— Спокойной ночи, Летти, — пожелала она мне, когда уходила.

— Спокойной ночи, — сказала ей.

Сон не шел. Я тревожилась насчет завтрашнего дня. Если судить по изречениям отца, то явный фаворит всех состязаний — Синклер. Что мне принесет брак с ним? Он властный и упрямый. Но где-то глубоко-глубоко в душе я вспомнила, как он защитил и позаботился обо мне.

Летта

Разбитая и унылая, с трудом продрала глаза на следующий день. Точнее не так: в комнату ворвалась Алиера, распугивая моих личных служанок. Она быстро взяла на себя обязанности старшей и раздавала приказы молодым девушкам. Те знали, какой высокий пост занимает женщина в замке и не спорили с ней.

Я откинулась на подушки, и судя по энтузиазму этих женщин, мне даже участвовать не надо. Они без меня разберутся, что лучше одеть, как лучше причесать и как лучше себя вести.

— Вам надо выглядеть словно королева, — окончательно разбудила меня наперсница матери.

— Зачем? — недоумевала я. — Вряд ли воины уйдут, разочарованные моим видом. Им важен только дар, — закончила удрученно.

— Летисия Макензи, вы неправы, — Алиера жестом дала понять остальным, что им следует уйти. — В ваших силах вдохновить воинов, или дать понять, что борьба бессмысленна.

— Да, — уставилась на нее. — Тогда что нужно напялить, чтобы мужчины пожелали оставить замок?

Она усмехнулась.

— Боюсь, вы так прекрасны, что они проигнорируют ваше сообщение, — ответила служанка.

— Тогда не медли, — поморщилась, смотря на принесенные ткани, — пытай.

— Для леди вы чересчур просты, — заметила она. — Вам следует вести себя более утонченно.

Матушка когда-то пыталась привить мне правила общения с противоположным полом, но для меня эта наука оказалась неподъемной. Меня жутко раздражали глупые смешки и улыбки, которыми я должна была одаривать возможного мужа. Мама смирилась, надеясь, что для меня подберут подходящего мужа. Тому будет все равно на мой характер. Вес имел только дар, приданое и возможность зачать детей.

— Очаровать мужчину много стоит.

А вот этого мне никто не сообщал. Для меня было ясно одно — чем богаче род и невеста, тем она желанней.

— Что мне это принесет? — поднялась я. — Понадобится в турнире?

Алиера щелкнула языком.

— Ели быстро соберетесь, то расскажу все, что знаю. И поверьте, ваша матушка вам такого не поведает.

Это и без нее известно. Леди Макензи вообще старалась избегать любых интимных разговоров, и как только шесть детей родила?

Я умылась, приняла ванну с лепестками цветов и дала себя расчесать. Мне заплели несколько кос, скрепив их на затылке замысловатым узлом. Натянув на себя белоснежную рубашку, одела изумрудное платье с широкими рукавами и глубоким вырезом. Очень хотелось впечатлить всех присутствующих, а лучшего цвета не придумать.

— Вам не велено появляться за завтраком. — Наставительно отметила Алиера. — Вас позовут, когда все начнется.

Отлично, заперли меня в застенках и довольны. Я же с ума сойду, пока буду раздумывать над судьбой воинов. Но ожидание оказалось недолгим. Через некоторое время за мной зашел стражник, и я в окружении своих девушек пошла за ним. Он привел нас на террасу, из которой сделали постамент. Везде расставили удобные кресла и несколько небольших столов с напитками и яствами.

Перед нами же расположилось ристалище. На нем собралось одиннадцать воинов. Воинственные, серьезные, с оружием в руках и одетые в цвета своих кланов. Джеймс Синклер на голову был выше всех остальных. И именно сейчас я поняла, что оделась неуместно. Цвета семейства Синклеров — это изумрудно-зеленый и черный. На мне же платье, почти в тон к цветам его клана. Можно подумать, я поддерживаю его притязания на мою руку.

Где-то на задворках стоял Лахлан, и завидев мой взгляд, помахал мне. Я не осталась в долгу. Если выказывать предпочтения, то пусть это будет Киркпатрик. По крайней мере, тот изъявил желание подружиться.

