Я повертел кристалл в пальцах. Ценная вещь. Слишком ценная для «небольшого подарка» человеку, которого она «мало знает».

— Не уверен, что могу принять такой ценный дар, — сказал я, протягивая кристалл обратно.

— Бери-бери, — она отмахнулась и шутливо спрятала руки за спину. — Если я что-то решила, то обратно уже не возьму. Для меня это…небольшие деньги, а для тебя — важная вещь, учитывая, что ты только начинаешь развивать Дар.

Я открыл было рот, чтобы возразить, но не успел. Седой, до того дремавший на моем плече, молниеносно метнулся вниз, выхватил кристалл прямо из моих пальцев когтистой лапкой и начал вертеть его и пробовать на зуб.

— Вот, — рассмеялась чисто и звонко Эйна, — За тебя уже всё решил твой мурлык.

Я вздохнул, глядя на это безобразие.

— Он ворюга и тянет всё, что плохо лежит, так что…это его обычное поведение, — а потом я вздохнул, — За кристалл спасибо, конечно, но это неожиданно. И я не привык брать подарки… просто так. Обычно, когда так делают, чего-то хотят взамен.

Тем самым я пытался понять, озвучит ли она прямо сейчас то, чего хочет? Или нет?

— Ну, это другие, а я же просто хочу помочь начинающему травнику, — весело ответила Эйна и тут же сменила тему. — А Марта от тебя, я так понимаю, отстала после той проверки?

— Отстала, — кивнул я, понимая, что возвращаться к теме кристалла бесполезно, поэтому продолжил тему Марты, — Она и в первый раз без причины прикопалась. Поводов для подобной проверки у нее не было.

— Совсем без причины? — невинно уточнила она наклонившись за очередным растением. Она сорвала листок, растерла его на ладони и втянула воздух.

— Во всяком случае, мне такая причина неизвестна, — ответил я невозмутимо. — Просто мы с Мартой сразу не поладили. Так что иногда людям не нужно каких-то особых причин, чтобы делать гадости.

— Хм… — Эйна задумчиво склонила голову. — А как же отвары и прочее, что ты продавал гнилодарцам? Вроде бы это было причиной, если мне память не изменяет. Марта о чем-то таком говорила.

Она такое говорила и при Эроне, так что отрицать было бессмысленно.

— Я не считаю это достаточно веской причиной, — спокойно сказал я, не вдаваясь в подробности. — Потому что тут, в поселке, и кроме меня были люди, которые занимаются тем же самым.

— Да? И кто же? — заинтересованно подхватила она.

Я посмотрел на нее и усмехнулся.

— Я не могу так просто называть имена, — ответил я. — Никаких доказательств у меня нет. А раз их не трогают — значит, и у Марты их тоже нет. К чему тогда понапрасну говорить об этих людях?

— Жаль, мне было бы интересно, — она чуть нахмурилась, но тут же лицо ее снова разгладилось. — А скажи, гнилодарцы — они какие? Страшные?

Я понял, что со мной играют. Прощупывают так же, как я прощупывал ее. Только она могла себе позволить задавать прямые вопросы, а я еще нет. Но, думаю, моя очередь тоже наступит.

— А у вас там нет гнилодарцев? — спросил я в ответ. — Ну, там, откуда ты.

— Есть некоторые поселения, тоже в Кромке, — она пожала плечами. — Но я никогда там не бывала. У нас с этим строже, как я понимаю, чем у вас. Да и в то время у меня не было какого-то особого интереса к ним.

— Понятно… — кивнул я, — Гнилодарцы…как тебе сказать. Одаренные как Одаренные. Просто такие, которым не повезло с Даром. Но Дар, как известно, не выбирают.

— Это уж точно, — усмехнулась Эйна.

— Жизнь у них нелегкая. — добавил я, — Поэтому их можно лишь пожалеть.

Эйна кивнула, словно соглашаясь.

— Я слышала, в таких деревнях есть и те, у кого Дар расколот, — обронила она будто бы между прочим. — Вроде бы у вас тут как раз живет одна такая. Морна. Что-то вроде полузверя. Бррр. Ужасно ведь, наверное.

Я похолодел, но постарался не подать виду.

— Да, есть такая, — ответил я как можно ровнее. Хотя это «бррр» меня, честно говоря, задело. Да и… я теперь понимал, что всё, что будет сказано в сторону Морны, меня будет задевать. Хотел бы сказать, что не знаю почему, но я прекрасно знал.

