— Я? — Тео напрягся, и его пальцы вцепились в полупустую кружку. — Я ничем не примечательный.

— Но ты же артефактор. Наверняка ты любишь науку?

— Люблю ли я науку? — собеседник усмехнулся. — Да я все книги в библиотеке отца прочитал от корки до корки. А ещё сколько я купил в довесок к тому, что есть. Я обожаю читать про новые открытия, про то, как новая засекреченная разработка...

Теодор запнулся на полуслове и дал себе мысленную оплеуху.

— В общем, я люблю науку. Это верно, — произнёс парень уже более сдержанно.

— Ты такой милый, — растянулась я в улыбке и увидела красивые ямочки на мужском лице, которые появились от смущения. Щёки Тео быстро покрылись румянцем, и мне захотелось потрогать их, проверяя, настоящий ли это эффект.

— Я никогда не был с девушкой, даже не целовался, — Теодор посмотрел на меня и замолк.

— Хочешь, чтобы я тебя поцеловала? — спросила я, понимая, что такого парня, доброго душой и чистого сердцем, грех не вознаградить.

— Очень хочу, Элис, — руки дракона отлипли от кружки и опустились под стол, потирая от смущения колени.

— Ты обещаешь, что поможешь с артефактами? — решила поторговаться.

— Обещаю. Даже если не поцелуешь, я обязательно всё сделаю, — просиял Теодор.

Солнце за окном постепенно начало клониться к закату, показывая первые оранжевые лучи. Я посчитала, что это достаточно романтичный момент для первого поцелуя.

Я поднялась со стула, подошла к Теодору и нагло села ему на колени.

Наши взгляды встретились. Милый парень так мило смущался, что я и сама просияла в ответ.

— Готов? — спросила я, придерживая одеяло. Тео кивнул и закрыл глаза.

Я легко коснулась его губами, сама ещё толком ничего не умею, но мне очень хотелось порадовать парня.

Пять секунд, потом десять и тридцать. Мы целовались нежно. Но моя инициатива быстро сменилась настойчивостью дракона, который схватил меня и прижал к себе.

— Элис, ради этого я готов бороться, — вдруг произнёс собеседник и, взяв меня на руки, усадил на стол. Он будто обезумел, его руки вцепились в мою шею, не давая мне даже шанса отклониться в сторону.

— Тео... — попыталась оттолкнуть парня, но лишь потеряла одеяло, которое скатилось с плеч на стол.

Дракон окинул мою голую до пояса фигуру взглядом и схватил меня за волосы. Я опешила, не понимая, что происходит, но горячие поцелуи, как кипящая магма, стали обжигать шею и грудь. Теодор накинулся на меня, как самый голодный зверь на брошенную ему кость.

«Он не так прост, как кажется», — вспомнились слова Генри.

Мою руку начало жечь имя дракона, и я поняла, что вляпалась снова.

— Я хочу тебя всю, Элис, — прозвучало хриплое признание артефактора, который слетел с катушек. Казалось, он порвёт меня на части — так жадно он целовал меня. Одеяло полетело в сторону, потому что Теодор рывком его вырвал из-под меня. Меня уложили на спину, как куклу. Я попыталась отбиться ногами, но дракон закинул их себе на плечи и начал целовать. Я простонала от такой страсти. Внутренняя сторона бедра медленно сгорала от поцелуев горячих губ. Я боялась даже пискнуть — настолько страшно мне стало. Кто ещё безумец из них четверых — это большой вопрос. Откуда только силы у Теодора держать меня в силках так крепко. Он коснулся языком моего чувствительного бугорка и сам простонал, начиная тщательно меня вылизывать. Как только я попыталась подняться, сильная рука взяла меня за шею и слегка придушила.

Два пальца вошли внутрь, заставляя меня выгнуться от удовольствия.

— Чёрт, Тео, что ты творишь! — прохрипела я громко, содрогаясь под таким напором.

— Ты моя! — ответил Теодор рыком, чем снова меня напугал. Я взорвалась от удовольствия третий раз за день, совсем не понимая, как это вышло. Очнувшись, я посмотрела вниз на тяжело дышащего дракона между моих ног. Артефактор был прекрасен. Я верю, что он нежный и ласковый, но сейчас он на пути соперничества и поэтому выглядит так опасно. Его ямочки вовсе потерялись. Таких, как Теодор, лучше не злить.

