— Твои нервы — это отдельный феномен, — усмехнулась Ира.

Захар приехал домой уже под вечер — усталый, голодный, с тёмными кругами под глазами и въевшейся в кожу дорожной пылью. Стоило только увидеть его, как сердце Ирины тут же смягчилось, и из головы вылетели все претензии. Ну вот такая у него мать. Ну вот такое у него прошлое. И разве можно винить его за это?

Он не просто вернулся домой — он приехал с огромной охапкой полевых цветов, которые тут же протянул ей с неловкой улыбкой. А после и поцеловал — так требовательно и в то же время нежно, что у Ирины едва ноги не подкосились. Цветочный аромат смешался с запахом его кожи и пота, и на мгновение весь мир сузился до этого мгновения.

— Ты где был, что такой чумазый? — с мягкой улыбкой поинтересовалась она, вглядываясь в его глаза и не торопясь высвобождаться из его объятий. Пальцами невольно провела по его щеке, стирая грязную полосу. Главное, что цветы они умудрились не примять.

— Проблемы решал. Не важно, — отмахнулся он. — А чем это таким вкусным пахнет? — он повёл носом, и на лице его появилась едва заметная улыбка.

— Жаркое, — ответила Ирина, чувствуя, как напряжение дня тает без следа. — А ещё пироги с яйцом и зелёным луком. Мой руки и садись за стол.

— Я лучше в душ. Буквально на пару минут, — мотнул он головой.

— Не спеши. Еда от тебя никуда не убежит, — усмехнулась Ирина. Привстав на носочки, она целомудренно поцеловала его в уголок губ и с нежностью заглянула в глаза. — Иди. А я пока накрою на стол.

— Может, со мною лучше пойдёшь? — по-мальчишески улыбнувшись, предложил Захар.

— Тогда парой минут дело не кончится, — мягко улыбнулась Ирина, высвобождаясь из его рук. — Иди, соблазнитель, сам. Я тебя подожду.

Захар картинно вздохнул, но спорить больше не стал. Он вернулся действительно в рекордно короткие сроки — посвежевший, с каплями воды на волосах, но всё такой же уставший и голодный. К ужину приступил сразу, с аппетитом вдыхая ароматы еды. Но даже вкусная еда не смогла его полностью увлечь: когда Ирина уже хотела занять своё место за столом, он вдруг поймал её за руку и аккуратно потянул на себя. Усадил к себе на колено, благодарно поцеловал в плечо и вновь сосредоточился на трапезе, будто стараясь совместить два удовольствия сразу.

Ира с несвойственной ей до знакомства с ним нежностью провела рукой по его мокрым волосам, ощущая их мягкость. Кончиками пальцев прошлась по виску, а потом осторожно коснулась бороды, слегка погладив её.

— Войнов, — задумчиво промолвила она, почему-то перейдя на полушёпот, — а если ты мне не понравишься без бороды? Я же откажусь говорить тебе «да» в ЗАГСе… Давай уже сейчас проведём эксперимент? Сбрей бороду, а?

Она чуть отстранилась, чтобы увидеть его реакцию.

— Не придумывай, — буркнул Захар, нахмурив брови, но уголки губ невольно дрогнули в сдерживаемой улыбке. — Мне и так хорошо. Да и тебе, кажется, тоже.

— Не любишь ты меня, — со вздохом произнесла Ирина, примерив на себя маску обиженной и неоценённой.

— Только тебя и люблю, — хмыкнув, ответил он, отправляя в рот последнюю ложку жаркого и тут же поймав её игривый взгляд.

— Докажи! — прищурившись, потребовала она, чуть наклонившись вперёд.

— Мне теперь постоянно это доказывать? — выразительно выгнув бровь, спросил Захар, отодвигая от себя тарелку и полностью переводя всё своё внимание на возлюбленную. В его глазах мелькнуло что-то тёплое, несмотря на шутливый тон.

Ира прикусила губу, вдруг осознав, что с заигрыванием она переборщила. Не умеет — не стоило и начинать. Она на мгновение замерла, а затем вздохнула, принимая своё поражение. Мягко обняла его за шею, положила голову ему на плечо и тихо сказала:

— А я сегодня познакомилась с матерью твоей бывшей. И с твоей матушкой тоже.

Захар, кажется, окаменел при первых же словах. Его руки невольно сжались вокруг неё, словно он боялся, что она вдруг встанет и убежит от него. — И как? — напряжённо спросил он, стараясь сохранить ровный голос.

