— Решил поинтересоваться твоим мнением, дочь, — серьезно ответил лаэрд. — Ты уже выросла и готова вступить в брак. И заодно принесешь пользу семье.

— Но мы незнакомы, — я посмотрела на братьев, ожидая помощи, но из них меня не поддержал.

Понятно. Сплавить решили.

— Летти, чего ты испугалась? — Вступил Эддард. — Никто не отберет у тебя краски. Будешь рисовать, как и прежде. Киркпатрикам нужен оборотень. Такое предложение выгодно. Да они тебя на руках носить будут.

— Я же неразменная монета, — обиженно проговорила, обращаясь к старшему брату. — Откуда тебе знать?

На глазах выступили слезы. Хоть отец и интересуется мнением, но я же вижу, что решение давно принято.

— Летти, успокойся! — начала мама. — Такое счастье...

— Летти, у тебя пять защитников, — перебил ее Рикон. — Если что-то будет не так, известишь нас.

— Это уже после того, как что-то будет не так! — уперто отнекивалась я и снова подняла голову на родителя. — Ты ведь согласился, не стал ждать моего ответа?

Многоликая, за что? Неужели он так быстро решился, услышав первое предложение. Да разнеси по кланам весть, что у тебя дочь обращается в лисицу, сюда прибегут мужчины всех возможных положений и званий. И Синклер прибежит, почти уверена.

— Я не буду выслушивать упреки от дочери! — Разъярился отец. — Тебя с детства к этому готовили. Тебе ли не знать, как важно налаживать связи!

— Продавая меня?

Да, сколько ни говори, но жизнь женщины в Андмарре сурова. Кого волнует мнение девушки, пусть и со второй ипостасью?

— Молчи! — Я окончательно рагневала главу клана. — Лахлан и его глава Киркпатриков прибудут сюда через неделю. Попробуй свыкнуться с этой мыслью и помни, скандалы мне не нужны. — Предостерег меня. — А пока разрешаю тебе в сопровождении наведываться в лес. Считай это моим предсвадебным даром.

Таким образом, Родерик пытался извиниться. Сказать прямо он не мог, но я давно научилась читать между строк. В мысли закралась отчаянная идея там потеряться, но отец продумал все.

— Только с Эддардом. — Кивнул в сторону брата. — Другие тебя не удержат.

— Спасибо, — пробурчала себе под нос и развернулась на каблуках.

— Летти, постой, — попыталась догнать меня матушка, но я лишь скорости прибавила, подтянув повыше юбки.

Нет, хватит с меня семьи. Пока я бежала подальше, старшие подтолкнули Томаса.

— Поговори с ней, она тебя послушает, — наседали на него.

— Нет, я тоже считаю, что это плохая идея, — отнекивался юноша. — Лахлан — мямля. Вы сами его знаете.

— И что? — недоумевал Стэн. — Сможет вертеть им, как захочет.

— И останется в еще большей опасности. Нет, Летти нужен другой муж, — качал головой Томас.

***

Не слышав последнего разговора между братьями, бежала в свою опочивальню в башне. Меня душили слезы и обида. Как мог отец, мой лаэрд, так поступить с единственной дочерью? Понятно, что мне придется выйти замуж, но он отсылает меня так далеко. Равнины находятся на противоположной стороне Андмарры, ближе к землям короля. Кто из родных навестит меня, если в нашем клане даже нет ведьмы? Дорога займет не одну неделю. Разве это выгодная сделка? Рядом Маклины, Мэйферы, Бьюкенены, везде есть сыновья или молодые вожди. Даже Синклер.

Мужчина отчего-то никак не желал покидать моих мыслей.

Зачем батюшка пожелал отправить меня так далеко? Разве торговля стоит потери своего ребенка?

Вытерев слезы и пару раз шмыгнув носом, села за стол. Меня успокаивало рисование. В клане не скупились на краски, все гордились моим талантом, даже выписывали учителей. А вот шитье и работы по хозяйству приводили меня в уныние. Матушка за голову хваталась, когда пыталась меня чему-то научить. Поэтому, недолго думая, села писать портрет увиденного в лесу мужчины. Он произвел впечатление. Сильное, невероятное.

В нашем клане я знала всех, мальчишки пытались ухаживать за мной, но количество братьев их пугало. А те, как вороны, следили за каждым моим ухажером. Еще бы, оборотница, которую ценят, как возможную пару для кого-то из лаэрдов. Я могла преумножить честь семьи. Ведь мы достаточно маленький клан, не так много мужчин в войске.

