Девушка убегала прочь от нашего лагеря. Если бы не мой радар, этот забег мог закончиться для неё смертью, потому что найти в этом тумане человека задача не из лёгких. Но я очень хорошо её чувствовал своими щупальцами. Чтобы потерять её, нужно, чтобы она убежала очень далеко, а этого я ей позволять не собирался.

Амина не отставала и бежала за мной след в след. И откуда силы берутся? От недавнего измождённого состояния не осталось и следа.

Я заметил, что девушка стала резко замедляться. Когда мы её настигли, она уже ползла на четвереньках. Увидев нас, села на попу и стала отползать спиной, отталкиваясь ногами.

Страха у неё в глазах не было, но отчаяние где-то в глубине глаз читалось. Она не понимала, что происходит, и не знала, что делать дальше.

— Дай! — сказала Амина, выдёргивая у меня из рук одеяло, — милая, нужно укрыться! Тебе ведь холодно! — сказала воскресительница, медленно приближаясь к девушке.

Амина накинула на себя одеяло, демонстративно в него завернулась, обхватив себя руками и сделав вид, что трясётся от холода. После чего сняла его с себя и легонько бросила девушке.

Та смотрела то на воскресительницу, то на лежащую комком ткань… и, в конце концов, протянула руку, схватила одеяло и, быстро притянув к себе, завернулась в него.

— Вот и молодец! — радостно сказала Амина, — дело пошло!

Девушка посмотрела мутнеющим взглядом на Амину, потом на меня, потом глаза у неё закатились, и она потеряла сознание.

— Нормально! — сказала Амина, в ответ на мой вопросительный взгляд, — она и так слишком быстро пришла в себя! Это даже странно! Ты долго очухивался… да и обычно это процесс гораздо более длительный. Так что, пускай поспит!

— Думаешь, она просто спит? — с тревогой спросил я.

— Ну, если умерла, воскресим! Чай не впервой! — хохотнула Амина, — слушай, Алик, нужно бы её перенести… ты, что? — вдруг насторожилась Амина.

А я и сам не знал, что я. Что-то было не так! Я это почувствовал ещё когда бежал за египтянкой, но тогда было не до этого. А сейчас вдруг это чувство вернулось! Я раскинул свои щупальца насколько мог широко и вздрогнул!

— Там, очень далеко, кто-то есть! И этот кто-то умирает! — крикнул я, бросаясь в туман.