— Как? — опешил Крыс, — а зачем же тогда всё так обставлять?

— То, что они стараются сохранять эту свою базу в относительной тайне, вовсе не означает, что здесь находится что-то ценное, — сказал я, — ценное они бы, наоборот, держали к себе поближе и охраняли получше.

— А что же здесь тогда может быть? — удивился Крыс.

— Например, что-нибудь опасное, что рядом с собой держать страшно, — сказал я.

— Например? — вытаращился на меня Крыс.

— Понятия не имею, — сказал я, — это просто предположение.

— Ну нет! — замотал головой Крыс, — сердцем чую, что здесь у них нычка на чёрный день!

— Чтобы что-то чувствовать сердцем, нужно его сначала иметь, — хмуро взглянул я на Крыса.

— Чего? — не понял тот.

— И мозги тоже не помешали бы, — вздохнул я.

— Чего? — снова сказал Крыс, вернувшись к привычке повторять всё по два раза.

Я не стал ему отвечать, а продолжил рассматривать базу Ордена Паука. То, что это именно их место, я тоже практически не сомневался. Во-первых, лысые, что сюда приезжают; во-вторых, место было организованно в их стиле. Узнавался почерк. Множество точек, разбросанных по городу и окрестностям, где что-то происходит. Всякие лаборатории, склады, секретные базы — это был их узнаваемый почерк.

Надо будет ещё как-нибудь выпотрошить бункер возле Барбинизатора, если они сами его не оставят за это время. Ни к чему девочкам такое соседство.

— Так чего, тем, у кого есть магия, туда соваться нельзя, что ли, получается? — не выдержал через некоторое время Крыс.

— Да соваться-то может и можно, магию вот только лучше не использовать, потому что последствия могут быть самыми непредсказуемыми. По крайней мере, обычно метаморфозеры так работают. Хотя кто его знает, может быть, есть варианты. Ты у нас сейчас без магии, вот тебя и пошлём вперёд, — сказал я и посмотрел на Крыса.

— Вместе пойдём! — тут же возразил он, — одному соваться не резон. Опасно! Если бы я мог один всё провернуть, уже давно бы это место обработал.

— Ну да, ну да, — усмехнулся я.

Через некоторое время совершенно стемнело. Сидеть в засаде сутками в мои планы не входило, нужно было что-то предпринять. Только я собрался об этом сообщить Крысу, как вдруг грохнули и заскрипели ворота в темноте. Похоже на базу кто-то таки пожаловал. Только вот видно, практически ничего не было.

Те, кто приехал, обходились почти без света. Так, слегка подсвечивали тусклыми фонариками прямо перед собой. Но машина, которая тёмным силуэтом заползла на территорию, фары не включала.

Ехал автомобиль тоже крайне тихо, похоже на электродвигателе.

Я сразу же, как только загрохотали ворота, проверил ситуацию своими щупальцами. Прибыло ровно двенадцать человек. Четверо были полными маны и ощущались как сильные, а вот ещё восемь находились в ослабленном состоянии, хотя мана в них и присутствовала. И эти восемь, как мне показалось, были женщинами. Но точно я в этом уверен, естественно, не был.

По мере приближения к зданию сигнал от людей становился всё слабее и вскоре совершенно исчез. Выходит, метаморфозер ещё и таким эффектом обладает. Он спрятал от меня всех носителей маны, либо заглушив их сигнал, либо изменив до неузнаваемости.

Возможно, я именно поэтому не мог нащупать никого внутри базы, хотя неоднократно пытался это сделать.

Зато теперь можно было приблизительно понять радиус действия метаморфозера.

Окружающую территорию я тоже неоднократно проверял на предмет человеческого присутствия, но результат был нулевым. Вроде бы внешних постов возле этой базы не было.

Нужно было решать, лезть туда сейчас, или ждать, пока транспорт уедет. Нападать сейчас было небезопасно, учитывая воздействие метаморфозера. Да, пистолет пожирателя я с собой прихватил, он тоже был среди моих вещей. Кроме этого, клюшка для гольфа и сомнительный напарник со связанными руками. Выступать против четверых бойцов было плохой идеей. Как минимум четверых, потому что реальное положение дел оставалось неизвестным, многое основывалось на догадках.

