– Моя биография вас не касается, – девушка сморщилась и наконец спрыгнула с гравибайка. – Мой клан разрушен. А на мнение Кайса и других я плевала. Если увидите наши корабли – можете дать мне нажать кнопку запуска ракет, я не стану колебаться. Быстрее загружайтесь, сворачивайте ремонт и отправляйтесь. Все задачи должны быть выполнены или можете забыть о возможности посещать станции Дома Грант.

Зелёная обошла контейнеры, заявив, что ей нужно сосредоточиться и только поторапливала меня, не горя желанием вести диалог. Оспаривать выбор надзирателя мне было лень. Хотя наличие ксеносов в разведке удивляло. Наверняка ей всё время приходится доказывать лояльность. Вероятно, с постоянными проверками псиониками.

Вылетели мы лишь спустя полтора часа, рассчитавшись со станцией. Все отремонтированные системы функционировали. А небольшую калибровку можно провести самостоятельно во время полёта.

Меркурий покинул док и отлетел от Акант‑альфа. Я следил за полётом с мостика, думая о том, как много разочарований и новых проблем принесла станция. С наградой за мою голову тоже требовалось что‑то сделать.

– Курс проложен, – сообщила Афродита. – Первая точка остановки через сорок часов полёта. Прибытие в целевую систему Урасис через пять суток и два часа.

Неблизкий полёт – остановки можно не учитывать: они будут кратковременными. Впрочем, по крайней мере ненадолго расслабимся и забудем об охоте на нас. Лететь в космосе на стелс‑корабле – крайне безопасное времяпрепровождение. Кристиан был со мной согласен, только сейчас испустив вздох облегчения.

«Переход в режим скольжения».

Космос замерцал и со вспышкой сменился тьмой, расцвеченной редкими огоньками и энергетическими потоками сине‑фиолетовых оттенков.

Какое‑то время мы молча созерцали завораживающий, гипнотизирующий переливами самый верхний слой гиперпространства. Команда собралась разбредаться по своим делам, и у меня возникла идея.

– Может во что‑нибудь сыграем? Где‑то лежат настольные игры – настоящие, не голографические.

– Я за! – не сомневаясь ответила Лили.

– Э‑э… настольные игры? – Крис будто усомнился, что правильно понял моё предложение.

– В последний раз прикасался к подобному ещё до того, как… давно, в общем, – Майк решил не говорить о прошлом. – Если капитан позволит, мне интересно.

– Вас четверо на диверсионный фрегат и вам настолько нечем заняться, что вы готовы прожигать время на игры? – со смесью удивления и насмешки спросила Герда.

Я посмотрел на гокта, облокотившуюся на дверной проём у входа на мостик. На лице, кстати, вполне читаемом для человека, отражалось высокомерие – мол «серьёзно? Вы дети что ли?»

– Ну, во‑первых, нас пятеро, не списывай Афродиту. Во‑вторых, можем себе позволить: на вашей станции отдохнуть полноценно не вышло. В‑третьих, если ищешь тут большую красную кнопку запуска самоуничтожения, то её перенесли в камеру мусоросжигания. Поищи там.

Герда жила с людьми и нашу мимику переняла на все сто: ведь обычно гокта глаза не закатывают.

– Ты проспал момент, когда ваши боги раздавали людям чувство юмора. Не хотите, чтобы я заходила на мостик?

– Как сказать… входить – можешь. А дальше по разрешению. Связь для тебя открыта, думаю этого достаточно. Так вот, Афродита, что скажешь?

Андроид тоже нас навестила и вопреки тому, что обычно поддерживает любое общение, выглядела она мрачно.

– Капитан… я согласна, налаживание неформального общения не повредит. Но получено анонимное сообщение.

– Ну приехали… и кто там? – я вздохнул. Очевидно, письмо ждало получения, зависнув на ретрансляторе с запретом передать его через станцию. Шанс, что его содержание будет для нас хорошей новостью околонулевой.

Афродита глянула на зелёную, которая проявила такт и покинула нас.

– Открываю. Внутри одна фраза: Вы поплатитесь, слово Драго.

