Я оказалась сиротой при живом отце. При живой бабушке и тёте с дядями.
Я не имею никаких долгов перед этой семьей, но почему-то должна терпеть подобное отношение - спустя столько лет!
- Я должна пресечь всё на корню, - цежу, открывая глаза.
- Что именно ты собираешься делать? - заметив мой настрой, настороженно спрашивает Вэнь. - Зачем тебе переодеваться в Лулу, Амай?..
- Мне выходить нельзя. Тебе тоже. Значит, нести весть нашим мастерам на границу должна Лулу. А ты будешь делать вид, что следишь за купанием госпожи, - отзываюсь, освобождая волосы от дорогих шпилек и заколок. - Что касается траектории движения... Лулу вполне может на обратном пути оставить послание Третьему господину Сэйра о том, что натворила его жена! Я не собираюсь делать вид, что произошедшего не было! Мне просто не хватит на это сил!!! - восклицаю, срываясь и проклиная себя за слабость.
Вэнь подходит и кладет ладонь мне на спину, когда я упираюсь ладонями в столешницу и опускаю голову в попытке подавить досаду, боль и гнев.
Шакалья натура этой женщины не может восприниматься мной, как что-то естественное и нормальное! Таким людям не место в благородных семьях - и, о странная странность, именно таких бессовестных хищниц в благородных семьях больше всего...
Но, как бы то ни было, отец должен знать, что она здесь натворила!
Перед визитом в поместье генерала он точно заедет на постоялый двор - и тогда слуги передадут ему моё письмо.
- Ты уже давно перестала маскировать свой голос перед генералом. И он успел рассмотреть твоё лицо со всех ракурсов. Надо ли нам торопиться и отправлять Лулу - доставлять послание мастерам? Может, стоит подождать? Я сама схожу и со всем разберусь после окончания визита госпожи Ха’гон, - мягко произносит Вэнь, поглаживая меня по плечам.
Но я лишь качаю головой.
- Ты не понимаешь. Это не Лулу надо дойти до мастеров. А мне надо выйти из поместья и проветриться! - произношу резким, даже неприятным голосом.
- Это... я как раз поняла, - тихонько отзывается Вэнь, продолжая осторожно успокаивать меня. Тщетно! Я не откажусь от своей затеи:
- Тогда начнём готовиться, - киваю и сажусь за стол, чтобы написать письмо отцу.
Если верить его посланию, прибудет он завтра. А госпожа Ха’гон - послезавтра. Мы должны разобраться со всем быстро.
***
Путь до условленного места занял не так много времени: я шла довольно быстро. Оставив послание мастерам за камнем, осматриваю местность и решаю возвращаться: вокруг не было ни души, и меня никто не увидел.
В послании предлагаю им начать производить товар на продажу и оставляю серебро для погашения себестоимости. У нас есть уговор о разделе прибыли не только из-за моего предложения продавать товар на территории княжества Антар, но и по причине оказания денежной помощи на первых этапах производства! Я намеренно давала вэйтарским мастерам шанс обокрасть меня: этот риск будет окуплен в будущем - когда наше дело сложится, а доверие скрепится видимым результатом!
- Постой! - слышу за спиной женский голос и с удивлением оборачиваюсь.
Перед валуном стоит женщина лет тридцати - с моим свертком в руках.
Не спешу отвечать, поскольку мне ещё не задали вопроса. Я вообще впервые самолично контактирую с представителями Вэйтара!
- Раньше послания оставляла другая девчушка, - осторожно произносит женщина, вглядываясь в меня.
Я делаю то же самое.
Её наряд отличался от моего яркой вышивкой на ткани; волосы были заплетены в несколько кос, связанных друг с другом цветным ремешком, и были черными и кудрявыми, а в остальном... она ничем не отличалась от представительниц княжества Антар! Тот же цвет кожи, те же светлые глаза, тот же язык... ну, разве что манера произнесения слов была несколько иной - но разница не казалась критичной.
- Вэнь сегодня занята, потому пришла я. Меня зовут...
- Лулу, - кивает женщина. - Я знаю. Слышала. И Вэнь несколько раз о тебе упоминала.
- Вы с ней много разговаривали? - уточняю, заинтересовавшись.
Я не знала, как часто она встречалась непосредственно с представителями Вэйтара. В первые месяцы нашего пребывания в Приграничье мы часто разделяли обязанности и носились по округу, налаживая связи.
