— Это будет видно после ужина. Мальчикам работы заодно подкинули.

— Это точно, — вздохнул Миша. — Придётся как-то перешерстить трудовые договоры и условия труда.

После ужина я с трудом узнала молодую швею — словно два разных человека. Ей дали платье служанки, но даже оно было лучше, чем то, что на ней было.

— Госпожа, — она сделала неглубокий реверанс. — Мне ваша служанка дала одно из платьев для беременных. Я его немного разобрала. Если позволите — примерю, сметаю на вас.

Посмотрела на Мэри — она кивнула, мол, всё было под её присмотром. Мне помогли раздеться и надеть то, что осталось от платья. Девушка работала очень быстро, и я видела, как удивлённо смотрят княгиня и Элизабет. Фрейлин я не пустила в свою гостиную — это не цирк, смотреть им тут не на что.

— Я взяла на себя смелость и оставила только два слоя ткани. Один — самый нежный — будет к телу, а верхним создам силуэт.

— А мне это нравится всё больше и больше, — сказала Элизабет. — Милая, только учти, что Анна у нас ещё не на сносях, и стоит оставить запас ткани.

На меня вопросительно посмотрели.

— Да, лучше сделать свободно на животе. Половина срока только прошла, у меня двое малышей.

— Я поняла. Сейчас сделаю другой вариант платья.

Я не знаю, как у неё это получилось, но переделанное платье смотрелось просто волшебно — и как удобно! Аккуратный акцент на аппетитную грудь, а от груди ткань струилась свободно.

— Миш, тебе нравится?

— Да, — а я смотрю на него и понимаю: он представляет, как задирает его.

Для Инессы выделили в замке комплект комнат, в которых она устроила швейную мастерскую. Всё необходимое для шитья ей купили и привезли. Документы и счёт в банке сделали, как и обещали — на её счету теперь лежала приличная сумма. А ещё у девушки появилась постоянная, хорошо оплачиваемая работа. Ведь на неё теперь легли обязанности по пошиву детской одежды.

Через месяц я спросила у неё:

— Ты помнишь другую жизнь, в другом мире?

Я не просто так спросила — буквально на днях призналась мужу, что помню другой мир, то время, что жила там, и то, как очнулась в этом. Казалось, он проигнорировал, но сказал:

— Я люблю тебя, Анна. И твоё прошлое — это не то, из-за чего я буду переживать или винить тебя.

Через несколько минут он спросил:

— Как ты умерла?

— Это осталось для меня загадкой.

Он немного расспросил меня про тот мир и про меня, а потом сказал:

— Инесса, наверное, тоже помнит прошлый мир — раз она такие наряды шьёт.

— Я тоже так думаю. Но для меня она — находка.

— Да, мама тоже ей очень довольна.

Инесса посмотрела на меня испуганным зверьком.

— Я знаю точно, что ты помнишь другой мир. Ругать тебя или говорить что-то плохое не буду, и делать тоже. Я тоже помню прошлый мир. Тоже очнулась в реке.

— Она утопилась?

— Нет, стирала бельё в реке, и всё произошло по случайности.

— А мою предшественницу толкнула с моста мачеха. Хотела наследство себе забрать. Я побоялась вернуться к ним.

— Разберёмся с ней. За убийство карают строго. Шить ты умела уже или нет?

— Умела ещё с прошлой жизни, я всю жизнь швеёй проработала, — она мягко улыбнулась. — Для меня это возможность снова стать молодой. Я умерла там своей смертью, мне было за восемьдесят, своё отжила.

— Как тебе Глен? — она снова мягко улыбнулась. — Нравится? — робко кивнула.

Я при случае дала подсказку целителю обратить внимание на нашу швею. Он посмотрел на меня долгим взглядом. А потом я видела их гуляющими вместе. И всё было хорошо целых три месяца! А потом ко мне зашла заплаканная Инесса. Я читала и пыталась отдохнуть после насыщенного учёбой дня. Мая уже уехала в академию — она поступила и будет жить в общежитии. В деревню, при необходимости, ездил Глен. А готовить зелья я всё ещё помогала. Но в моём положении даже в карету лезть не рискую. Гуляю максимум по саду.

— Что случилось? — спросила Мэри, опередив меня и усадив рыдающую девушку в кресло.

