— То есть, ты хочешь сказать, что всему виной банальная упертость? — прямо спросил я, резюмируя его длинную речь. — Если откинуть в сторону всю ту лирику про созерцание звезд и память предков, которую ты сейчас рассказал.

Нандор кисло улыбнулся. Ему явно не понравилось мое упрощение, но спорить с фактами он не стал.

— Рассуждая примитивными человеческими критериями — да.

Я скрестил руки на груди и ухмыльнулся ему в ответ. Терпеть снисходительный тон я не собирался.

— А высокие эльфийские критерии, надо полагать, говорят, что это священная борьба за абсолютную свободу?

— Да, — твердо ответила Шая, не дав брату вставить слово и лишив нас возможности начать браниться, как это бывало прежде. Она посмотрела на меня. — Именно поэтому, лично мое мнение заключается в том, что этому конфликту на данном этапе нет ни конца, ни края. Компромисс невозможен, пока живы идеалы старого мира. Но давайте вернемся к сути. Брат Виктора предположительно находится у «Лесных братьев». Соответственно, он хочет его оттуда вытащить.

— Это я уже понял, — сказал Нандор, переведя взгляд на сестру, а затем снова на меня.

— Есть какие-нибудь реальные возможности уточнить, правда ли он находится у них, и не является ли это письмо банальным обманом? — задал я главный вопрос, ради которого и инициировал эту встречу. — Мне нужны гарантии, прежде чем я сделаю хоть один шаг в их сторону.

Нандор задумался. Он взял чашку, отпил немного остывшего кофе и медленно поставил ее на блюдце.

— Сомневаюсь, что смогу дать тебе стопроцентную гарантию прямо сейчас, — честно ответил он. — Структура радикалов децентрализована. Но я могу аккуратно поспрашивать у своих коллег по ведомству с запада. У них есть своя агентура и свои каналы получения информации. Но ничего конкретного я тебе не обещаю.

— Было бы неплохо, — я кивнул, принимая его условия. В моем положении любая зацепка была на вес золота. — И на том спасибо.

— Сочтемся, коронер, — Нандор слегка прищурился. В его глазах я заметил странный блеск, который явно не сулил ничего хорошего. — К слову, я слышал, что ты успешно прошел все бюрократические процедуры, получил лицензию мага, и теперь твои способности абсолютно легальны на территории Империи.

— Верно, — подтвердил я, не понимая, к чему он клонит.

Нандор перевел взгляд на Шаю.

— Так это… — задумчиво протянул эльф, обращаясь к сестре.

— Что? — недоумевала Шая, слегка нахмурившись.

— Почему мы не можем обращаться к нему, как к независимому специалисту для проведения допросов?

Повисла пауза.

— Кгхм… — Шая неловко откашлялась. Она явно не ожидала такого прямого и прагматичного вопроса от брата, тем более в моем присутствии. У нее явно не было заготовленного ответа на подобное предложение.

— А я когда-то говорила, что мы не можем этого делать? — наконец, нашлась она, пытаясь сохранить лицо.

— Я просто поинтересовался, — пожал плечами Нандор, словно речь шла о найме сантехника, а не мага. — С его уникальными навыками и теперь уже полным официальным одобрением от государства мы же можем привлекать его к следственным мероприятиям? Закон этого не запрещает. А на практике это колоссально упростит нашу работу во многих сферах, особенно там, где подозреваемые предпочитают молчать.

Я сидел, приподняв брови, и молча смотрел на эльфов, которые прямо при мне обсуждали, как именно они будут использовать мои способности в интересах Министерства Внутренних Дел.

— Меня спросить не забыли? — поинтересовался я, прерывая их диалог.

Оба эльфа одновременно повернули головы и посмотрели на меня.

— Ну мы же тебе помогаем, — логично заметил Нандор, и в его голосе не было ни капли смущения. — Пока что я лишь вслух предполагаю, как ты можешь помочь нам в ответ, если возникнет такая служебная необходимость. И заметь, Виктор, в делах Особого Отдела ты уже и так в курсе.

Я тяжело вздохнул, глядя в остывший кофе. Крыть было нечем. Нандор был прав. Отношения со спецслужбами — это всегда палка о двух концах. Ты просишь у них ресурс, они просят твой.

