Да, гадёнышу в самом деле удалось меня заинтересовать. Только вот это не избавит его от смерти. Лишь немного отсрочит её.

Пока я шёл к воротам и обдумывал всё это, Кристина быстро шагала рядом, стараясь не отстать, и докладывала обстановку.

— Возвращается группа в полном составе. Ведут девять человек пленников. В основном женщины, много пожилых. Двое детей, двое мужчин, но в возрасте и побитые. Дети чуть старше десяти лет, — делово говорила она, — из банды все шесть человек целы и не ранены.

— Хорошо, скройся, чтобы тебя видно не было. Помогать мне не нужно, — сказал я.

— Хорошо! — кивнула Кристина и убежала.

Я вспомнил, что забыл заправить бывших пленников маной, дотянулся до своей новой помощницы и одарил по полной. Девушка от неожиданности вскрикнула, и, к сожалению, слишком громко. Да, пожалуй, делать такое без предупреждения не стоило.

Я сдвинул засов и потянул на себя створку ворот. Отряд был уже близко, и бандиты выглядели встревоженными. Кристина издала совершенно нехарактерный звук для этого места, чем озадачила их. Крики боли и отчаяния — это понятно, а почти радостный возглас женским голосом, это что-то из ряда вон выходящее.

— Давайте быстрее, сколько вас можно ждать! — крикнул я, махая им призывно рукой.

— Ты кто такой? — ошарашенно сказал мужик, оказавшийся ко мне ближе всех.

— Ваш новый господин! — сказал я, — заходите, чего встали!

— Чего? — нахмурился мужик, поднимая автомат.

Этого ему делать, конечно, не стоило. Я прожёг ему лицо насквозь. В голове образовалась ровное круглое отверстие.

В общем, заманить их внутрь не получилось, нужно было убивать здесь.

Краем глаза я увидел, что нечто зеленоватое и слабо святящееся прилетело сверху, и один из конвоиров окутался слабым сиянием, похожим на плёнку. В следующее мгновение с забора на него прыгнула Кристина, с занесённой над головой трубой и криком:

— Сдохни, тварь!

Угрозу она свою тут же реализовала, размозжив уроду голову.

Я забрал ману у оставшихся в живых четверых и первым делом снял вооружённого винтовкой. Пропустил плазменный выстрел, но сработала защита, и стрелявшего снова настигла труба Кристины. Девушка двигалась стремительно, хотя ещё недавно была не в лучшей форме. Да, серьёзных травм у неё не было, но общее состояние было не для драки.

Быстро добив оставшихся, я сказал пленникам.

— Не волнуйтесь, вы в безопасности. Мы истребили этих уродов, и их база теперь под нашим контролем. Заходите внутрь, потом решим, как лучше поступить. Если захотите, то сможете уйти, но не сейчас. Снаружи есть ещё несколько человек из этих, лучше им не попадаться. Вот уничтожим всех, тогда можно будет относительно спокойно пробираться домой… если этот дом у вас есть, — сказал я.

— Он правду говорит, — поддержала меня Кристина, потому что перепуганные пленники не очень верили в счастливое избавление. Они вообще не понимали, что происходит, — я сама была пленницей, и меня только что освободили.

— Заходите внутрь! — слегка повысил я голос, чтобы добавить им мотивации. Уговаривать их до темноты желания не было, — мужики, а вы помогите трупы внутрь затащить.

— Зачем? — удивлённо спросил один из них.

— Чтобы те, кто вернётся позже, не почуяли неладное и не сбежали, — сказал я, — потому что тогда они могут начать следить за базой и отлавливать всех, кто будет отсюда уходить. А нам это не нужно. Нам надо истребить их полностью.

Больше никто и ничего спрашивать не стал, женщины и дети прошли через полуоткрытые ворота, а двое пожилых мужчин взяли по телу за ноги и потащили следом.

Кристина тоже ухватила одного и, кряхтя, поволокла на базу.

— Я кому сказал не высовываться? — строго спросил я у неё.

— Это был мой! — хмуро сказала Кристина, которой не понравилось, что я её отчитываю, потому что до этого момента пребывала в эйфории победительницы, — за ним должок был. А если бы ты сам его убил, долг остался бы неоплаченным.

— Всегда слушай, что я говорю! В этот раз тебе повезло, в другой удача может отвернуться. Не лезь на рожон! Сказал не высовываться, значит, не высовывайся. Поняла?

