Воспоминания о Рихарде отозвались болью в груди. Я не жалею, что сбежала. Его, может, и простила за побои вскоре после приезда, но, как говорится, осадочек остался. Он потом больше таких ошибок не допускал и долго извинялся. Но вот его родным — побои и смерть сына — я не простила.

Попробовала прогнать грустные мысли и не портить себе обед. Чтобы молочка не пропала, отнесла её в погреб, в дальний тоннель. Там тоже были полки. Масло и сметану сложила в лукошко, в котором мне раньше приносили яйца, а крынку накрыла крышкой — благо, она у меня была. В погребе всё это дополнительно накрыла чистой тканью.

В качестве освещения взяла алхимическую горелку и прошлась дальше, исследуя ход под домом. Вскоре нашла комнату, к которой вела добротная каменная лестница. Поднявшись по ней, упёрлась в двери. Сначала они показались мне наглухо закрытыми, но я заметила механизм, с помощью которого их можно было открыть — и справилась. Попала в свой дом, и, судя по запаху, это было где-то рядом с кладовой. И правда — в кладовой обнаружилась ещё одна дверь. Смогла её открыть уже почти в отчаянии: все рычаги были едва заметны.

Зайдя в дом, задумалась. Получается, по этой лестнице я попадаю в погреб, а там весьма холодно. Нужно купить нормальную лампу, лучше артефакторную, чтобы не тратить горелку. Рынок уже закрыт, свечей у меня нет. Ладно, временно буду использовать горелку — как делаю уже месяц.

Вернулась в погреб и осмотрела его. Просторная комната с каменными полками, выдолбленными прямо в земле. Стены словно спрессованы и покрыты чем-то — на ощупь как лак. Перенесла сюда всю молочку. Мука стояла в сенях — братцы перенесли её с крыльца, как и соль.

Вернувшись в дом, снова задумалась. Этот погреб — идеальное место для хранения скоропортящихся продуктов и консервации. Вентиляции я не заметила, но дышится легко. На входе с улицы нужен замок — иначе меня могут обворовать и попасть в дом.

Сейчас я вроде бы поела, но нужно приготовить нормальную еду. Пришлось снова идти в погреб — уже с корзинкой. Решила сварить картошку и заодно сделать сырники. Жаль, окорок уже закончился, но немного сушёного мяса ещё осталось. Завтра можно будет сварить суп — всё для него есть.

Как только всё было готово, после короткого стука в дом зашла уже знакомая троица «медведей». Вижу — сразу принюхались, а кто-то без спроса полез к сырникам. Марк, если не ошибаюсь. И сразу получил по загребущей лапе от старшего брата.

— Мы фонари привезли.

— Здорово. Я погреб немного обследовала — потом покажу. Присаживайтесь, а то кто-то слюной подавится.

Просить дважды не пришлось — все трое мигом уселись напротив меня на лавку. Я жестом показала на мёд и сметану, а потом — на сырники. Себе сразу отложила три штуки, а то за парнями не успею и поесть.

— Ум, ням, как же вкусно! — выдал младший. — Волшебница!

Я улыбнулась. Он уже нос в глиняный горшок засунул и удивлённо посмотрел на меня.

— Просто картошечка без ничего? А у тебя разве мяса нет?

— Чуть-чуть сушёного осталось.

— Не порядок, Миха. Нужно даме мяса свежего принести.

— Вы случайно навесной замок не прихватили с собой?

— Взяли, — сказал Михаил, облизывая пальцы после мёда.

— Там, в тазике с чистой водой, можете руки сполоснуть. И пошли — покажу дверь в погреб. Фонари нам точно понадобятся.

Парни быстро вскочили. Я, подхватив горшок с картошкой сложенной в несколько слоёв тканью, пошла к шторке — парни гуськом за мной. Их удивление я ощутила спиной. Ещё больше они удивились, когда я показала дверь в кладовой и как она открывается. Михаил осторожно отодвинул меня и пошёл первым по лестнице с фонарём в руках. Я — следом. Хотела оставить картошку на потом — тут она остынет и будет как из холодильника.

— Ничего себе! Кто-то расстарался на славу — такое выкопать и облагородить, — сказал за моей спиной Майкл. — Братья, а на потолке явно есть сеть артефакторных светильников. Я пока макушкой не упёрся — не заметил.