Отец, сидевший рядом, встал и провозгласил правила. Последние четыре воина, оставшиеся на ногах переходят во второй тур. Народ возликовал. Они жаждали бойни. Нечасто у Макензи проводятся турниры. Родерик дал знак, и схватка началась.

Для меня все выглядело очень жестоким, но я не могла отвести глаз. Ни отвернуться, ни моргнуть. По моей вине все это началось.

Драммонды крушили все вокруг, объединившись в команду. Волки были сильными воинами, быстро справившись с напором рыцарей с равнин. Синклер взял на себя моих собратьев. Я даже не надеялась на положительный исход битвы: мужчина несколькими ударами отправил всех Макензи к лекарю. Он не кичился выносливостью или силой, просто действовал, не нарушая правил. Всего пять минут, и он уже взирает на Лахлана, который до этого прятался за спинами своих соклановцев.

— Остановитесь! — провозгласил лаэрд. — Вас осталось четверо, а значит, завтра продолжим состязания.

Я ликовала, Лахлан не пострадал, а после недавнего разговора я переживала за мужчину, как за брата. Да и раненые не требовали какой-то очень посильной помощи.

— На рассвете мы продолжим. Все будут показывать свои умения в стрельбе из лука.

Как жаль, что я сама не могу постоять за свое имя. В той свалке на ристалище я бы не продержалась и пяти минут, а вот в следующем испытании...

Не хочу хвалиться, но я могла прострелить глаз белки с нескольких метров. Но кому это интересно?

Братья что-то ворчали, но при виде меня замолкали, не желая делиться мыслями.

— Летти, тебя все ждут на обеде, — все-таки подозвал меня Томас, когда я навострилась бежать обратно в комнату.

— Там ничего интересного, — крикнула ему.

Алиера умела интриговать, я жаждала разговора с ней. Но в нашу беседу с братом некстати влез рыцарь.

— Если вы позволите, — Джеймс Синклер поклонился Томасу, — Я бы перекинулся словечком с предполагаемой невестой.

— Это неправильно! — возмутился брат. — Вы для начала должны выиграть турнир.

— Верно, — совсем не растерялся оборотень-медведь. — Но вы же не переживали, когда ваша сестра ушла с сыном лаэрда Киркпатриков.

Он прав. Вчера мне никто и слова не сказал о неподобающей близости. Если Томас начнет возмущаться, то Синклеру впору заявить о моем поведении во всеуслышание. Брат громко фыркнул, всем видом показывая свое презрение.

— Я стою неподалеку, — он посмотрел на меня, а потом на лаэрда. — У вас не более пяти минут.

— Благодарю за вашу отзывчивость, — Синклер насмешливо посмотрел на Томаса, еще больше выводя его из себя.

Я поспешила вмешаться, чтобы родственник не накинулся на гостя с кулаками. Интересно, что на него нашло? Том самый спокойный и рассудительный из всех детей Макензи. Никогда не позволял эмоции властвовать над разумом, а сейчас словно разъяренный бык.

— Вы хотели со мной поговорить, — аккуратно дотронулась до руки медведя, обходя брата. — Не будем откладывать.

— Конечно, моя леди. — Он поймал мою ладонь и запечатлел недолгий поцелуй.

Увиденное не понравилось моему сопровождающему, но я взглядом просто молила не лезть. Том кивнул, отошел на небольшое расстояние и во все глаза уставился на нас.

— Что же вам понадобилось от меня? — спросила Синклера, когда мы остались наедине. — И зачем вообще этот фарс? Вы сами назвали меня несмышленым ребенком, дали понять, что не стою вашего внимания, рассуждали о долгах, — затараторила я.

— Подождите, — лаэрд был, как никогда, учтив. — С чего вы так решили? Разве я говорил, что-то подобное?

Вспомнив встречу, зарделась. Нет, он, конечно, насмехался над моей наивностью и неопытностью, но все домыслила я сама. Но его поведение просто сквозило пренебрежением.

— Так зачем вы меня позвали? — с любопытством уставилась на мужчину.

— Хотел предостеречь. Не стоит вам подолгу находиться вблизи с другими участниками турнира. Тем более, прогуливаться с наследником Киркпатриков.

— Это еще почему? — не поняла я.