Чужие пальцы тем временем спустились ниже, погладили мою голую шею, медленно прошлись по ключице, будто картограф изучал карту незнакомой страны, по которой собирался путешествовать. Я записала «доска — пять штук», потом зачеркнула и исправила на шесть — всегда нужен запас.

— Ты пахнешь так, что у меня кружится голова, — прошептал он совсем тихо, наклоняясь к моей шее и втягивая ноздрями воздух.

Я не видела, но чувствовала его дыхание на своей шее, тепло его ладоней на своей коже и лёгкое напряжение в каждой мышце наших тел. Дракон правда старался не переходить границу, и от этого мне безумно хотелось откинуться назад, прижаться к нему и позволить всё, что он захочет.

Я не заметила того момента, когда моя спина коснулась спинки стула, а голова запрокинулась назад, и я уставилась в потолок, пока мужские руки гладили мои бока через тонкую ткань полотенца. Мурашки побежали по моим рукам, животу и спине, а мой выдох получился слишком глубоким и громким в тишине комнаты. Мои соски затвердели от лёгкого возбуждения, от близости с драконом, который так красиво ухаживал. Я закрыла глаза, поддаваясь соблазну.

— Элис, ты потрясающая, — прошептал блондин и поцеловал меня.

Поцелуй не был настойчивым и требовательным, как у Генри. Себастьян мягко прижался губами к моим губам, будто спрашивая разрешения. Я ответила сама, не думая, позволила его языку скользнуть в мой рот, позволила его рукам гладить мою шею и ключицы, спускаясь ниже, к груди, но останавливаясь в сантиметрах от неё. Себастьян дразнил меня своей нерешительностью, и мне это безумно нравилось.

Приятное тепло разливалось в моей груди, опускалось в живот и заставляло мои мышцы расслабляться одну за другой. Я забыла, что боялась, забыла, что совсем не знаю этого мужчину, забыла, что он дракон, а я человек, и что, между нами, всего несколько часов знакомства и магия истинности, которая всё равно всё испортит. Я просто целовалась долго и нежно, смакуя каждое движение его губ, каждое прикосновение его пальцев к моей шее и каждый его тихий выдох.

— Ты такая сладкая, — прошептал он мне в губы.

Я хотела сказать что-то из разряда «так укуси меня как десерт», но мне не хватило смелости. Вместо этого я притянула дракона ближе и запустила пальцы в его светлые волосы. Себастьян подхватил меня одним лёгким движением на руки, будто я ничего не весила, и понёс меня к кровати. Мне было плевать на всё, кроме целующего меня дракона. Сейчас существовали только его руки, только его губы и это странное пьянящее чувство, что меня хотят не как вещь и не как трофей, а как настоящую женщину. Умную, красивую и достойную выйти замуж за дракона.

Себастьян опустил меня на кровать спиной на одеяло и навис сверху, опираясь на локти, чтобы не давить своим телом. Его красивое лицо с обворожительной улыбкой оказалось всего в нескольких сантиметрах от моего.

— Я остановлюсь в любой момент, когда ты захочешь, — произнёс дракон серьёзно. — Обещаю тебе. Дай мне насладиться тобой. Мне кажется, я теперь навсегда безвольный раб твоих прекрасных губ.

Я смотрела в его глаза и видела, что он не врёт. Искреннее признание отозвалось во мне сладкой истомой. Мне совсем не хотелось говорить «нет». Вместо ответа я потянулась к нему и поцеловала сама.

Себастьян ответил мягко и бережно, а его рука скользнула по моему боку, поднимаясь к груди, и снова замерла у края полотенца, без слов спрашивая разрешения. Я чуть кивнула, и его тёплая ладонь накрыла мою грудь.

Я медленно и глубоко выдохнула, чувствуя, как каждый нерв в моём теле откликается на его прикосновение. Мне не было больно или страшно — наоборот, всё происходящее казалось правильным, будто я всю жизнь ждала именно этих рук. Он целовал меня снова и снова — в губы, в щёки, в уголок рта, в подбородок, — а его пальцы осторожно и почти невесомо ласкали мою грудь, убирая ткань в сторону всё больше. Мужские губы накрыли твёрдую вершинку, заставляя меня выгнуться на постели и тихо простонать. Каждое движение губ отзывалось во мне дрожью и жгучим желанием прижаться ближе.

Я запрокинула голову и сжала одеяло руками, чтобы хоть чуть-чуть сдерживать эмоции. Я позволила дракону целовать мою шею и грудь. Позволила ласкать меня руками по животу и бокам. Я услышала свой тихий и почти жалобный стон, когда к чувствительной точке между ног прикоснулись пальцы.