Как бы то ни было, я увлеклась, пока меня не потревожил стук в дверь. Набросив ткань, развернулась и ответила.

— Войдите.

В комнату ввалился Томас, а за ним и Стэн.

— Мы не вовремя? — Младший сразу посмотрел на работу, скрытую под полотном.

— Да, наверно, — ответила без энтузиазма. — Будете уговаривать, что это выгодная партия?

— Вообще-то, да, — потянул Стэн, но почти сразу замолк, встретившись глазами с братом.

— Летти, ты как? — подошел ко мне Том, излучая сочувствие.

Можно было подумать, что мы близнецы, очень похожие внешне и по характеру. Братик всегда чувствовал, когда мне плохо, успокаивал и помогал.

— Плохо. Не думала, что батюшка решит поступить подобным образом.

— Летти, — ужаснулся Стэн, — но ты же понимала, что тебе нужно замуж? В брак обычно вступают намного раньше. Ты еще сильно задержалась.

Вот только его очевидных фраз не хватало.

— Стэн, уйди! — Приказал ему любимый брат.

— Да что я такого сказал?

— Что она не желала слышать! — отрезал Томас. — Совсем дурак? Летисия же сестра, ты сам-то будешь рад, когда будешь видеть ее раз в несколько лет?

Юноша смешно почесал затылок. Четвертый сын лаэрда был тем еще сорвиголовой, да и умом он не всегда блистал — о том, что после замужества мы будем редко встречаться, он и не думал.

— Она же наша сестра? — возмутился Стэн, повторяя слова Тома.

— То-то и оно, — усмехнулся младший. — Иди, я сам поговорю с Летти.

— Ой, не больно и хотелось, — скорчился парень и громко хлопнул дверью, обозначая недовольство.

Я не обижалась. Все в клане за меня переживали, слишком странно себя вела. Леди приходили в ужас от моих развлечений, друзья и братья хохотали, и только отец мрачно водил желваками, услышав про очередную проделку. Как сказал когда-то Бер: «Даже страшно за того, кому вы достанетесь».

— А все-таки ты как? — в очередной раз спросил брат, когда мы остались наедине.

Лишь с ним я делилась сокровенным. Других я тоже любила, и они меня, но отношения складывались чуть иначе. Старшие стремились опекать, не чураясь любыми способами, мое мнение в расчет не шло, но только не Том.

— Я не врала, — на глаза опять выступили бисеринки слез. — Недовольна. Не хочу, но батюшка так уверен в своем решении. Скажи, ты знал об этом раньше?

Томас вздохнул, собираясь с мыслями.

— Нет. Точнее, узнал утром, но ты гуляла в Чаролесье. И не ври, — усмехнулся парень. — Уверен, что ты бродила не за чащей, а в ней.

— И что? — Просто проигнорировала замечание.

Он слишком хорошо меня знает.

— Отец сообщил о новости, что приедут из клана Киркпатриков, а потом разговаривал с Эддардом о твоем замужестве.

— Он поддержал? — Приложила ладошку ко рту.

Старший был более всех похож на лаэрда — властный, сильный, волевой. Он тоже качал головой при моих проделках, ругал и наказывал. В этом плане Родерик мог ему всецело довериться. Место лаэрда по праву его, он уже ведет себя словно глава клана.

— Да, все же знают, насколько ты бедовая. — Хмыкнул Том. — Считают, что это во благо.

— А ты?

— Я? — он удивился моему вопросу. — Я не рад. Я знаю Лахлана, он слаб и безволен. Но в жизни тебя не обидит.

— Мало успокаивает, — заметила, бросая нервный взгляд на рисунок.

От него это не укрылось.

— Да что там у тебя, — подошел к столу с воплем и отбросил полотно.— Кто это? — повернул ко мне голову. — Кого ты изобразила?

— Ну, хоть ты не начинай, — закатила глаза до потолка. — Просто мужчина. Еще даже непонятно, что получится.

— Нет, черты очень знакомые. Значит, с этим человеком я когда-то встречался. Признавайся! Это не соклановец, кто-то посторонний.

— Нет!

Ну что он сделает?

— Нет? — Том противно улыбнулся, а потом припечатал: — Не скажешь, отнесу отцу.