Я не знала, как в глаза ему смотреть после всего, поэтому и сбежала от своего Серёжки. Теперь я поняла, почему он тогда свалил… Всё дело в том, что боялся, что вот это всё с нами будет происходить… А если бы в пятнадцать это всё случилось. О, ужас?! О таком лучше не думать… Я бы точно его доканала уже…
Господи! Вот как теперь уснуть!
Падаю на кровать, а ощущения до сих пор такие острые… Свежие. Просто невероятные. Я же знаю, что у него были такие же… Интересно только, всегда ли у него так? Или я лучшая? Интересно, как часто у него такое бывает? И что он имел в виду, когда сказал, что я везде прекрасна… А бывает не прекрасно? Со всеми этими тупыми мыслями я посреди ночи иду в ванную и рассматриваю в зеркало свою вагину. Кому расскажи… Ну, дура, ну…
Самая настоящая…
Я так и не досмотрела, когда они в порно начали сношаться. А хочется сравнить… Поэтому ещё час я гуглю как выглядят… Ну, вы поняли…
Так-то да… Я очень даже красивая там.
Иной раз смотреть страшно… Надо бы историю подчистить, а то я совсем уже.
И поделиться даже не с кем. Близких подруг нет… Маме же не расскажу, что трогала член Хорольского. Представляю, что бы это было…
Она бы передала всё тёте Жене между делом…
«Слушай, я тут крем на днях купила, хотела тебе его посоветовать, а ещё Софка трогала Серёжкин пенис…».
Как-то так…
Выбрасываю дурные мысли из головы, а потом смотрю на экран.
«Я дома. Тут тобой пахнет».
Господи, как же трясёт. Стоит сообщение увидеть… Это ж надо.
«А я в комнате уже. Пытаюсь уснуть».
«Не получается?».
«Уже засыпаю».
Лгу, конечно… Просто не знаю, что ещё ему говорить. Вдруг расспрашивать начнёт меня. Об этом, о том… А я такая вот лохушка неопытная и мне стыдно за это. Надеюсь, я хоть нормально всё делала… Щёки теперь горят.
«Спокойной ночи, печенька».
«Спокойной ночи, Хорольский».
На этом моменте убираю телефон и закрываю глаза… Тревожные мысли о завтрашнем дне не покидают, но… Я всё-таки проваливаюсь в сон…
* * *
— Ты так вкусно пахнешь… Ты моя… Моя девочка, — резко вздрагиваю от ужаса, потому что чуть не кончила во сне, а передо мной стоит напуганный до усрачки отец.
— Вооооу… Чего это с тобой? Кошмар…
— Ага!
— Ясно… Вставай, милая… Мама пока дома побудет снова… Пусть поспит…
— У неё всё хорошо?
— Усталость просто… И токсикоз…
— Поняла, да… Сейчас я приду, пап… — отвечаю и тут же падаю обратно, как только он выходит из моей комнаты… Проверяю трусы рукой… Так и думала. Вся мокрая. Вся от и до! Спасибо тебе, Сереженька! Госссссподи… Ужасно. Я даже во сне хочу лучшего друга, ну что это такое, если не наказание?!
Тащусь в ванную, моюсь, меняю бельё… Снова смотрю на своё тело. Хочу ли лишиться девственности? Да… Наверное, да…
Но не с ним же… Он ведь мне так и останется другом. А я, наверное, должна как мама… Встретить того единственного и… Понеслось. Я верю в это. Я же красивая, умная… Почему нет? Не буду же я всю жизнь сохнуть по своему дурацкому Серёже?
У меня вообще-то самооценка тоже есть…
— Пап… Отвезешь до универа… — хватаю кофе и плюхаюсь напротив с грустным видом.
— Конечно… А ты чего такая кислая?
— Да просто… Из-за машины, наверное…
— Ну ничего. Когда её сделают?
— Сказали — три дня…
— А куда отдала?
— Эм… Ну там… Возле универа недалеко…
И нафига я только сама в эту паутина ввязалась, а…
— Авторим, что ли?
— Ага, туда… — сочиняю, потому что понятия не имею, куда там её Серёжа отдал…
— Понятно. Ну там должны быстро сделать…
— Да-да… Пап… А мама… Может ей было бы приятно, если бы мы ей что-то для ляльки купили?
Отец улыбается и вздыхает.
— Я не хочу загадывать… В цветах не хочу пока брать. Потому что…
— Что?