— Поняла, папа! — сказала она с нескрываемым сарказмом в голосе и потащила труп дальше.

Всё это время я не разрывал связь со священником, продолжая подпитывать его маной. Лечение было очень, очень затратным делом! И дело не в том, что мне было жалко маны, вовсе нет, у меня этого добра было навалом. Проблема была в другом. Просто без меня лекарь был очень ограничен в своих возможностях. Ему нужен постоянный источник энергии. И если в мирное время, когда травмы происходят от случая к случаю, это не проблема, то в суровые времена, как теперь, это очень сильно усложняет жизнь.

Хорошо, что лекарь вообще есть. Ну, или «хилер», как я про себя его называл. Дар очень полезный, и мне очень хотелось привлечь Валеру на нашу сторону. Но прежде необходимо было выбить из его головы дурь, что пользоваться даром это что-то бесовское, или как он там себе это объясняет. Да, сейчас в экстремальной ситуации он отошёл от своих убеждений, но не факт, что после того, как ситуация успокоится, не попытается вернуться к ним снова.

— Мы, бывало, по неделе никого поймать не можем, голодать начинаем и бывало даже, что своих жрали, — вдруг раздался голос крысы, — а в последние дни попёрло как никогда! Столько народу вокруг стало бродить, ловить не успевали! И вдруг раз, и всё закончилось.

— То, что ты сейчас сказал, вовсе не добавляет тебе очков, — крикнул я ему и пошёл показывать новым освобождённым пленникам, где найти священника, который должен их подлечить.

Но не успел я сделать и нескольких шагов, как остановился.

— Кристина! — крикнул я, слегка обидевшейся помощнице.

Поняв по тону, что я не просто так её зову, а есть какое-то важное дело, она тут же сбросила все лишние и неконструктивные эмоции и с деловым видом подбежала ко мне.

— Что-то случилось? — спросила она.

— Да, похоже, последняя группа этих уродов тоже рядом, но они не приближаются. То ли что-то почувствовали, а может быть, даже увидели нашу расправу. Отпускать их нельзя, я пойду за ними. Ты выпусти меня за ворота и запри их. Потом отведи людей к священнику и возвращайся на наблюдательный пункт. Собаки тебе помогут, если что, но ты всё равно за крысой приглядывай, — сказал я.

— За крысой? — она повернулась к единственному пленнику, который до сих пор был жив. Меня это тяготило, но информация про Орден Паука всё же требовала проверки, — точно ты его обозвал! Очень похож!

Одному всё делать самостоятельно и следить за всем сразу очень тяжко. И несмотря на множество людей, освобождённых мной из плена, инициативу и деятельное участие проявила только одна девушка.

Она в принципе не делала ничего такого, что бы я и сам не смог сделать, но её помощь всё равно была очень важна. Я чувствовал некую психологическую опору, мог делегировать часть задач, пусть и не очень сложных. Но это всё равно экономило время и силы. Но почему остальные не принимают такого же деятельного участия в происходящем? Неужели жизнь в постапокалиптическом мире их ничему не научила? Почему они так быстро расслабились, решив, что я так и буду их дальше опекать? Да, некоторые ничего делать были просто не в состоянии… но многие вполне могли бы оказать посильную помощь!

Я не забыл повесить на вновь прибывших метки «свой» для адских гончих и отправился вслед за удаляющимися сигналами резервуаров маны. Их было шесть, что позволяло сделать вывод, что это ещё один отряд людоедов хотел вернуться домой, но передумал. И эти, похоже, были без добычи.

Сейчас они начали быстро двигаться куда-то вглубь застройки. Как только Кристина заперла за мной ворота, я побежал. Нужно было разобраться с проблемой как можно быстрее, не откладывая в долгий ящик.

Дел и так хватало. Неожиданно на моей шее оказалось под три десятка человек, бросить которых я не мог. Требовалось их куда-то пристроить, и самая рабочая версия была отвести в Сокольники. Но тут ещё нужно понять, все ли захотят туда идти. Возможно, что некоторым есть куда вернуться, как с ними быть? Разводить по домам? Этим я не собирался заниматься, тогда можно надолго погрязнуть в этих делах. Да и таскать за собой толпу плохо приспособленных к жизни людей тоже такое себе удовольствие.