Эйна заметила, как изменилось мое лицо.

— Что, такая страшная, что ты аж побледнел? Ну эта… Морна. — уточнила она.

— Нет, не страшная, — я качнул головой. — Мне просто жалко тех, у кого жизнь сложилась так…тяжело. Расколотый Дар — это ужасно. Думаю, ты и сама понимаешь это.

— Ты выходит ее видел? — спросила она.

Врать тут бессмысленно. То, что я торгую с Морной и гнилодарцами не секрет ни для Хабена, ни для Джарла, ни для Марты.

— Да, видел, — сказал я. — И не раз.

— А как это выглядит? Насколько она зверь? — продолжала допытываться девушка, и я ясно видел, что она наблюдает за моей реакцией, а не слушает слова. — А то я слышала, что кому-то такое очень даже нравится. Вроде к ней какие-то охотники даже захаживали.

Внутри всё неприятно сжалось от этих слов.

— Ну… — я сделал вид, что припоминаю с трудом. — Руки покрыты шерстью. И немного спина. Ну и глаза другие. Звериные. В общем…как я понимаю, это типичные проявления расколотого Дара.

— Ужас, — Эйна всплеснула руками с театральным отвращением. — Не хотела бы я быть такой… мохнатой.

И вроде ничего такого она не сказала, но стало на пару мгновений неприятно за Морну. Она сейчас лежала в своем доме, обожженная Черным Туманом, с оплавленной плотью вместо шерсти, потому что прикрывала Малика, который, по сути, даже не ее родной сын.

— Да, треснутый Дар — это проблема, — сказал я, имея в виду совсем не то, что она. — Особенно для тех, у кого нет возможностей и денег его вовремя залечить, а потом…потом уже поздно.

— Да, это печально, — легко согласилась Эйна. А потом, без всякого перехода, добавила: — А у тебя такие проблемы есть?

Повисло молчание.

— Проблемы? — переспросил я.

— С Даром, — уточнила она, цепко глядя мне прямо в глаза.

Ага, значит когда я предположил, что она подумает, что мой Дар нестабилен, то был прав. Что ж, это на данный момент наилучшее развитие ситуации. Кристалл, прогулка, разговоры о растениях, о Морне — всё это была лишь подводка к этому моменту. А гнилодарцев и Марту она использовала именно как переход к треснутым Дарам.

— Мне сложно сказать, — ответил я уклончиво. — Дар у меня пробудился поздно. А оттого он несколько нестабилен просто потому, что я не умею с ним как следует обращаться. Думаю, со временем это пройдет. Ничего…критичного.

— Думаешь, всё так просто? — она приподняла бровь. — Без приема специальных эликсиров и лекарств это может стать настоящей проблемой, даже если поначалу не ощущается так. Вначале все думают, что это так…мелочи, ерунда. Но это не так. Кроме того, если вдруг всё зайдет слишком далеко, то я не думаю, что такие средства есть тут, в Янтарном. Алхимия здесь, Элиас, на довольно невысоком уровне, если сравнивать со столицей.

— Я слышал, что при проблемах с Даром бывают определенные… протечки в духовном корне, — сказал я, осторожно подбирая слова. — А я подобного не ощущаю.

— Протечки действительно бывают, но их сложно ощутить сразу, особенно если ты только на первой ступени Дара. Поэтому это меня и беспокоит. Твои глаза…кхм…могли быть таким проявлением.

Я замер.

— Хочешь, я проверю? — неожиданно спросила Эйна.

— Ты? — я напрягся.

— Ну да. Проверю, есть ли у тебя трещины. Я такое умею.

Вот оно! Ей нужно было прощупать мой духовный корень. Прикоснуться, потянуться своей живой, заглянуть внутрь. И этого я допустить не мог. Кто знает, что чувствует чужой Одаренный, коснувшись Дара Симбионта. Тем более сильный Травник. Отличия он точно заметит.

— Не стоит, — сказал я. — Спасибо за предложение, но я действительно считаю, что у меня всё в порядке. Это лишнее, а если у меня возникнут какие-то проблемы, тогда да, я обращусь к тебе, но сейчас, думаю, всё в порядке.

— А силу Дара не хочешь узнать? — она не отступала. — Я могу попросить в Гильдии камень определения. Мне дадут. Да и тебе полезно будет. Ты ведь не проходил проверку Дара?