— Выпей воды и давай успокаивайся. Глен тебя обидел? — Инесса замотала головой и не могла успокоиться. Я взяла артефакт связи и связалась с целителем: — Зайди ко мне, пожалуйста, срочно.

Я поморщилась: очередная волна боли скрутила живот и поясницу. Целый день сегодня эти схватки — и не усиливаются, и не проходят. Глен влетел в мою гостиную и застыл, увидев свою девушку.

— Инесс, что случилось? — сразу кинулся он к ней.

А она по новой начала рыдать. Мужчина едва слышно выругался и вызвал своего помощника с успокоительным зельем. Он заметил, как я морщусь и пытаюсь сесть поудобнее.

— Глен, как понять, что это не тренировочные схватки?

Тут уже даже Инесса перестала реветь. Целитель мигом оказался возле меня и стал водить руками возле моего живота. Вижу, как он чуть побелел.

— Что с детьми? — спросила я у него громко.

— Всё хорошо, — даже немного улыбнулся.

— А что у тебя с лицом тогда?

Он расхохотался:

— Прости, не думал, что ты уже будешь рожать.

— Ну знаешь, «не думал он»! Их там вообще-то двое! Я и так уже с трудом хожу. У меня целый день живот и спину прихватывает. Ты говорил, схватки идут по нарастающей, а я что-то не заметила.

— Ты забыла, что сама целитель, и твой дар банально гасит часть боли. А так — ты уже скоро родишь.

Зашёл помощник Глена Стас и передал зелья.

— Беги теперь за набором для родов и брата захвати — уже близко финальная стадия.

Парень пулей вылетел. Глен сам выпил успокоительного, потом отмерил для Инесс.

— Пока мы ждём потуг, скажи, что случилось, любимая?

— Ни фига себе переход, — сказала я тихо. — Мэри, помоги мне переодеться.

Инесса тоже стала помогать и по ходу начала рассказ:

— Есть одна благородная дама, — это она процедила, явно заменяя ругательства, и Глен это понял. — В общем, она хочет, чтобы я тебя бросила. И якобы все твои прошлые дамы тебя бросили по её указке. Вот. Она там из корсета выпрыгивает, чтобы ты её заметил, а ты не видишь. Она обещала уничтожить меня и разрушить мою жизнь.

— Инесс, ты выйдешь за меня? — спросил Глен, когда я с Мэри скрылась за ширмой.

— Но я не благородная.

— Отбрось эту ерунду.

— Да.

Я услышала звук поцелуя.

— Вот и замечательно, — сказала я Мэри и чуть громче добавила: — Глен, ты с той курвой разберёшься?

— Обязательно. Как состояние?

А я поняла, что хочу «по-большому», а это значит, что меня начало тужить.

— Кажется, рожаю…

— Дыши медленно! — он зашёл за ширму и вместе с Мэри помог мне доковылять до кровати. Заставить лечь не смогли.

Влетел мой муж.

— Миха, падай в кресло возле кровати, да, вот сюда его тащи. Анна, опирайся на мужа, а ты её придерживай. Тряпки на пол, чтобы лужи не было. Я быстро руки мыть. Стас, Пашка — живо руки мыть! Девочки, тоже руки мыть и пелёнки для детей на кровать — живо!

Муж мужественно терпел, когда я вцепилась в его руки со всей силы и уперлась лбом в грудь. Он поддерживал своим присутствием и словами:

— Ты молодец, всё будет хорошо. Я люблю тебя, моя девочка.

Три потуги — и родилась дочка. Она мигом оповестила мир громким криком.

— Миша, возьми дочь.

Я плакала от счастья. Поцеловала малышку у него на руках. Мне помогали стоять. Ложиться я ни в какую не хотела, стояла так, как было удобно. Глен умудрился влезть и обрезать пуповину. Малышку передали Мэри, и она положила её на кровать. Стас провёл над ней рукой и сказал:

— Здорова, полноценный оборотень.

— Начинается… — сказала я всем и снова сжала руки мужа, уткнувшись в него головой.

Сына я тоже быстро родила и едва не обмякла. Глен помог устоять на ногах.

— Переложите девочку на другую часть кровати. Матушку тоже пора укладывать на кровать.

Меня с сыном на животе уложили на кровать. Миша в шоке смотрел на сорочку, всю в крови.