Ирина пожала плечами — насколько позволяла их поза. Она почувствовала, как его дыхание на мгновение сбилось, и это заставило её говорить осторожнее.

— Первая — ужасная женщина. Вторая… Увы, я не подружилась с ней. Вообще, кажется, настроила её против себя. — Она на секунду замолчала, прислушиваясь к его реакции, а потом добавила чуть тише: — Прости, если это создаёт тебе проблемы.

Захар глубоко вздохнул, слегка ослабил хватку, но не отпустил её. Вместо этого он нежно провёл рукой по её спине, успокаивая.

— Проблемы с нею для меня уже закономерность. Выкрутимся, — уверенно произнёс Захар, чуть крепче сжимая её плечи.

— А если всё же забрать заявление? Но с тем условием, что они вдвоём больше к тебе не лезут? — начала рассуждать вслух Ирина.

— Они могут пообещать всё что угодно, — задумчиво покачал головой Захар. — А вот будут ли выполнять свои обещания — это сомнительно.

— Но мы об этом подумаем.

— Подумаем, — согласился Захар, и на мгновение его взгляд стал отстранённым, будто он уже просчитывал возможные варианты.

Повисло уютное домашнее молчание. Ира начала задумчиво водить пальчиками по его груди, постепенно подстраиваясь к ритму его дыхания. Он так же задумчиво гладил её по спине, рисуя медленные круги. Его брови слегка нахмурились — Ирина это отчётливо не столько видела, сколько чувствовала каждой клеточкой тела. А ей так не хотелось, чтобы тень тревоги омрачала его лицо, поэтому подавив вздох, она чуть лукаво улыбнулась и, приподняв голову, чтобы заглянуть ему в глаза, промолвила:

— И всё же, если ты меня не впечатлишь без бороды, — разведусь!

— Я тебе разведусь! — тут же подхватил Захар её игру, и в его глазах наконец заплясали смешинки. — Мы поженимся, чтобы жить счастливо, а не чтобы разводиться.

— Запомни свои слова, Войнов! — Ирина шутливо ткнула его пальцем в грудь. — Если через пять лет ты обнаглеешь и перестанешь стараться делать меня счастливой, я припомню тебе их и тут же подам на развод!

— Ир-р-ри-на! — угрожающе прорычал он ей на ухо, легонько прикусывая мочку и рукой задирая край её майки.

Она звонко рассмеялась. Отстранившись, перекинула ногу и оседлала его. Обняла за шею, прильнув к нему, и, чмокнув в губы, заглянула в глаза.

— Потому что мы друг друга почти не знаем, а уже планируем свадьбу, — прошептала она ему в губы.

Он нежно провёл ладонью по её щеке, ответно чмокнул её в губы и произнёс:

— У нас есть почти год до свадьбы. А пока… пойдём порепетируем исполнение супружеского долга.

Май в этом году выдался на редкость жарким — даже непривычно. Уже в первые дни месяца вовсю цвела сирень, наполняя воздух густым сладким ароматом, который разливался по всей округе. А чуть поодаль раскинули ветви яблони — их бело-розовые цветы словно окутывали деревья лёгким облаком.

Как можно не любить этот сладковатый запах? Как не залюбоваться их нежнейшей палитрой — будто природа сама нарядила деревья в свадебные платья? Они и вправду стояли, словно утончённые невесты, ожидающие своих женихов…

Нарвав большой букет сирени, Ирина первым делом глубоко вдохнула его аромат, уткнувшись носом в соцветия. На мгновение она замерла, наслаждаясь запахом, а затем продолжила неспешно идти вниз по улице. Дочка сегодня осталась у соседей: Светик всегда с большим удовольствием сидела с малышкой.

Пётр, старший брат Ирины, хоть и ворчал чаще всего, тоже не отказывался помочь. Он, к удивлению многих, проникся искренней любовью к племяннице, хотя во время беременности сестры не раз пытался отговорить её рожать: «Куда тебе в таком возрасте так рисковать?» На этой почве две семьи едва не разругались.

Захар, однажды услышав уговоры и доводы Петра, жёстко выгнал новоиспечённого родственника и строго запретил ему появляться на пороге своего дома. И как бы Ира ни пыталась задобрить мужа, объяснить, что её брат всегда был эгоистом не от мира сего, ничего у неё не получалось.