После его слов и указания пальцем остальные тоже заметили. Вернувшись к началу, нашли ключевой артефакт, который включает всю сеть. Марк напитал его силой — и в подвале включился свет после щелчка. Словно в прошлом мире выключатель включили — тот же принцип.

— Здорово!

— Эта сеть для этой подвальной комнаты, — отметил Марк, подходя к тоннелю, что ведёт к выходу. — Тут ещё один включатель, тоже разряжен. Одной подпитки должно надолго хватить, если свет не будет гореть сутками.

Поставила на полку горшочек с варёной картошкой и накрыла тряпицей сверху. Парни уже напитали второй включатель и пошли по тоннелю на выход. Пошла следом за ними по освещённому коридору. Да, со светом — это именно коридор. В стене по правую руку — глубокие ниши, явно для запасов продовольствия. Мои запасы овощей смотрятся весьма сиротливо, хотя и заняли две ниши недалеко от входа. При входе тоже нашли включатель — напитали силой и выключили свет в тоннеле. Но теперь было видно, что там, вдалеке, есть свет.

Выйдя из погреба, братья внимательно осмотрели двери.

— Добротные. А вот и металлическая скоба, — поправил планку на конце двери Марк и нашёл место, где должен быть замок. — А вот второй конец сгнил.

— Хорошо, что я прихватил с собой всё нужное, — сказал Михаил. — Анна, мы тут поправим и принесём тебе ключи.

Кивнула и пошла в дом. Выключила свет в погребе и направилась к месту, где мне показали, что есть двери. Сейчас легко смогла их открыть — ведь принцип был тот же, что и при открытии погреба. Едва заметные выступы, на которые нужно нажать... Тут выскочил гвоздь, но он был словно дверная ручка. Потянув за него, открыла двери.

Комната была просторная, почти такая же по размеру, как та, в которой печь. Только тут была двуспальная кровать — из хороших досок, сколоченная и покрытая лаком. А рядом — резная детская кроватка, и она стояла у стены, что примыкает к печи. Дальше заметила приоткрытую дверь, но тут мой взгляд зацепился за добротный большой шкаф — лакированный, из тёмного дерева. Открылся без единого звука. Внутри — полочки и место под плечики. Интересно, кто тут раньше жил. Дом открывается с новой стороны и уже не кажется простым деревенским, а больше похож на дом очень богатой семьи.

Пошла к приоткрытой двери и обнаружила там раковину из камня, душ и унитаз. Всё очень похоже на то, как было в замке. Унитаз — из камня, с сидушкой из дерева, покрытого лаком. Сам пол — словно из тонких каменных плит: отполированных, но при этом не скользких. А душ был похож на тот, что я видела в прошлом мире. Интересно, как тут канализация устроена.

— Ничего себе! — услышала Марка. — Да тут раньше явно богатые люди жили. Мебель не хуже, чем у нас дома.

Они заглянули в ванную комнату. И вижу на их лицах неподдельное удивление.

— Тут тоже всё на артефактах завязано, — сказал Михаил. — И они все разряжены. Анна, если выйдешь, мы тут всё настроим тебе, и будет у тебя нормальная комната для уединения — с тёплой водой.

— Не пойму, как сюда вода поступает?

— Не всё нужно знать. Главное — артефакторная сеть целая.

Кивнула и вышла. Вспомнила чердак. Судя по всему, должна быть ещё одна комната. Нашла её рядом с дверью кладовой. Мужчины, видимо, услышали щелчок и через минуту уже были у меня.

— О, а тут обычные кровати — явно на родственников рассчитанные.

Кроватей и правда было три одиночных: две стояли под одной стеной, а третья — напротив. При входе был большой шкаф, но только с полками. Тут тоже был туалет, но два отдельных унитаза — сделанных как две маленькие комнаты уединения — и один душ, тоже как отдельная комната. А вот умывальник был длинный, явно на двоих рассчитанный. Над ним — продолговатое зеркало. Задумалась: а где-то ещё в доме я видела зеркало? Или стоит просто пыль со стен вытереть — может, ещё что найду.

— Анна, вот ключ от подвала, — вспомнил Михаил. — Лестницу уже делают, завтра привезём. Ещё попрошу тебе перину на большую кровать сделать. А та кровать пусть стоит. Лучше тебе спать в отдельной комнате — безопаснее.