– Посудомоечник, говоришь? – Иван Петрович прищурился. – А кто будет отчитываться перед Отделом Энергетического Контроля за то, что он вампирит электричество, да еще и оставляет чашки с астральной слизью? Отписка – наше все, Денис!

Дверь кабинета резко распахнулась, и на пороге возникла запыхавшаяся, доведенная до ручки женщина бальзаковского возраста, чье лицо было исцарапано, а волосы запутаны в нечто, напоминающее плющ.

– Это просто невыносимо! – закричала она, едва переводя дыхание. – Вы должны что-то сделать! Я больше не могу жить в этом… этом… в этой теплице ужаса!

Иван Петрович, поправив пенсне, навел на посетительницу взгляд, способный заморозить даже эльфа из Северных Лесов.

– Фамилия, имя, отчество? Адрес? Суть жалобы, гражданка? И попрошу без истерик, у нас здесь не приемная астрального суда.

– Дорофеева, Анжела Станиславовна! Дом 17, третий подъезд! Этот двор… он… он съедает нас! Мой кот Барсик вчера чуть не утонул в фонтане из нектара, а мужа обсыпало какой-то светящейся пыльцой, теперь он ходит и всех обнимает! Он никогда таким не был!

Варя, отложив в сторону свой анализатор, обернулась. Её глаза, обычно серьезные, сейчас расширились от интереса.

– Пыльца? Светящаяся? Подробности, пожалуйста. Есть ли признаки астрального свечения? Или, может быть, изменение цветовой палитры ауры?

– Какая аура?! – всплеснула руками Дорофеева. – Там… там скамейки обвиты живыми лианами, которые пытаются схватить прохожих за ноги! Газоны наступают на асфальт, вырывая его с корнями! А цветы… цветы плюются чем-то липким и пахучим! И главное – это все после того, как бабка Зинаида Аркадьевна из первого подъезда решила "облагородить" двор! Она что-то там бормотала про "природную магию" и "удобрения от духа земли"!

Денис, бледнея, взглянул на Ивана Петровича. – Бабушка Зинаида Аркадьевна… Она же у нас на учете как "потенциально нестабильный магический субъект". Последний раз она пыталась вырастить на балконе урожай лунных камней.

Иван Петрович вздохнул. Это был тот тип проблем, который он ненавидел больше всего: несанкционированное бытовое колдовство. Оно всегда оборачивалось тоннами бумажной волокиты и необходимостью применения "радикальных методов", что порой приводило к еще большим проблемам.

– Значит, Зинаида Аркадьевна. Отлично. Варя, Денис, собираемся. Похоже, у нас "Несанкционированное Заклинание Облагораживания Двора" в чистом виде. Денис, не забудь взять протокол "О неконтролируемом фитогенезе" и "Акт осмотра территории с повышенным магическим фоном". И обязательно швабру! Вдруг там еще и слизь какая-нибудь будет.

Двор дома 17 выглядел так, будто кто-то случайно пролил на него бутыль с концентрированным эликсиром дикой природы. Сквозь асфальт, потрескавшийся под напором неистовой флоры, пробивались ярко-зеленые побеги, мгновенно разраставшиеся в кусты, а затем в деревья, перевитые гигантскими, пульсирующими лозами. Скамейки, которые еще вчера были обычными деревянными сооружениями, теперь напоминали фантастические живые скульптуры, полностью обросшие фиолетовыми лианами, с редкими, словно глаза, бутонами.

– Ну вот, – процедил Иван Петрович, с трудом пробираясь сквозь заросли, которые, казалось, активно пытались его опутать. – Типичная Зинаида Аркадьевна. Хотела как лучше, получилось как обычно – аномальная зона.

Варвара, одетая в свой рабочий комбинезон, поверх которого висел ремень с набором магических инструментов – от астрального гаечного ключа до универсального заклинательного резонатора – включила свой анализатор. Прибор жалобно пискнул и замигал всеми лампочками, показывая немыслимый уровень магической активности.

– Ух ты, – пробормотала Варя. – Это не просто рост. Здесь эффект резонанса. Она, похоже, активировала какой-то древний фейри-узел, находящийся под двором. И теперь двор не просто растет, он живет своей жизнью, поглощая ману из окружающей среды. И, судя по всему, он еще и… немного агрессивен.