[Несколько дней назад]

«Непобедимый», огромный по меркам пиратов флагман и гордость Рейдеров Драго неспешно плыл в пустоте, сопровождаемый стайкой кораблей меньших размеров. Авианосец класса Л – то есть размера линкоров, пусть и далеко не самый большой, внушал трепет и уважение. Большинство летающих баз представляли собой переделанные супер‑грузовики, уступающие настоящей боевой машине во всех отношениях.

Группировке было далеко до масштаба и могущества Штиля. Впрочем, у жителей глубокого космоса приветствовалась раздробленность. Большой и могущественный флот пиратов вызывает обеспокоенность у Домов.

Обитатели Кармайкла недавно показали, насколько сильны, ходя по опасной грани начала настоящего антипиратского рейда. Множество раздробленных группировок намного меньше волновало благородные Дома, чем единый флот. А если действовать разумно и не атаковать корабли слишком влиятельных родов. Либо делать это так, чтобы это гарантированно не связали с тобой, то можно очень даже неплохо жить и подниматься.

Малые группировки, вроде Тихого Оазиса от средних отличало наличие носителя. Первые вынуждены тяготеть к пиратским и полу‑пиратским станциям или покупать довольно дешёвые модульные постройки. Любой вариант несёт свои риски. Поэтому если группировка хочет расти, то ей нужна летающая база, способная в любой момент сменить позицию.

Тяжёлые корабли не только позволяли минимизировать посещение станций. Но и служили билетом на новый уровень, на котором целями перехвата могут быть не только малые корабли или средние грузовики без конвоя, но и более серьёзная добыча. Они же привлекали новобранцев – нередко из одиночек или малых групп.

Сейчас в ангаре Непобедимого происходила попойка в честь присоединения к Рейдерам Драго группы новых членов, только что прошедших проверку при успешном нападении. Единственное помещение, способное вместить разом такую толпу – это ангар. И потому пираты пили и развлекались в окружении самых разных кораблей. Лишь доставшие «короткую соломинку» младшие из старых членов, а также корабельный ИскИн следили за тем, чтобы пьяные мужчины не начали творить что‑то неправильное. Разумеется, Драго приказал оставить всё оружие в каютах.

– За Драго! – крикнул один из пиратов.

– И побольше богатых слизняков в наших руках! – поддержал его другой.

Рейдеры Драго сидели за столами, продолжая пить, есть и шумно разговаривать, стремясь перекричать друг друга. Некоторые то и дело лапали суетившихся женщин – преимущественно похищенных пленниц, оставленных в качестве обслуги и развлечения для пиратов.

Одетые во фривольные наряды, порой практически голые, они суетливо доливали выпивку и подносили новую еду, норовя урвать недоеденный кусок. Во время таких праздников пленницы могли не только получить больше еды и надеялись, что большинство пиратов напьётся достаточно, чтобы быть не в состоянии закончить праздник с ними в каюте. Кому‑то могло не повезти уже в ближайшее время.

Редкие женщины из числа пиратов – обычно спутницы капитанов кораблей и старшего «офицерского» состава, смотрели на это абсолютно равнодушно. Разве что пытались поддерживать внимание своих мужчин на себе.

Пираты наедались и поднимали тосты, порой издевательские. Перехваченный грузовой конвой одного рода на их радость вёз много натурального мяса – дефицитного и очень дорогого в космосе. Причём даже проведя расследование, род сочтёт, словно в пропаже конвоя виноваты вераксианцы.

– Драго, извини, что не вовремя, но есть новости насчёт Сандера, – около пиратского барона, расположившегося за отдельным столом во главе празднества, сел мрачного вида мужчина – худой, с острыми скулами и холодным взглядом.

Лидер группировки, грозный крупный громила с выпирающими из лица кибернетическими имплантами, который судя по лицу казалось всегда был на грани впадения в ярость, неспешно отпил из большой кружки с рельефным черепом из чистого золота.

Выпивка его не брала. И в отличие от диковатой команды он предпочитал всегда оставаться в трезвом уме. Его помощник вовсе не любил ни алкоголь, ни попойки. Тем не менее не терял уважения среди пиратов. Боялись его не меньше чем Драго.