— А что с моим отцом? — спросила я. За то время, что я провела без сознания, глава семейства мог натворить непоправимых глупостей.

— Я отозвал своих людей, — сказал инквизитор и отвернулся к окну, словно разговор был ему неприятен. — Суть проблемы мне ясна, и экспериментатор находится в этой комнате, поэтому ты сделаешь антидот, и чем быстрее — тем лучше.

Я не ответила, а вместо этого принялась рассматривать его профиль с острыми скулами, прямым носом и губами, которые он постоянно сжимал в тонкую линию. Как можно быть таким красивым и таким холодным? Элис заметно нервничала, стоя рядом с Андером, даже мой отец сразу взял на себя вину, не пытаясь обманывать, потому что с такими людьми шутки плохи. Только я не боялась Даркмура. Как можно бояться своего истинного дракона? Свою пару. Пусть он и отрицает это сейчас.

— Зачем ты танцевал со мной? — спросила я тихо, желая узнать правду. Мне хотелось услышать признание, но упёртый дракон думал иначе.

— Это эффект твоего усилителя, — ответил он, даже не повернув головы.

— Ты флиртовал со мной весь танец, — возразила я, чувствуя, как внутри поднимается злость. — Ты прижимал меня к себе так, что у меня рёбра трещали.

— Я уже объяснил, — отрезал Андер, резко поднимаясь и уходя прочь. — Я должен отправить письмо твоему отцу, что ты жива.

Он вышел, даже не взглянув на меня. Инквизитор просто сбежал от дальнейших вопросов, найдя благородный повод.

Я осталась одна в палате, где белые простыни пахли лавандой и чем-то лекарственно-успокаивающим. Я провела ладонью по руке, не найдя пальцами ни следа от пореза, ни капли запёкшейся крови. Только лёгкая сонливость напоминала о моём отчаянном поступке. Кто бы что ни говорил, но я поступила правильно, спасла отца и осталась с Андером Даркмуром наедине. Вряд ли многим удаётся так долго побыть в его компании.

Я закрыла глаза и думала о том, как вскрыть этого дракона и где у него броня тоньше.

Когда в дверях снова послышались шаги, я не стала открывать глаза, но всем телом чувствовала его тяжёлое и почти осязаемое присутствие. Два пальца легли мне на шею, нащупали пульс, и я услышала короткий выдох облегчения, который главный инквизитор королевства тут же спрятал под маской невозмутимости, после чего опустился на стул и снова сложил руки на груди.

Я приоткрыла глаза. Через узкие щёлочки увидела, как мой дракон сидит, откинувшись на спинку и уставившись в потолок с лицом-маской, но его правая рука чуть заметно и нервно барабанила по левому предплечью.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказал он, взглянув исподлобья, но не меняя положения головы. Странный дракон. Если ты отворачиваешься, то зачем тогда следишь за мной тайком?

— Ты будешь со мной всю ночь?

— Да. Чтобы ты не сбежала, — последовал незамедлительный ответ, поясняющий причину.

— А если я пообещаю не сбегать, ты уйдёшь?

— Я тебе не верю.

Я улыбнулась в темноту и прошептала:

— Получается, ты в любом случае просидишь у моей постели всю ночь. Разве это не любовь?

— Будешь болтать — прикажу напоить тебя снотворным, — фыркнул он, но в его голосе не было злости, а уголок губ пополз вверх, но быстро вернулся на место.

Я помолчала пару секунд, собираясь с духом, и самым невинным голосом, на который только была способна, спросила:

— Может, ты ляжешь рядышком, и я усну намного быстрее?

Андер медленно повернул ко мне голову, и в приглушённом свете его глаза казались ещё темнее. Тёмно-серый цвет захватил радужку и придавал такой шарм, что я прикусила нижнюю губу от удовольствия лицезреть такую картину.

— Если я лягу рядом, вряд ли ты уснёшь, — сказал он тихо, почти шёпотом, смотря только на мои губы.

Я успела заметить, как дёрнулся его кадык от сглатывания, но он словно дал себе мысленную оплеуху и снова попытался взять себя в руки. Но было уже поздно.

— Пожалуйста, Андер, — попросила я с придыханием, чуть двинув плечами и грудью от глубокого вздоха.

