— Эй! — взволнованный Давид тоже начал отстёгиваться, но не для того, чтобы прыгнуть из самолёта вместе с другом, а чтобы остановить его. — Стой, Алекс! Не твори дичь.

— Ах, да… — во взгляде Шульца, направленного на друга, поселилась нотка печали и осуждения. Он вспомнил, чем закончился тот случай, когда он пытался спасти друга. И всё же он хотел попробовать ещё раз, надеясь на то, что получится. — Забыл упомянуть. На земле я получил от командования приказ двоим бойцам десантироваться над Эритреей в это время и провести разведку. Второй человек ты, Давид. Это секретная миссия, так что заткнул рот, схватил оружие с разгрузкой и следуй за мной!

Последняя его фраза была пропитана властностью, которой нельзя противостоять. Казалось, если его приказ не будет выполнен, то он даже готов будет расстрелять за неподчинение. Его вид был настолько суровым, что многие подумали о том, что он действительно получил секретный приказ. Их даже не смутило то, что он в звании рядового. Если миссия секретная, то разве не могло командование выбрать кого-то, кто заслуживал их доверия больше всего? И если это рядовой, то кто посмеет их за это осуждать?

— Ты серьёзно⁈ — опешил Давид.

— БОЕЦ, ЭТО ЧТО, НЕПОДЧИНЕНИЕ ПРИКАЗУ⁈ — перешёл на командирский рык Шульц. — Шутки в сторону! Немедленно взял свою чёртову винтовку, мигом напялил разгрузку и бегом марш за парашютом!

В следующее мгновение Александр направился к рундуку с парашютами. Давид переборол сомнения и схватился за винтовку. Но стоило ему это сделать, как самолёт тряхнуло, и из крыла повалил сизый дым.

— Подбили, — вслух констатировал Шульц, не останавливаясь.

Пока народ недоумевал и ничего не предпринимал, он распахнул рундук и достал парашют. Давид ускорился с надеванием разгрузки. Пока он был этим занят, Александр уже надел парашют и затягивал ремни. Когда он справился с последней застёжкой, к нему подошёл друг. Тут же тому в руки был вручён второй парашют.

— Живо надел! — отдав приказ, Шульц поспешил к десантному люку.

К тому моменту, как люк был открыт, Давид всё ещё пытался затянуть парашют.

— За мной! — выкрикнул Алекс, после чего не стал дожидаться товарища — прыгнул с борта самолёта.

Он начал кружиться, но у него уже не было того острого волнения, которое он испытывал в первую попытку спастись таким образом. Он был собранным и старался действовать максимально спокойно. Когда он выровнял падение, ему удалось разглядеть в небе точку, которая отделилась от падающего самолёта.

«Надеюсь, это был Давид… — подумал он. — И надеюсь, что он выпрыгнул оттуда с парашютом».

В душе у него нарастала эйфория от того, что на этот раз удалось кое-что изменить с самого начала. Наконец, он заставил Давида спастись вместе с ним!

Настало время дёрнуть за кольцо и испытать весь спектр ощущений от рывка при раскрытии купола.

После стабилизации парения, Александр смог сориентироваться на местности. Он постарался направить парашют к знакомому холму, на котором он устроил первый успешный бой врагам. Поскольку Давид выскочил из самолёта позже него, то даже если он будет плохо управлять парашютом, то всё равно должен оказаться достаточно близко к товарищу.

Он поймал глазами купол Давида, который только что раскрылся. Товарищ сориентировался в воздухе и постарался придерживаться того же направления, что и Александр. У него выходило хуже рулить парением, но это было легко объяснить. Ведь для Шульца это был уже третий подряд прыжок за непродолжительное время. Несмотря на то, что он прожил несколько жизней, все они укладывались в считанные дни. Так что можно смело заявлять, что с предыдущих прыжков прошло немного времени.

Александру на этот раз не удалось приземлиться на нужный холм, но он был от него близок. Пока он складывал парашют и искал место, в которое его можно спрятать, примерно в километре от него приземлился Давид.

— Лопату забыл, — недовольно пробурчал Шульц, глядя на ранец со сложенным куполом парашюта, который некуда было деть. — Чёрт! Снова придётся копать укрытия палками. В следующий раз нужно не забыть сапёрную лопату…

Последняя высказанная мысль заставила его замереть, после чего он с ужасом на лице пробормотал:

— В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ⁈ Чёрт! Мне не нравится, как я стал мыслить. Почему я настолько уверен, что следующий раз обязательно настанет? Мне это не нравится. Определённо, очень не нравится.