— Человек предполагает, а…
— Да я знаю… Но можно, к примеру что-то розовое, и что-то голубое… А потом одно кому-нибудь отдать…
— Кому это? У нас больше тут пополнения не намечается, — отвечает он и смеётся. А потом смотрит на меня с подозрением.
— Пап, ты что?!
— Ты же девочка ещё, да? Смотри мне…
— Ой, всё! Какой ты противный!
Отец ржёт, а мне вообще не по себе.
— Я противный? И когда это я таким для тебя стал?
— Тебя мама уже сто лет с этими разговорами перегнала!
— Это когда это?!
— В пятнадцать, блин!
— А чё так рано?! Вы что там обсуждали, нафиг?!
— Папа! — у меня краснеют щёки, а он всё так же смеётся надо мной.
— Ты такая стала красная… Матери не показывайся… А то ей ещё хуже станет…
— Паааап, — ржём как два идиота. — Она тебя за такие шутки убьёт потом.
— Знаю, знаю… Ладно, давай есть и поедем уже…
— Угу…
Быстро кушаем, собираюсь… Одеваюсь в платье при этом… Честно, очень боюсь его увидеть. Просто безумие какое-то…
— Нарядная такая… — делает заключение отец. — Очень красивая. Как мама…
— Спасибо, папуль… Вот тут останови…
— А туда почему нет?
— Ну, можно туда, — соглашаюсь, и он заезжает на территорию, а потом как вижу Серёжин мустанг на парковке… Так сердце разгоняется до космических пределов. Но самым ужасным служит не то, что я просто боюсь своих реакций или реакций отца… А то, что рядом с ним снова та противная девка, которую я в прошлый раз отшила… Отец останавливается и смотрит на меня, а я только туда… Как умалишенная. Разглядываю то, как они с Хорольским разговаривают.
— Серёга девушку нашёл, что ли? Прикольно, надо передать Нику, — хмыкает отец, заметив это, а я выхожу из его машины и излишне нервно хлопаю дверью. — Пока, малышка… До вечера.
— До вечера, папа, — машу ему, а сама иду мимо Хорольского и той курицы, делая вид, что я его вообще не знаю…
Глава 17
Сергей Хорольский
Она мне всю ночь снилась, как и думал… Не переставая… Руки нюхал. Берёг стояк. Дрочил… Порнуха не шла, зато воспоминания… Это пиздец.
Меня прям размазало…
С утра приехал до универа и эта Олеся тут как тут…
— Приветик…
— Привет… — закрываю дверь тачки и уже хочу уйти, но она так настойчиво сверлит меня своим взглядом и не пропускает, загораживая путь. — Ты чего? Чё хотела?
— Поговорить… Ты кино мне обещал…
— Ну… Не обещал, как бы… Просто думал, что сходим… Сейчас всё переигралось…
— Как это… Что там у тебя переигралось? — улыбается она как дурочка.
— Да всякое как бы…
Прямо о Софке не хочу никому рассказывать. Потому что мы ничего не решили. А эта девка мне вообще чужая. С хера ли мне с ней чем-то делиться… Но я и отшить её не успеваю, чтобы найти свою Сатану взглядом, как она проходит мимо, цокая каблуками.
— Соф… — зову её, и хоть бы хны… — Давай потом, а… — огибаю свою новую знакомую и иду за лучшей подругой. — Ты чё… Типа не заметила ещё скажи…
— Всё я заметила, Хорольский…
— Да стой… Софа, ну не ревнуй, а… Это ничего не значит… — хватаю её за запястье, нагнав возле турникета, и она наконец останавливается. Проверяет уехал ли её папа, очевидно, а потом смотрит на меня, сжигая дотла.
— Ну как пофлиртовал?
— Я не флиртовал…
— М-м-м… А зря. Надо было… Она этого ждала.
— София, блин… — выдыхаю тревожно. — Ты мне снилась…
Вижу, что её щеки мгновенно реагируют, и она делает шаг ко мне.
— Что… Снилось…
— Ты же поняла… — перебираю её пальцы своими и нервничаю. — Слушай… Она правда подошла и всё… Я не планировал с ней флиртовать.
— А почему ты оправдываешься передо мной, Хорольский? Уж не думаешь ли ты, что я теперь тоже так буду делать?
— В каком это смысле? — приподнимаю бровь.
— Ну что я при любой твоей ревности буду перед тобой лебезить после своего флирта с кем-то. Ты этого не дождешься…
— А ты чё флиртовать с кем-то собралась?
— Разумеется… А ты как думал?!
Сука, твою мать… Смотрю на неё и не понимаю… Где стёб, а где реально её отношение. Ну она же постоянно издевается.