Вот уж действительно. Назвался груздем, полезай в лукошко.

— Значит, договорились, — кивнул я, подводя итог нашему специфическому бартеру. — Тогда узнайте, что там творится, и дайте мне знать. Если получится выяснить, что мой брат действительно жив и находится у них, тогда я подумаю, что делать дальше.

Нандор смотрел на меня несколько секунд, словно взвешивая мои слова. Его темные глаза оставались непроницаемыми, но в позе чувствовалась легкая напряженность.

— Вот тебе мой совет, Виктор, — негромко, но веско произнес эльф, чуть наклонившись над столом. — Если у тебя есть возможность решить этот вопрос без кровопролития — реши его именно так.

Я приподнял бровь, глядя на оперативника Особого Отдела.

— И ты видишь варианты такого решения? — прямо спросил я.

— Да, — так же прямо ответил Нандор. — Просто выкупи брата. Собери нужную сумму, организуй безопасную передачу и забери его. Тихо и чисто.

Я медленно покачал головой. Слышать подобное от сотрудника имперских спецслужб было по меньшей мере странно, но, с другой стороны, он оставался эльфом. И где-то глубоко внутри он, возможно, не желал, чтобы имперский спецназ сровнял с землей очередной лесной лагерь его сородичей, пусть и радикально настроенных.

— И это, по-твоему, без кровопролития? — я усмехнулся, но веселья в этом звуке не было. — Это инвестиция в оружие и провизию, которые они потратят, чтобы убивать моих сограждан. Имперских солдат, жандармов, случайных людей, оказавшихся не в том месте. Если бы у эльфов существовали официальные благотворительные фонды, которые помогали бы нищим, мирным эльфам — я бы с удовольствием туда задонатил. Но при твоем раскладе выходит, что я стану прямым спонсором радикальной террористической группировки. Не самое лучшее достижение в послужном списке, не находишь?

Нандор выслушал мою тираду и ни на секунду не смутился. Он просто пожал плечами, откидываясь на спинку стула.

— Я лишь дал совет, основываясь на статистике выживаемости заложников при штурмах, — ровно ответил он. — Как именно поступать — дело твое.

— Справедливо, — согласился я.

Мы расплатились за кофе. Я оставил на столе несколько купюр, покрывающих счет и чаевые, после чего мы поднялись и направились к выходу.

На улице нас встретил привычный столичный шум и прохладный, влажный ветер. Небо все так же хмурилось серыми тучами. Шая и Нандор остановились у края тротуара и синхронно достали сигареты. Я стоял рядом, ожидая, пока они докурят, и наблюдал за проезжающими мимо машинами.

— Ну, — сказал Нандор, бросая окурок в урну и выдыхая последнюю струйку сизого дыма. — Перерыв у нас закончился, так что, поехали обратно.

Мы сели в «Имперор». Я завел двигатель и плавно влился в автомобильный поток, направляясь в сторону здания Министерства Внутренних Дел.

Я припарковал машину у знакомого контрольно-пропускного пункта. Эльфы отстегнули ремни безопасности.

— Дам знать через пару дней, — сказал Нандор, открывая дверь. Он задержался на мгновение, глядя на меня. — А пока не суетись и не делай резких движений. Если твой брат действительно у них, то они ему ничего не сделают.

— Это я уже понял, — кивнул я. Логика террористов, использующих заложников как живой капитал, была мне предельно ясна. Мертвый аристократ не стоит ни копейки.

Эльф коротко кивнул в ответ, принимая мой ответ. Шая молча вышла следом за братом.

— Бывай, коронер, — бросил Нандор напоследок и захлопнул дверь.

Я отсалютовал ему от виска двумя пальцами сквозь стекло, после чего дождался, пока их фигуры скроются за стеклянными дверями проходной МВД, затем вывернув руль, я развернул машину и поехал домой.

До особняка удалось добраться быстрее, чем до эльфов, так как Московские пробки только начинали собираться. Загнав машину на территорию имения, я заглушил двигатель и направился к главному входу.

В доме было тихо. Девушек не было видно, скорее всего, они находились в своем крыле. Я скинул куртку, повесил ее на крючок в прихожей и сразу направился на второй этаж.