Только я собрался начать спускаться с крыши, как проблема решилась сама собой. Транспорт поехал на выход. Только вот когда он выбрался из зоны действия метаморфозера, оказалось, что внутри всего четыре человека. И это были как раз заряженные бойцы. Восемь ослабленных человек выгрузили и оставили внутри.

— Хм! — сказал я.

— Что? — тут же среагировал на этот звук Крыс, который уже давно изнемогал от безделья. Сидеть на одном месте ему оказалось невыносимо. В голове гулял ветер, думать и размышлять он, похоже, не умел. Такое времяпровождение казалось ему бессмысленным. Интересно, как он раньше за этой базой следил с такой слабой выдержкой? Наверняка короткими урывками.

— Думаю, как нам попасть внутрь, — сказал я.

— Есть одна идея, — хитро сказал Крыс, — я же не просто так столько времени тёрся здесь вокруг.

— Что за идея? — спросил я, — и почему ты до этого момента про неё не говорил, хотя я тебя спрашивал?

— Рано было, — неопределённо ответил Крыс, — думаю, что можно пробраться туда по подземным коммуникациям. Тут рядом есть люк, там внизу трубы идут по тоннелю как раз в том направлении. Я глубоко не лазил, но немного прошёл вперёд. Шанс пробраться на базу есть.

— Но это не точно! — усмехнулся я.

— Почти точно! — серьёзно сказал Крыс, — это место ведь не они строили, здесь с былых времён всё это осталось.

— Да это понятно! — сказал я, — а вдруг они все дыры заделали? Что, если там тупик?

— Не должен быть! — на мой взгляд, слишком уж уверенно сказал Крыс, — уверен, там можно пробраться внутрь!

— А ты когда лазил, светоч использовал? — спросил я.

— Конечно! — кивнул Крыс.

— Значит, метаморфозер под землёй не работает? — внимательно на него глядя, спросил я.

— А? — уставился на меня Крыс.

— Бэ! — ответил я.

— А, матамарфозер… — замялся Крыс, — так я не знаю! Светоч горел! Может быть, тут раньше этой штуки не было… а может, она под землёй не берёт. Откуда мне знать?

Гадёныш выкрутился, предусмотрел все варианты. Либо не было, либо недостаёт, либо не знал… в общем, с него в любом случае взятки гладки.

— Ладно, — вздохнул я, — идём!

Мы спустились вниз, вышли на улицу и подошли почти вплотную к забору, окружавшему эту промку. Крыс вёл меня вперёд довольно уверенно даже в темноте, похоже, и в самом деле понимал, куда именно нужно попасть.

— Вон там! — указал он подбородком на искорёженную кабину трактора, лежащую между телеграфным столбом и стеной дома.

Кабина имела такой вид, как будто внутри неё что-то взорвалось и во все стороны торчали тонкие и острые лепестки металла. Рядом с ней нужно было быть осторожным, особенно в темноте. Эта штука была похожа на ощетинившегося дикобраза.

Люк находился прямо под ней, и добраться до него можно было на четвереньках. Мы с Крысом полезли туда по узкому проходу плечом к плечу. Ему делать это со связанными за спиной руками было непросто.

Тяжёлая крышка канализационного люка была на месте, но лежала слегка сдвинутой в сторону. Это было хорошо, не придётся выковыривать её из углубления. Я взялся за край руками, чтобы отодвинуть, и взглянул на Крыса. А тот сделал невинный вид и пожал плечами.

Да, понятно, что руки у него связаны и он не может мне помочь, но сейчас он меня этим как будто поддел.

Я аккуратно сдвинул тяжеленную крышку люка, и её скрежет в ночной тишине показался оглушительным!

Крыс хмыкнул.

После того как мы нашумели, нужна была пауза, чтобы убедиться в том, что эти звуки не привлекли охрану базы. Я выждал гораздо больше минуты, но вокруг по-прежнему стояла мёртвая тишина.

Убедившись, что нас никто не заметил, я запустил в колодец небольшой светоч. Бетонная труба уходила на большую глубину и не имела никакой лестницы, хотя бы даже в виде металлических скоб, торчащих из стены. Абсолютно гладкий и, как назло, хорошо сохранившийся бетон.

— Сказал бы раньше про то, что придётся лезть в колодец, мы бы верёвку захватили, — с укоризной шепнул я Крысу, — а теперь нужно придумывать, как спуститься вниз.