- Ты не доверяешь своей подруге? - спрашивает женщина, всматриваясь в мои глаза.
- Доверяю полностью. Потому не проверяю, - жму плечами.
- Ваша дружба очень странная... - протягивает женщина и, подождав некоторое время, демонстративно открывает сверток. - Ты не обманула и положила серебро.
- Ты знаешь, что дела веду я? - удивленно спрашиваю.
- Вэнь сказала, что у тебя голова хорошо работает и ты можешь обеспечить нам прибыль, если возьмешься за дело, - кивает женщина.
- Так и есть. Мы нашли потенциальных закупщиков в других округах. И корабль у нас есть. Теперь всё зависит от вас, - отвечаю.
- Мы не подведем. Мы хотим, чтобы наш округ расцвел. Мы не хотим войны с твоим княжеством - мы хотим торговать! - произносит вэйтарка почти воинственно.
- Я тоже не хочу войны. И тоже хочу, чтобы этот округ расцвел, - отзываюсь, и на моих губах появляется улыбка.
Сама не знаю, почему.
Возможно, потому что я смогла увидеть тень будущего в глазах этой женщины - того самого будущего, которое непременно сформируется вследствие моих поступков и принятых решений... Будущего без войны.
- Я возьму твоё серебро и принесу товар через две недели - этого времени хватит на создание двух сотен браслетов. Но камни в них будут куда крупнее: мы хотим, чтобы наши браслеты носила ваша знать, а не простолюдинки! - с вызовом бросает она мне.
- Хорошо, - медленно киваю, принимая к сведению.
Это будет сложнее воплотить, но мне нравится, что у этих мастеров есть уверенность в своих силах! К тому же смена группы потребителей - отличный ход для усмирения воинственного настроя: если по столичным округам Антара начнут гулять барышни с браслетами из Вэйтара, разжигать ненависть в сердцах простых людей станет куда трудней...
- Мне нравится твоё предложение! - в итоге, восклицаю с улыбкой.
- А мне нравится твоя открытость к новым предложениям! Почаще приходи на переговоры лично, - хмыкает женщина, затем кивает куда-то мне за спину, - Правда, это место нам следует сменить: воины пограничного гарнизона уже не первую неделю расчищают эту дорогу к границе Вэйтара от камней и диких кустарников.
Оборачиваюсь и смотрю на дело рук... бойцов моего генерала. Я ещё вчера по возвращении в центр отметила эту странность, но не знала - кого именно «благодарить» за то, что дорога к вэйтарцам стала такой хорошей...
- Ты права, однако, границу они точно не пересекут: с такими валунами не справится даже целая армия! - в свою очередь, кивнув за спину женщине, отвечаю ровно.
В этом месте граница между княжествами и впрямь не проходима для бойцов в тяжелой экипировке. Валуны раскиданы по берегу беспорядочно, один больше другого, а какие-то нагромождены друг на друга и выглядят очень ненадёжно. Расчищать этот путь нужно несколько лет - и желательно не воинами гарнизона, а рабочими, иначе затраты будут колоссальными: ведь границу всегда должен кто-то охранять!
- Они хотят здесь что-то построить... - доходит до меня через некоторое время.
- Что? - кричит вэйтарка в ответ.
Нельзя ей пока об этом знать!
- Говорю: на той горной стороне есть чайные плантации - найди их; там работают наши люди. И если что-то понадобится, обращайся к ним! - отзываюсь.
- Хорошо! Но что сказать, чтобы меня признали? - спрашивает женщина.
- Скажи, что ты от Лулу. Они поймут, - отвечаю и начинаю отходить, поскольку время уже поджимало. - Прощай, мастерица! И пусть тебе в твоих делах сопутствует удача!
- Прощай, Лулу! Товар будет ждать тебя на твоих плантациях через пару недель, - с улыбкой произносит женщина и уходит, быстро скрываясь за валунами.
Прибавляю шаг, чтобы пересечь открытую местность как можно скорее. Кожу под рукавом обжигает письмо отцу, которое я должна оставить в таверне. А на сердце теплеет от мысли, что Вэйтарцы не живут ненавистью к нам... Более того, эта конкретная вэйтарка относится ко мне лучше, чем мои родные сестры и мачеха! А, может, даже лучше, чем родной отец...
