- Как мне следует вести себя в доме Наместника? - спрашиваю негромко, - Есть ли у вас для меня какое-то особое задание?..

- Твоё задание - быть счастливой рядом со мной. Так велел твой отец, - чуть мягче отвечает Итай, погладив меня по волосам.

Не знаю - почему, но от этих его слов мне становится очень тревожно...

Выбор подарка... дело и впрямь ответственное. Взгляд управляющего сообщает мне это без всяких слов, когда мы входим в хранилище генеральского поместья, которое сам генерал небрежно назвал «кладовой».

- Здесь столько сокровищ... неужели господин принимал подарки и до моего появления здесь? - протягиваю, изумленно оглядывая полки с золотыми статуэтками, свитками, жемчужинами невиданных размеров и необработанными драгоценными камнями.

- Это подарки, присылаемые из дворца старшему господину и его сыну - моему нынешнему хозяину - на дни рождения и праздник нового года с тех пор, как те перебрались на границу, чтобы защищать её от вэйтарского вторжения, - объясняет мне управляющий, оглядывая всё это богатство.

- Великий князь ценит род Ха’гон, - кивая самой себе, отзываюсь.

- Ценил всегда и ценит ещё больше с тех пор, как старший господин погиб, останавливая атаку превосходящего по численности противника, - произносит управляющий.

- Мы были в меньшинстве на последней войне? - удивленная, спрашиваю.

- Затяжной конфликт имеет высокую цену. Он вынуждает правителя идти на уступки чиновникам, требующим распределения средств без учёта приоритета военных расходов.

- Почему? - не увидев логики, уточняю.

- Потому что только люди, живущие на границе, могут с точностью сказать, как страшна война. А люди, живущие в богатой и спокойной столице, не могут понять, почему должны ужиматься и затягивать пояса... - звучит бесстрастный ответ.

- Выходит, старшему господину перестали выделять средства, необходимые для содержания армии? - смотрю на старого вояку, затаив дыхание.

- Обмундирование, обеспечение оружием, ежемесячным пособием - на всё это были сокращены расходы. А часть уже выделенных средств оставалась в руках Наместника, отвечавшего за их передачу. Двором в те годы была допущена ужасная ошибка... - оглядывая полки с дарами, произносит управляющий. - Но даже при этом старший господин смог защитить границу - пусть и ценой своей жизни.

Оглядываюсь и понимаю, что все эти богатства - попытка загладить вину за смерть прекрасного человека, верного подданного княжества Антар, искренне желавшего мира и процветания для его жителей.

Позиция генерала по отношению к Наместнику тоже становится понятной. Если тот в своё время не доложил в столицу, насколько серьёзны проблемы на границе, он мог напрямую способствовать смерти старшего господина - хотел того или нет.

Однако, вопроса «хотел или нет» тут не стоит, поскольку часть выделенных средств этот жадный управленец оставлял себе...

- С тех пор деньги на содержание армии приходят напрямую генералу, минуя людей Наместника? - спрашиваю ровным голосом, хоть и знаю ответ.

Знаю - от жителей Приграничья, с которыми налаживала связи от лица Лулу в попытке обустроить своё будущее вне стен поместья генерала.

- И распределяются с учетом полученных от генерала сведений, - кивает управляющий.

Что ж, ещё один паззл складывается! Наместник не просто так отправляет в столицу сообщения о том, что на границе неспокойно, хоть на выделение средств это уже никак не влияет. Таким образом он демонстрирует свою заботу о генерале и его армии! И, что ещё хуже, тем самым он не даёт возможности торговцам с других округов приезжать в Приграничье и открывать своё дело, а торговцев Приграничья сдерживает от развития, собирая с них дикую дань. Разумеется, всё это он делает специально, чтобы генерал чувствовал давление и, наконец, начал сотрудничать...

Какой ужасный хитрый человек!