Поскольку он не нашёл укромного места для сокрытия парашюта, он просто бросил его в небольшую ямку и принялся руками закидывать его дёрном и ногами пинал на него землю. Получилась такая себе кучка, которую вблизи легко было различить. Но, по крайней мере, издалека обнаружить средство десантирования было проблематично.

— Ну, хоть так, — остался он недовольным тем, что вышло.

— Чем ты тут занят? — метрах в десяти от него шустро шёл к нему задыхающийся Давид. Он подошёл к другу и застыл рядом с ним, глядя на получившуюся кучу травы и земли, из которой проглядывали куски белой ткани. — Трахни меня богомол! Ты что, всё это время прятал парашют?

— Судя по тому, что ты так быстро пришёл, ты свой парашют не стал скрывать, — констатировал Александр. Увидев, как скривилось лицо товарища, он кивнул и продолжил: — Ну, точно не стал! Эх ты… Нас же учили правильным действиям. Теперь эти эритрейские ублюдки быстрее нас найдут.

— Я пойду и всё спрячу! — Давид развернулся на месте и хотел было пойти обратно.

— Стой! — остановил его Шульц. — Не будем терять время. Туда-обратно — это минут двадцать, если спешить. Ещё минут десять на сокрытие. За полчаса мы успеем добраться до соседнего холма и заняться обустройством обороны. У этих парней джип. Если мы вернётся к твоему парашюту, то рискуем остаться без обороны к их прибытию.

— У каких парней? — Давид с непониманием уставился на товарища.

— У тех ублюдков, которые сбили наше летающее корыто и которые грохнули наших сослуживцев. Давид, приходи уже в себя. Ты мне нужен в качестве боевой единицы.

— То есть, ты это тоже видел? — поник головой собеседник. — Как рухнул самолёт… Получается, что мы с тобой единственные выжившие?

— Получается так, — тяжело вздохнул Александр.

— А что у нас за задание? — продолжил Давид, всё так же хмурясь.

— Нет никакого задания, — признался Шульц. — Я его выдумал, чтобы ты не стал творить дичь и спасся вместе со мной.

— В смысле⁈ — Давид с изумлением в смеси с сильным недоумением пристально посмотрел на друга. — Ты серьёзно? Как можно выдумать такой приказ?

— Бро, у меня сегодня днюха, не знаю уже по счёту какая, — криво ухмыльнулся Александр, пытаясь то ли сменить тему, то ли свести всё к шуточной манере. — Поздравил бы что ли.

— Я тоже второй раз родился, — отмахнулся от него Давид. — Не уходи от темы. Что значит, выдумал приказ, чтобы я не творил дичь? О какой дичи идёт речь⁈

— Эм… — Шульц на несколько секунд задумался, стоит ли об этом говорить, но решил, что плевать — скажет правду или нечто близкое к ней, а там будь что будет. — Ты можешь считать меня психом, хотя это возможно так и есть, — вспомнил он своё непродолжительное заключение в дурке, — но я скажу тебе как есть. Я уже несколько раз подыхал, после чего каждый раз возрождался в том самом проклятом самолёте незадолго до того, как его подбили. Братан, я застрял в проклятом дне сурка! Только это не день. Эта шняга длится гораздо дольше, по крайней мере, до моей очередной гибели. Сечёшь к чему я?

— Секу, — с серьёзным видом кивнул Давид. — Ты поехал кукухой, Алекс. Но я тебя не осуждаю. Столько парней погибли… Короче, я всё понял. Больше никаких глупых вопросов.

— Что ты понял⁈ — Александр всерьёз удивился такому заявлению. Ведь по виду Давида можно было судить, что он ему не поверил.

— Я понял, — продолжил товарищ, — что у тебя отличная чуйка на опасность и наблюдательность. Вот ты и решил свалить с обречённого борта самолёта с использование уловки про секретную миссию. А поскольку ты знал, что в рундуке мало парашютов — всего два, то решил спасти меня и пожертвовать остальными. И это разумно. В противном случае за эти парашюты началась бы драка, и никто бы не выжил.