
- Возможно, - говорит Харли. - Но нам нужно помнить, почему мы записываем этот альбом. Почему мы снова собираемся вместе. Мы хотим изменить ситуацию в индустрии, верно?
Остальные кивают.
Я вернулся, потому что скучал по ним всем, но теперь, когда знаю, каково это - быть по эту сторону черты, хочу помочь всем молодым квир-людям и тем, кто сомневается в себе.
Харли рассказывает о музыкальном клипе, который мы собираемся снять, что-то вроде всесезонного клипа. Он хочет использовать некоторые кадры, что мы снимали в Монтане, отрывки, где мы не пели, и хочет, чтобы на них появился Брикс, но в силуэте, сохраняя его личность в тайне.
Харли оживлен и так чертовски счастлив, что это волнами исходит от него, и я не завидую. Нет, совсем не завидую.
Кого я обманываю? Я почти возмущен своей завистью. Рад за Харли и Брикса, но... чертовски завидую.
Я скучаю по Джордану.
Глава 26. Джордан
Я не представлял, как трудно будет держаться от Блейка на расстоянии, и всего через пару дней понял, что не могу уйти от него и от того, что есть между нами.
Все те разы, когда я думал, что все может быть по-другому, в глубине души знал, что это невозможно. Но с Блейком… Я даже не знаю, чем это отличается. Просто так есть.
Мне удавалось держаться на расстоянии и заставлять Бена думать, что он победил. Было больно, и, признаюсь, вчера вечером я сдался и поехал в отель только для того, чтобы обнаружить, что ключ больше не работает, а Блейк выписался. Это было неприятно, потому что я скучал по Блейку больше, чем думал, но это и к счастью.
Я твержу себе, что нам нужно продолжать этот танец только до окончания съемок. А пока делаю все, что в моих силах, чтобы сохранить и его, и свою карьеру в кино.
Скрываться слишком рискованно, потому что после того, как выяснилось, что Бен сливает всю эту чушь обо мне и Блейке, я не удивлюсь, если он нанял кого-нибудь следить за мной. И разве это не удар ниже пояса? Я перестал уважать его как режиссера, как человека и как бойфренда, и теперь… вот это. Недоверие и паранойя по поводу слежки.
В пизду Бенджамина Рандта.
У меня есть несколько идей, как спасти свою задницу и продолжать встречаться с Блейком, но очень надеюсь, что задание, которое я дал Джоджо, сработает. Оно наименее спорное и не предполагает публичных заявлений типа: «Это не ваше дело, но я собираюсь дать эксклюзивное интервью, чтобы рассказать свою версию событий».