- Я думал, что должен быть Мэдденом?
- Тайм-аут. Из тебя прямо-таки выплескивается нервная энергия, как на съемочной площадке. Так что я пытаюсь отвлечь тебя. Ты сказал «Одиннадцать» снова собираются вместе, верно?
- Собираются. Остальные заняты написанием материала для нас, пока я снимаюсь в этом фильме.
- Хорошо, спрошу еще раз, почему ты пошел в актеры?
Он думает об этом дольше, чем я ожидал, но я даю ему время. Это означает, что он не собирается давать мне свой заученный, одобренный пиар-ответ.
Когда ему приносят новый бокал, на этот раз он пьет его маленькими глотками, а не залпом.
- Когда «Одиннадцать» распались, у всех остальных парней были большие планы. У меня не было... ничего. Я не такой сильный певец, как они. Я начал записывать сольный альбом, и вот однажды мне ни с того ни с сего позвонил киноагент и сказал, что хочет подписать со мной контракт и найти мне несколько ролей. Я думал, поснимаюсь в небольших ролях и посмотрю, понравится ли мне, когда студия Коди Госпида ухватилась за возможность нанять меня. И у меня чертовски хорошо получилось. Прирожденный актер. Вот почему я думал, что с этой ролью, хоть и сложной, мне все равно будет легко. Я ошибался.
- Потому что не можешь понять, каково это - быть геем?
- Нет. Совсем нет. Я не понимаю, каково это - преследовать плохих парней с оружием, но так гораздо меньше шансов кого-либо обидеть, чем в данном случае.
- На тебя оказывается давление. Так что выпей, расслабься, и, кто знает, может, тебе даже понравится. Как думаешь, кто был бы во вкусе Мэддена?
Он облизывает свои сексуальные губы, и уже не в первый раз с тех пор, как мы начали работать вместе, я думаю о времени, когда эти губы окажутся на моих губах. Конечно, это будет безлично, а я буду профессионалом и не задействую язык, но мне не терпится поцеловать Блейка Монро.
- Согласно сценарию, во вкусе Мэддена ты.
- Значит, ты будешь танцевать со мной?
Блейк бросает взгляд на танцпол, а затем снова на меня.
- Не раньше, чем я допью. - Он опрокидывает в себя остатки второго бокала.
Мы с Блейком выходим на танцпол и я притягиваю его к себе. Наши тела сливаются, что необходимо в таком маленьком пространстве, но в нем все еще чувствуется напряженность.
Я наклоняюсь и говорю ему на ухо:
- Давай, Мэдден. Предполагается, что я тебе нравлюсь.
Руки Блейка тянутся к моей талии, и когда я, умничая, пытаюсь переместить их к своей заднице, он смеется.
Мы двигаемся в такт друг другу, и он, наверное, чувствует, как наливается в джинсах мой член, но, в свою защиту, скажу, что меня влечет к нему с тех пор, как вышел первый фильм с Коби. Подростковый сердцеед, превратившийся в звезду боевиков? Думаю, он - мечта любой женщины и любого гея.
Уверенность Блейка растет по мере того, как звучит музыка и становится жарче. Он расслабляется в моих объятиях, и это первый раз, когда я вижу, как он полностью вживается в свою роль, не слишком задумываясь. Я слегка отстраняюсь, чтобы посмотреть на его лицо в поисках малейшего намека на нерешительность, но ничего не вижу.
Его щеки слегка покраснели, губы приоткрыты, а глаза прищурены. Либо он действительно втянулся, либо сработал актерский талант.
Я бы пошутил, что мой член очень талантливый, но не хочу его отпугнуть.
Взгляд Блейка блуждает по моему лицу и опускается на губы. Затем в его голубых глазах появляется озорной блеск, и он поворачивается, прижимаясь ко мне задницей, и трется ею о мой член.
Мне приходится глубоко вздохнуть, чтобы успокоиться, но когда он манит пальцем какого-то случайного парня рядом и встает между нами, я застигнут врасплох.
Он реально втянулся.
Миссия выполнена?
Глава 5. Блейк
Это реально весело.
Когда не слишком задумываюсь, как меня воспримет публика, как это отразится на моей карьере, и не беспокоюсь о том, как не оскорбить каждого из моих коллег по группе, представив их в ложном свете, я могу просто почувствовать своего персонажа и проникнуться им.
Это почти освобождает и я теряю бдительность. Обо мне могут поползти слухи, но, как говорит Джордан, если скажу, что это ради роли, люди мне поверят. Ощущение безопасности помогает мне расслабиться.
Парень, стоящий передо мной, проводит руками по всему моему телу, и я не стесняюсь этого. Джордан все еще у меня за спиной, его руки на моих бедрах. Мне нравится чувствовать руки на своем теле, а кому бы не понравилось? Я получаю от этого больше пользы, на пять минут перестав быть Блейком Монро.
Со стороны может показаться, что у меня идеальная жизнь, но, как и у любого другого участника «Одиннадцать», СМИ исказили все до такой степени, что настоящий я - это уже не я.
И возвращаясь к себе настоящему, я становлюсь... невзрачным. Это трудно понять, учитывая мой образ жизни, но это правда.
Я вырос в полной семье, с мамой и папой, поддерживающими меня во всем. Слава затягивала, и я хотел ее, но никогда не достигал такого же уровня славы, как мои товарищи по группе. Даже когда лейбл «Одиннадцать» создал для меня имидж «тихони», это было слишком близко к домашнему комфорту. В группе я всегда был тем, о ком люди забывали. «Другой парень», как я привык видеть в комментариях в социальных сетях, одна из причин, по которой я перестал читать их и позволил команде пиарщиков притвориться мной.
Потом я стал Коби Годспидом. Сейчас я более известен своей актерской игрой, чем участием в «Одиннадцать», и меня это устраивает.
Джордан прижимается губами к моему уху.
- Ты действительно втягиваешься.
Я прислоняюсь к его груди, двигая бедрами навстречу незнакомому парню передо мной. Поворачивая голову, я говорю Джордану:
- Мэдден втягивается.
Мы втроем танцуем и отрываемся, пока моя кожа не согревается. Полагаю, из-за тепла, исходящего от них обоих.
Парень передо мной кладет руки мне на плечи. Я раздвигаю ноги, и он ставит колено между ними. Видимо, моему члену нравится ощущение теплых тел и переплетенных конечностей.
Джордан прижимается ко мне сзади, и его твердость впивается мне в задницу.
Сердце учащенно бьется. Я облизываю губы, потому что во рту пересохло, и это движение привлекает внимание парня передо мной.