Он посмотрел на узкую больничную кровать, рассчитанную на одну хрупкую драконицу, а никак не на здоровенного инквизитора.

— Мы не поместимся вдвоём, — оправдался он. Фраза прозвучала почти как извинение. Значит, он не против лечь рядом.

— Я могу прижаться к тебе, — продолжила я и сама испугалась того, как это откровенно прозвучало. Драконица не должна вести себя так пошло, но к чему этикет, если я говорю со своим истинным.

— Если ты ко мне прижмёшься… — Андер не договорил, а вместо этого резко выдохнул, провёл рукой по лицу и выругался: — Чёрт. Как ты это делаешь?

Я видела, что он злится на себя, потому что на его висках начали проступать серебряные изящные рога. Я смотрела на них восхищённо, чувствуя, как у меня внутри живота всё сжимается в тугой узел.

— Дашь потрогать? — выдохнула я, сама не узнавая свой голос с лёгкой хрипотцой.

— Нет, — процедил он сквозь зубы, но даже не двинулся с места.

— Я дам тебе потрогать свои, — предложила я, понимая, как это глупо, но уже была не в силах остановиться.

Андер тяжело и очень глубоко вздохнул, после чего отвернулся, выругавшись так тихо, что я не смогла расслышать.

Рога исчезли так же внезапно, как и появились. Я разочарованно вздохнула и надула губы. Андер заметил и это краем глаза, после чего снова вздохнул — на этот раз тихо и почти обречённо.

— Ты очень красивый, — прошептала я, рассматривая его профиль в тусклом свете, стараясь запомнить каждый сантиметр.

— На тебя действует магия, поэтому ты так думаешь, — ответил он, меняя позу, ставя локоть на подлокотник и подпирая кулаком подбородок. Он смотрел на меня будто нехотя, когда человек не хочет показывать свой интерес открыто.

— У тебя было много женщин? — спросила я, проверяя почву.

— Достаточно, — ответил он без тени смущения.

— И где они сейчас?

— Ты думаешь, я слежу за ними? — усмехнулся он нервно.

— Ты не ответил на вопрос.

— Мне нет дела до прошлого, потому что прошлое должно оставаться в прошлом, — сказал Андер, и его скулы заметно напряглись, после чего он помедлил, но всё-таки спросил: — А у тебя?

— Что у меня?

— Ты поняла вопрос.

Я отвела взгляд, потому что мне стало стыдно, хотя стыдиться было нечего.

— Я белый лист, на котором нет ещё ни одного рисунка.

Он молчал долго, вовсе перестав дышать, а потом выдохнул тяжело, сжав руку в кулаке до белых костяшек.

Аннабель

— Никогда не хотела? — спросил он глухо, продолжая невыносимый, но такой интересный для него диалог.

— До тебя — нет, — ответила я честно.

Андер запрокинул голову, откинувшись на спинку стула и закрыв глаза.

— Аннабель... — почти рыча, собеседник выругался моим именем. Его рога проступили на считанные секунды во всей своей красе, но снова спрятались.

Кажется, главный инквизитор королевства злится на себя самого за собственные чувства. Его грудь под чёрной рубашкой и пиджаком часто и неровно вздымалась.

— Что-то не так? — спросила, растягиваясь в улыбке. Кажется, я смогу поймать эту птичку в свои силки.

— Перестань со мной флиртовать, — произнёс собеседник хриплым низким голосом, вызывая волну мурашек.

— Зачем, если я этого хочу? — вбила новый гвоздь своим признанием.

— Аннабель… — выдохнул моё имя Андер, будто оно жгло ему рот и губы. — Чёртова драконица…

Мужчина поднялся, подошёл к окну и встал спиной, снова сложив руки на груди. Я запрокинула голову, любуясь на широкие плечи, на то, как туго натянулась ткань пиджака на лопатках, на то, как светлые волосы отражают тусклый свет.

— Я не хочу, чтобы ты ушёл, пока я сплю, — призналась я ему в спину.

— Я не уйду, — заверил меня собеседник.

— Мне будет спокойнее, если ты… — Я замолчала, прикусив губу.

Андер обернулся, сделал два шага к кровати и тихо попросил:

— Говори.

— Мне так понравилось, когда ты держал меня в танце, — выдохнула я. — Ох, Андер… Мне сложно это сказать... Я бы очень хотела...