В общем, я сидел, смотрел на колышущуюся листву и ни о чём не думал.
Одна из самых больших собак в стае, помесь овчарки неизвестно с кем, подошла ко мне и, положив голову на колени, уставилась мне в глаза. И я вдруг понял, что с этими животными мы теперь друг другу совершенно не чужие.
Вот так!
Это несколько нарушало мои планы на одиночество… хотя, кого я обманываю? А в сумке куча банок с мясными консервами кому припасена?
Я протянул руку, положил собаке на голову и задумчиво погладил. Собака не шелохнулась и вообще почти никак не это не отреагировала, если не считать участившиеся махи хвостом, который теперь ходил из стороны в сторону очень быстро.
Ладно! Я же хотел одиночества от людей, собак можно в этой схеме не учитывать. К тому же раз уж я решил положиться на судьбу, не нужно отвергать то, что она мне подбрасывает. Возможно, я задружился с этой стаей не случайно!
Я гладил собаку, смотрел ей в глаза, и неожиданно мне в голову пришла интересная мысль. Я взял и прощупал её на предмет наличия маны.
Магической энергии в ней не было, но я ощутил «резервуар» под неё. То есть, у собаки могла бы быть мана, но почему-то отсутствовала. Я очень осторожно взял и начал вкачивать в неё ману тоненькой струйкой.
Уши у «овчарки» вздрогнули и встали торчком, глаза удивлённо расширились, по крайней мере, мне так показалось. Хвост замер, а потом вдруг начал рассекать воздух ещё стремительнее, так, что его уже почти не было видно. Собака тихо тявкнула, но совершенно неагрессивно.
Процесс меня заинтриговал. Похоже, что она получала от этого удовольствие, почти как люди. Резервуар у неё был не очень большой, меньше чем у среднего человека, но всё равно приличный.
Я вливал и вливал в неё ману, и вдруг мне показалось, что собака стала больше. Как будто я не магическую энергию в неё закачивал, а надувал как шарик. Мышцы начали заметно выступать и бугриться, от недавней худобы не осталось и следа.
Вне всяких сомнений, это была трансформация! Но люди обычно трансформируются в животных, а в кого может трансформироваться собака?
Вообще-то, такого процесса следовало бы опасаться, ведь неизвестно, к чему это может привести в итоге. Но я поймал себя на мысли, что мне совершенно нестрашно! Я не испытывал ничего, кроме любопытства!
Глаза у собаки постепенно наливались красным и начинали, как будто даже светиться. Шерсть темнела и уже была смолянисто-чёрной. Грудная клетка раздалась и стала очень мощной. Я даже чувствовал, что вес лежащей у меня на коленях головы заметно увеличился.
Собака вообще заметно прибавила в размерах, так что держать голову у меня на коленях ей стало неудобно. Она уже была приблизительно как пони по габаритам. Поэтому она подняла голову и утробно зарычала.
— Адская гончая! — пробормотал я восхищённо.
Я именно так себе представлял этих мифических собак. Возможно, что моя овчарка к аду не имела никакого отношения, но выглядела так, как будто только что оттуда выбралась.
Рык был неагрессивный. Собака понимала, кому именно обязана такой трансформацией. Надо сказать, что ей этот процесс очень нравился.
Она повернулась к своим сородичам, но те только попятились в страхе, жалобно поскуливая.
— Впечатляет, да? — сказал я перепуганным собакам.
Адская гончая сделала несколько уверенных шагов от меня, потом прыгнула вперёд, пролетев за раз непостижимые метров тридцать и набрав после этого скачка скорость, умчалась в конец улицы, поднимая клубы пыли. Вскоре собака скрылась за поворотом.
Меня это немного встревожило, не хотелось бы, чтобы она покалечила или даже убила каких-нибудь случайных людей. Пришлось даже раскинуть свои щупальца, чего я старался не делать, дабы проверить, не угрожает ли кому-нибудь опасность. Но кроме адской гончей рядом никого не было.
Обогнув квартал, она вернулась, всё так же стремительно и поднимая пыль. Наверное, просто хотела насладиться новым ощущением силы и скорости. Что ж, это можно было понять.
