Как только последний из культистов исчез в темноте коридора, Морис бесшумно появился из тени, его движения были быстры и отточены. Он махнул в сторону стражника и тот словно перестал нас видеть. Морис подбежал ко мне и принялся развязывать узлы, удерживающие мои руки, затем опустился, чтобы освободить ноги.

— Морис! — прошептала я, чувствуя, как по телу разливается облегчение. Но радость оказалась недолгой: я всё ещё не могла пошевелиться. Замерев, я посмотрела на него с беспомощностью.

— Дай мне секунду, — шепнул он и, поднеся руки к моему лицу, сосредоточился, направляя магию. Постепенно сковывающий меня паралич отступил, и я, наконец, смогла обнять его, вдыхая знакомый запах. — Мари, у нас мало времени. Они ушли ненадолго.

— Что происходит? — спросила я, не желая отпускать его. Морис напрягся, поглядев на стоящего в стороне стражника, и почти шёпотом объяснил:

— Я прочитал их мысли. Ритуал уже начат. Завершить его сможешь только ты, Хранительница, своей силой. Но проблема в том, что пока ты не передала все стихии, использовать их не сможешь. Нужно уходить отсюда, немедленно!

Мой взгляд метнулся к связанным мужьям, и я ощутила, как сердце сжимается от тревоги.

— Но… если ритуал уже начался… что будет с ними? — слова дрожали, и я невольно посмотрела на Феликса и Фернана, измученных и слабо шевелящихся.

Морис закусил губу и резко выдохнул:

— Те, кто участвуют в ритуале, умрут, если он не будет завершён. Ты понимаешь, что это значит, Мари? — Его взгляд метнулся к Феликсу и Фернану. Феликс, услышав это, выдавил с трудом, почти рыча:

— Уводи её. Уводи, Морис. Без неё ритуал не завершится, и культисты проиграют.

— Нет! — бросила я, вскидываясь. — Ты должен забрать королевскую семью и вывести их во дворец! Одно дело хранительница, другое королевство, — отчаянно добавила я, понимая, что Морис — единственный, кого не поймали и не ждут тут.

Он нахмурился, нерешительно глядя на меня.

— Мари…

— Прошу тебя, — взгляд мой был умоляющим. — Ты нужен им. Королю, королеве, принцу — они должны вернуться во дворец. Спаси их!

Морис стиснул зубы, взвешивая свои возможности, но наконец, кивнул. Он быстро прошёл к королю и королеве, развязывая их вместе с принцем, и, под крики и слёзы королевы, утащил их в открывшийся портал.

Я поспешно развязывала своих мужей, сердце бешено колотилось от страха и отчаяния. Первым я освободила Дейна, он, шатаясь, встал рядом, а затем принялась за Даниеля. Как только его магические оковы упали, он мгновенно выпустил тьму, стараясь остановить ход ритуала, но ничего не произошло. Мой взгляд метнулся к Феликсу и Фернану, которые, освободившись, оседали на пол, истощённые и бледные от потери крови. Их раны ещё кровоточили, и, казалось, каждый выдох давался им с трудом.

Тишину разорвали звуки шагов. Я вздрогнула, увидев повара и его приспешников. Теперь он уже не прятался за маской услужливого работника. В мрачном одеянии культиста он смотрел на нас с ледяным презрением.

— Думаете, сможете сорвать ритуал? — усмехнулся он, кивнув своим людям. — Как забавно. Ничтожная попытка.

Не успела я ответить, как Даниель и Дейн бросились вперёд, не давая ему договорить. Тьма Даниеля вихрем окружала его, образуя плотный заслон, пока Дейн, призывая магию воздуха, отправил сильный порыв в сторону врагов, стремясь разбить их защиту. Культисты на мгновение отшатнулись, но затем с яростью бросились в контратаку, и завязалась жестокая схватка.

Даниель и Дейн сражались изо всех сил, защищая нас, а я пыталась придумать, как ещё можно было бы остановить ритуал.

Тишину разорвали звуки шагов. Я вздрогнула, увидев повара и его приспешников. Теперь он уже не прятался за маской услужливого работника. В мрачном одеянии культиста он смотрел на нас с ледяным презрением.