Вполне возможно, доверие Великого князя к нему уже подорвано. И сам княжеский двор поставлен в неловкую позицию: с одной стороны, Наместник был направлен в Приграничье самим солнцем великого княжества, с другой стороны, из-за алчности и некомпетентности Наместника произошла трагичная потеря генерала Ха’гона старшего.

Ещё одно озарение вынуждает меня отвернуться от управляющего, чтобы скрыть расширившийся взгляд, - может ли двор полагать, что Итай настроен враждебно к правящему роду?.. И не играет ли на этом страхе хитрый Наместник, вынуждая Великого князя осторожничать с сыном погибшего генерала и засыпать того подарками - и деньгами на содержание армии?!

Звучит слишком логично. И объясняет многое, в том числе - излишнюю, на первый взгляд, осторожность генерала, от которой я едва не пострадала пару недель назад, будучи переодетой в Лулу. Если подумать, с учётом всех интриг Наместника, Итай мог быть поставлен в крайне уязвимое положение! И ощущение близкой развязки неспроста связано с посещением Приграничья госпожи Ха’гон...

Небеса, я как чувствовала, что её приезд - не простой визит вежливости, а её попытка свести генерала с дочерью княжеских кровей - не простая блажь! Ровно, как и желание госпожи остановиться в доме Наместника!

- Госпожа Амай? - зовёт меня управляющий.

- Я рада, что в столице были сделали все выводы, - протягиваю отстранённым голосом, прикоснувшись к большой жемчужине на бархатной подушке.

Не нужно ему знать, о чём я думаю.

- Не уверен, что все, но часть - точно. В любом случае, там наконец, поняли, что государство неизбежно слабеет, когда война длится дольше одного дня, - соглашается управляющий, - потому решили развивать торговлю с Вэйтаром.

- Но Торговая Гильдия... - хочу, было сказать, что она скорее препятствует развитию, чем поддерживает, но замолкаю.

По-хорошему, это уже не моё дело. И не дело управляющего генеральского поместья. И говорить об этом нам не стоит - ни вдвоём, ни при свидетелях.

Уверена, Итай знает, как предотвратить повторение трагедии! Не зря же держится обособленно, стараясь не встревать в конфликты - чтобы у Наместника не множились опасения на его счёт.

Да, теперь совершенно ясно, почему генерал старался не вступать с ним в прямую конфронтацию: он и так получил контроль над всем денежным потоком, так ещё и отчитывается напрямую Великому князю, в обход посаженного Наместника - а тот, в свою очередь, не хочет, чтобы его власть в Приграничье была ограничена ещё одним политическим игроком, потому интригует, подставляя генерала за кулисами и стремясь сблизиться с ним на публике.

Этот сложный узел не распутать так просто - ни участникам конфликта, ни княжескому двору в столице. Но его можно разрезать одним точным ударом!

Могу предположить, именно к этому удару Итай и готовится в ожидании приезда своей матушки. Но кем же в этом раскладе является сама госпожа Ха’гон? Союзником или врагом? Помнится, супруг говорил, что у его матушки большие амбиции... я тогда решила, что через брак сына с княжной госпожа желает укрепить позиции рода!

Но, что, если она желает отомстить за смерть своего мужа?..

Отомстить не Наместнику, как побочному звену уже ржавой цепи, а самому правящему роду?..

Внезапный озноб вынуждает обнять себя за плечи, с тревогой глядя на полки с сокровищами. Итай не просто так готовится к её приезду, как к переломному моменту... Желание госпожи расширить сферы влияния, и попытка самолично устроить брак с княжной, включающая поездку до свободного Приграничья, где у генерала есть собственная армия - не случайные совпадения! Это цепь целенаправленных действий.

Человек, стремящийся к власти, как правило, видит конечную точку... на какую же вершину хочет подняться госпожа Ха’гон?

И как в таком случае будет действовать Итай, маневрируя между хитростью Наместника и целеустремленностью его матушки?

- Вы что-то выбрали в качестве подарка, госпожа Амай? - отвлекает меня от мыслей голос управляющего.