— Интересно, а как обратно? — сказал я и принялся постепенно забирать ману у собаки.
Процесс оказался обратим. Если сначала она надувалась как шарик, то теперь принялась сдуваться обратно, возвращаясь к своему привычному виду.
Ей это не очень понравилось, она жалобно завыла, но, надо сказать, не агрессивно. Я опасался, что она не захочет расставаться со своей силой и может проявить ко мне агрессию, но этого не случилось. Либо она не поняла, что это я забрал ману обратно, либо восприняла это как данность. Терять силу было жалко, но ничего не поделаешь, остаётся только ждать, вдруг она когда-нибудь вернётся.
Вернувшись полностью к своему прежнему виду, собака печально побродила по дорожке и улеглась под кустом, положив голову себе на лапы.
— Интересно, у нас один такой уникум, или вся стая особо одарённая? — сказал я и начал накачивать маной всех остальных собак кроме первой.
Трансформации оказались подвержены все! Уж не знаю, может быть, вообще все собаки теперь могли именно так менять облик, если их заправить маной, или эта стая подобралась по какому-то невидимому признаку… может быть, они как-то чувствовали, что одного поля ягоды? Это было неизвестно, и в ближайшее время вряд ли удастся проверить эту гипотезу.
Даже если все собаки в мире способны к подобной трансформации, это не значит, что многие об этом знают. Во-первых, нужен человек, который имеет возможность передать им ману, во-вторых, нужно, чтобы он захотел это сделать. А поскольку мана — это большая ценность, переводить её на собак сумасшедшие вряд ли найдутся. Ну, кроме меня, естественно!
Обретя силу и новый облик, пятёрка адских гончих унеслась вдаль по улице по тому же самому маршруту, что бегала первая. А та, только печально проводила их взглядом. Интересно, собаки умеют испытывать зависть? Мне кажется, что эта сейчас испытывала. Я не стал её мучить и снова трансформировал. Она радостно вскочила и унеслась вслед за своими сородичами.
Скорость закачки маны напрямую влияла на скорость трансформации. В этот раз она произошла практически мгновенно, потому что я вкачал энергию очень быстро, одним качком.
— Очень интересно! — пробормотал я, глядя на приближающийся «табун» адских гончих. А по-другому их и назвать было трудно. Они производили такой топот и поднимали столько пыли, что были очень похожи на лошадей, когда мчались по улице.
Испытав свою силушку в беге, собаки начали резвиться на поляне неподалёку от меня, и зрелище это было… впечатляющим!
Они, наверное, играли, но со стороны это походило на смертный бой! Рыча и бросаясь друг на друга, они устраивали кучу-малу, катались по земле, хватали зубами друг друга за загривки… в общем, мерились силой и выпускали пар!
Месиво из чёрных мохнатых тел с горящими алым светом глазами наверняка напугало бы неподготовленного зрителя.
Но я по-прежнему не чувствовал от них никакой угрозы. То ли чувство страха притупилось, то ли меня успокаивало осознание того, что я всегда могу вернуть их к прежнему виду.
Что я и сделал минут через пять, дав им набеситься по полной программе.
«Сдуть» я их в этот раз тоже постарался очень быстро, почти мгновенно. Разумеется, в целях эксперимента. Они даже не сразу поняли, что всё закончилось! А когда осознали это, то начали разочарованно скулить, как бы прося вернуть им силу.
Но я делать этого, естественно, не стал. Пусть особо не привыкают, будем использовать эти их способности только при необходимости.
— Ладно, друзья мои! — сказал я собакам, — подурачились и хватит. Пора двигаться дальше!
Слова мои они вряд ли поняли, но когда я двинулся по аллее, то стая дружно затрусила следом. Бросать меня они совершенно не собирались.
Минут через сорок я услышал какой-то размеренный стук, как будто кто-то забивает гвозди молотком. Это было странно и возникло желание посмотреть, что же там происходит. Я направился на звук, собаки, естественно, следом.
Вскоре, обойдя очередной дом, я увидел небольшую деревянную церквушку… или даже часовенку. Не специалист в таких тонкостях, одно понятно, сооружение было скромных размеров. Перед входом стоял священник в чёрной рясе и заколачивал дверь досками крест-накрест.