Едва она это произнесла, как один из ближайших кустов, усыпанный крупными, похожими на колокольчики цветами, развернул свои венчики и, издавая шипящий звук, обдал Дениса струей ярко-красной пыльцы. Денис закашлялся, а его очки покрылись липким слоем, сквозь который мир стал выглядеть как психоделический мультфильм.

– Ой! – воскликнул Денис. – Что это?! Я чувствую… непреодолимое желание рассказать всем свои секреты! И обнять вон ту скамейку!

Варя быстро отмахнулась от приближающегося облака пыльцы. – Это пыльца "Исповеди" и "Вселенской Любви"! Похоже, Зинаида Аркадьевна где-то достала семена фейри-ландышей. Отойдите, Денис, не вдыхайте!

Иван Петрович, недолго думая, выхватил из-за пояса свой любимый "заклинательный лом" – на вид обычный лом, но инкрустированный рунами "Разрушения Замков" и "Обезвреживания Бытовых Проклятий". С видом опытного дровосека он попытался срубить одну из особо назойливых лиан. Лом с глухим стуком отскочил, а лиана, словно в ответ, резко хлестнула его по лицу.

– Тьфу ты, зараза! – выругался Иван Петрович, отплевываясь. – Это не просто флора, это… это магический Голем! Денис, давай, что там по инструкции? Пункт 3.7.2. "Применение Гербицида Противомагического Действия".

Денис, все еще покашливая и пытаясь стряхнуть с себя пыльцу, судорожно открыл толстый том. – Так… "Гербицид Противомагического Действия (ГПМД) следует применять согласно инструкциям Министерства Природной Магии. Не распылять вблизи астральных порталов и мест скопления элементалей воды. При попадании на кожу возможны временные изменения метаболизма и… неконтролируемая привязанность к домашней утвари". Иван Петрович, у нас ГПМД закончился еще в прошлом месяце, когда мы боролись с грибами-полтергейстами в подвале!

– Отлично! – Иван Петрович потер подбородок. – Значит, по старинке. Где тут у нас источник? Бабка Зинаида Аркадьевна, говорите? Денис, иди, постучись к ней, только осторожно, чтобы она тебя в лягушку не превратила. А мы с Варей пока попробуем найти эпицентр.

Пока Денис, с опаской озираясь на окружающую его агрессивную растительность, направился к первому подъезду, Иван Петрович и Варя продвигались вглубь двора. Каждое дерево шептало что-то на непонятном языке, цветы вибрировали, а кусты, казалось, перешептывались, обсуждая новых "гостей".

Варя достала компактный прибор, похожий на счетчик Гейгера, но с рунами на циферблате. – Похоже на концентратор маны. Где-то здесь находится точка максимального излучения. Обычно такие узлы спят веками, но бабушка Зинаида Аркадьевна, видимо, случайно их пробудила.

– А откуда у нее такое мощное заклинание? – Иван Петрович сплюнул. – Неужто из ЖЭКовской библиотеки стащила? У нас там гримуар "Запрещенные Заклинания для Бытового Применения" как раз пропал пару лет назад.

– Вряд ли, – Варя покачала головой. – Уровень заклинания слишком… архаичен. Похоже на самодельное колдовство, но с использованием мощного источника. Что-то, что дало ей доступ к первородной магии.

В этот момент из первого подъезда выбежал Денис, весь перепуганный, с клоком фиолетовых водорослей на голове.

– Она… она не открывает! И ее квартира… – Денис указал дрожащим пальцем на окно первого этажа. – Там… там все поросло! Сквозь щели пробиваются лианы, а из-под двери течет… что-то зеленое! Она что, там тоже свой сад выращивает?!

– Неудивительно, – вздохнул Иван Петрович. – Значит, очаг у нее внутри. Ну что ж, план "Б". Ломаем дверь.

– Иван Петрович, это же незаконное проникновение! – ужаснулся Денис. – У нас нет ордера на магический взлом!

– Будет тебе ордер! – рявкнул Иван Петрович, доставая из кармана небольшой, пожелтевший бланк. – Вот, "Предписание об Аварийной Деактивации Магической Угрозы, подписанное лично Архмагом Ремёсел и Быта товарищем Кулибиным". От 1957 года! Он до сих пор имеет силу! Варя, твоя очередь. Нужна деактивация.