— Элис, позволь мне поцеловать тебя, — прошептал он, поднимая голову и заглядывая мне в глаза.

Я кивнула, не осознавая, где именно будет поцелуй.

Мой живот мгновенно втянулся от чужих губ, а я задохнулась от неожиданности и смущения. Я посмотрела на дракона, который прокладывал дорожку поцелуев прямо к чувствительной точке. Я поднялась на локтях, желая его остановить. Даже открыла рот, чтобы произнести фразу, но Себастьян был быстрее.

Ласка была настолько нежной, что меня опрокинуло на спину. Мужские губы втянули мой бугорок в рот, заставляя меня стонать от удовольствия. Мои ноги быстро раздвинули в сторону, а горячий язык принялся ласкать кожу с настойчивостью и усердием.

— Себастьян... — простонала я в голос, выдыхая мужское имя. Мои руки снова впились в ткань на постели, чтобы хоть чуть-чуть держаться за реальность. Я выгибалась дугой от прикосновений, стонала громко и протяжно.

Всё оборвалось в тот миг, когда Генри не выдержал и ворвался в спальню. Себастьян полетел в стену с громким звуком, ударяясь плечом.

— Элис, это его магия. Ты должна опомниться, — попытался вразумить меня Генри Рид, залезая на меня сверху и устраиваясь между ног. Дракон закрыл моё тело собой, а я...

Я посмотрела на виноватого Себастьяна, который пытался держать лицо, а потом на брюнета, чьи губы оказались так близко.

— Я хочу получить удовольствие, Генри, — призналась я со стыдом на лице.

— Ты можешь получить его со мной, Элис, ничуть не хуже, — ответил Рид и продолжил то, что делал Себастьян, только своими пальцами. Я запрокинула голову, получая удовольствие и совсем теряя голову.

Это было странно, но очень необходимо. Как дышать, как испить воды в жаркий полдень. Мои губы вдруг оказались в плену блондина, пока брюнет занимался тем, что у меня ниже шеи. Пока мягкие губы целовали мои, Генри вбирал ртом почти половину груди, засасывая её грубо и жёстко, и так же массировал мой чувствительный бугорок.

Я стонала, сжимала ткань в кулаки до треска и выгибалась, сходя с ума. Пик удовольствия случился быстро. Как сильный ветер, он сорвал меня, как флаг, развевающийся на крыше знатного дома, и, потрепав в воздухе, впечатал в землю. Я не могла ни сдвинуться, ни пошевелиться. Так хорошо мне ещё не было.

Когда я открыла глаза, то обнаружила перед собой двух драконов, явно ожидающих, что я выберу кого-то одного. Вместо этого я обратила внимание на свою руку, где имена первых двух женихов были запечатлены ярко. Генри ревностно посмотрел на моё запястье и сжал зубы.

— Я не позволю остальным сделать то же самое, — выругался брюнет и повернулся к Себастьяну. — Если нас будет четверо, то она даже физически не сможет это перенести. Ты обязан мне помочь. Либо мы объединяемся, либо я всех вас поубиваю.

— Откуда в лекаре столько кровожадности? — усмехнулся блондин, но в целом идею поддержал. — Меня устроит только один соперник, тем более у меня есть перед ним преимущество. Я готов объединиться.

— Так ты мне врал? Никакого пансионата не будет? — пришла в себя я, замечая ухмылку на лице Себастьяна, совсем не похожую на его эмоции, когда он осыпал меня комплиментами.

— Ну что ты, конечно, я не врал, всё будет так, как ты захочешь, — ответил дракон и поцеловал меня в губы, но Генри взял его за волосы и оторвал от меня.

— Полегче, громила, — выругался Себастьян.

Парни начали договариваться между собой, кто за что отвечает, где я буду жить, как они скажут об этом родителям, в то время как я, завёрнутая тщательно в одеяло, пыталась успокоить свой стыдливый внутренний голос. Несколько минут я боролась с собой и не смотрела на драконов, но потом всё же повернулась. Они расхаживали по комнате, решали мою судьбу, а я пялилась на их задницы. Пятая точка Генри мне нравилась больше, но у Себастьяна была такая очаровательная улыбка и губы, которые умели так нежно целовать. То, что он делал языком между ног, мне настолько понравилось, что я мечтала это повторить, как и грубые поцелуи на груди от брюнета. В горле пересохло, как в пустыне, и я тихонько спустилась на пол, завернулась в одеяло поудобнее и пошла к выходу.