Но к его разочарованию, слева от меня послышались шаги. В дверях замер Генри, за ним Себастьян, а их растолкал следом идущий Дориан со свежим шрамом на щеке.

— Какого чёрта? — произнёс Генри, смотря на голую меня и того, кто застыл между моих ног.

— Я её не отдам! — закричал Теодор и сдёрнул меня со стола, прижал к своей груди спиной. Его рога и когти тут же показались наружу. А крылья закрыли меня и его защитным коконом.

Вот что делает поцелуй с милым парнем. Сносит ему крышу по самый фундамент.

— У тебя нет твоих безделушек, Теодор! — выступил вперёд Генри и достал из кармана брюк перстни. — Ты не справишься с нами в одиночку. Хочешь вернуть свои артефакты — отпусти девушку!

— Ты идиот, Генри! — прокричал артефактор и выставил руку вперёд, открывая меня наполовину. Все перстни полетели прямо к руке Теодора и, несмотря на когти, залезли на пальцы, устраиваясь как влитые. Артефактор сжал кулак, и обеденный, не маленький стол, стоящий по левую сторону от меня, полетел в трёх соперников. Тут же кухонные ножи полетели следом, утыкаясь в пол, а затем и вся кухня.

Я перепугалась до смерти, смотря на то, что происходит. Прямо в крыло Генри вонзился нож, который он вытащил с рыком и обещанием всадить его в Тео. Безумец уничтожал моих потенциальных мужей одного за одним с таким выражением лица, что я пожалела не только о том, что пришла на бал, но и о том, что я вообще родилась.

Трое противников затягивали раны и снова бросались к нам, но артефактор разбирал мебель на части и всаживал ножки мебели прямо в животы.

— Хватит, Тео, ты убьёшь их, — прошептала я.

— Тебе их жалко? — спросил Теодор грубым голосом.

— Да, жалко! — повысила тон я. — Ты был прав! Мне мало одного дракона, я хочу всех! Я не хочу выбирать между вами, я хочу каждого, потому что я человек! Я глупая, жадная, и мне никогда больше так не повезёт в жизни. Мне нужны все!

Моё признание стало неожиданностью и для драконов, и для меня самой. Я не могла смотреть, как страдают Генри и Себастьян, с которыми я уже была близка. Мне безумно хотелось узнать, какое свидание приготовил для меня Дориан. Правда ли он способен скупить все цветы в городе.

Я отвернулась от трёх израненных драконов и, уткнувшись в грудь Тео, которого тоже не хотела отпускать, горько расплакалась.

— У меня никогда не будет второго шанса построить свой пансионат... — прошептала я, всхлипывая громко. — У меня не будет шанса побывать на балу ещё раз. Я человек, и мне никогда не выпадет такой шанс.

Тяжёлый вздох Теодора у моей макушки прозвучал как капитуляция. Крылья и руки обняли меня, успокаивая. Я рыдала так громко, как никогда не рыдала в жизни. Человеческим девушкам никогда не дарят целые повозки цветов, а мне хотелось хотя бы один раз узнать, каково это — быть настолько любимой.

Я всхлипывала в грудь Теодора, пока тот молчал. Мужские руки гладили меня по голове и плечу, обволакивая заботой.

— Прости меня, Тео, я не могу выбрать только тебя, — прошептала, извиняясь перед драконом в который раз.

Генри возился где-то сбоку — я слышала, как он ругается сквозь зубы, зажимая свою рану, а Себастьян подначивал хозяина дома своими подколами.

— Тео, — прошептала я в мужскую рубашку.

— Знаю, — ответил он глухо. — Знаю. Всё хорошо. Мне следует лучше себя контролировать. Ты моя первая девушка, ты первая, кого я поцеловал. Для меня это многое значит, Элис.

— Для меня тоже, — прошептала я, вытирая слёзы со щеки, и посмотрела в глаза уже успокоившегося дракона. На щеках милые ямочки, на губах виноватая улыбка.

— Я не вправе просить тебя о таком, но мне очень хочется быть первым. В том самом плане. Для них это ничего не значит, а для меня это как самый дорогой подарок. Я буду нежен, обещаю. Ты обучишь меня так, как тебе нравится.

— Я не знаю, как это делается, Тео, я и сама никогда не была так близка с мужчиной, — призналась я второй раз за день в своей неопытности.