Когда я повернулась, рядом с мною внезапно возник Морис. Его уверенное присутствие стало словно якорем среди бушующей магии и надвигающейся опасности. Он коротко кивнул и бросил на меня взгляд, полный тёплого спокойствия, в котором смешивались сила и решимость.

— Армия не сможет пробиться сюда, — произнёс он сдержанно. — Пропускают только меня, потому что я — часть ритуала.

Слова его прозвучали неожиданно, и я ощутила прилив облегчения. Всё, что происходило вокруг, казалось немного менее пугающим, когда он рядом. Не успев полностью осознать это, я почувствовала его губы на своих. Этот поцелуй — нежный, но вместе с тем уверенный и притягательный, — словно дарил мне уверенность и силу.

Морис выпрямился и, взглянув на меня, направил свою магию вперёд. Её мощь разлилась волной, заставляя культистов отступить под натиском силы. Казалось, его магия образовала защитный барьер, временное укрытие в этом море опасности.

Надолго ли?

Как только Морис появился рядом, я увидела, как Дейн, до этого отважно стоявший перед культистами, сделал шаг назад, чтобы перевести дух. Он оказался совсем рядом, его дыхание было слегка сбито от напряжения, но взгляд — по-прежнему сосредоточен и внимателен. Дейн осторожно коснулся моего плеча, как будто проверяя, в порядке ли я, и в этот момент наши взгляды пересеклись. В его глазах была не только тревога, но и глубокая забота.

Морис же, почувствовав, что Дейн на мгновение ослабил защиту, принял на себя инициативу, его магия быстро и решительно оттеснила культистов, которые на мгновение замешкались, ощутив мощь его силы.

— Что нам делать? — прошептала я, ощущая, как паника снова подступает к горлу.

Дейн взглянул на меня с мрачной решимостью, его рука сжала мою на мгновение, словно передавая уверенность.

— Думаю, у нас не так много вариантов, милая, — сказал он, сжав челюсти, — но мы будем сражаться.

Я кивнула, стараясь удержаться на грани между страхом и решимостью, и посмотрела на Феликса и Фернана. Их лица были бледными, глаза полуприкрыты. Им было совсем плохо, и каждый их вздох казался с трудом вырванным. Острая боль пронзила меня — бездна, они не выдержать этого долго!

Мне нужна была сила, моя собственная сила, чтобы положить конец этому кошмару! Но пока я не передам свои стихии, пока ритуал не завершён, всё оставалось бесполезным. Как же это несправедливо! Мне не нужны все семь ктарахов, мне достаточно этих мужчин, которые и так отдают мне всё — их преданность, их защиту, их любовь. Я бы предпочла их всему миру, если бы это могло нас спасти.

Вдруг, словно молния, пронзила меня мысль. А что если…

— Дейн, — окликнула я, и он, уже собравшийся снова занять свою позицию, повернулся ко мне. — Поцелуй меня.

Его лицо сначала отразило лёгкое удивление, но затем его взгляд стал тёплым, как в момент нашего первого поцелуя. Только на этот раз он уже не собирался говорить о том, что я «замужем» — вместо этого он придвинулся ближе, его тёмные глаза стали мягкими, и, не раздумывая, он наклонился ко мне.

Я впилась в его губы жадно, отчаянно, словно моля всех богов, чтобы это сработало. Чтобы я смогла передать ему то, что скрывалось во мне. Магия потекла от меня к Дейну, как река, но не его сила — это была моя. Это было другое, более глубокое. Я почувствовала, как он распахнул глаза, но не отстранился, продолжая держать меня в крепких объятиях. В его взгляде читалось восхищение, и его глаза словно говорили: «Ты всегда умеешь удивить, Мари».

Я не смогла остановиться, пока не отдала ему всё, до последней капли. Когда наконец, слегка пошатываясь, я отстранилась, он улыбнулся и пробормотал с восхищением:

— Как… Хотя чего ещё ожидать от тебя, самой потрясающей женщины.

Морис, стоявший рядом, лишь кивнул, внимательно наблюдая за происходящим.

— Я прикрою, — коротко бросил он, указывая на Даниеля.

Дейн нехотя оставил меня, сосредотачиваясь на новой магии, что теперь была его. Вскоре он поднял руки, выпуская мощную волну земли, и под ногами культистов разошлись бугры, сбивая их с ног и заставляя отступить. Даниель посмотрел на него с явным удивлением, не замечая, что я только что сделала.