— Скажи, с чего лаэрд Синклеров решил посетить нас в этот день? Откуда он мог узнать про тебя? — начал расспрашивать батюшка.

— Папа, но ведь всем известно, что у Макензи есть оборотница, — развела я руками. — Вы никогда не скрывали моего рождения.

— Но раньше он не проявлял интереса к нашей семье, а сегодня согласился на участие в турнире? Ты виделась с ним раньше? Признавайся.

Прикусив нижнюю губу, лихорадочно раздумывала, а можно ли сказать родителям о наших двух встречах. Врать не хочется, они быстро разберутся. Да и сам Джеймс поведал мне о приказе короля. Без него я бы и не узнала о древнем обычае.

— Да, — потупил взор.

Уже поздно. Завтра они начнут состязания, так что смысла в очередной лжи нет.

— Летти?! — Громко воскликнула матушка, прикрывая ладошкой рот. — Но когда ты успела?

— Я часто ходила в Чаролесье, — обвела глазами всех, — без сопровождения. Отец, никто в этом не виноват, слуги не знали.

Догадалась, что он уже точит зуб на Бера, нашего конюха.

— Как проходили ваши встречи? — напрягся Эддард.

Обернувшись к нему, начала быстро пояснять.

— В первый раз он застал меня врасплох, я не была в животной ипостаси, а собиралась уехать. Он просто проводил меня до выхода. Мы почти не общались, и он вел себя как настоящий рыцарь.

— Был второй? — возмутился батюшка.

— Да, — кивнула ему. — А во второй, я спасла волка, а они пытались загнать меня в западню. Синклер помог, спас. — Не стала добавлять о дальнейших злоключениях.

Если рассказать о поцелуе, то пятеро братьев во главе с лаэрдом ворвутся в гостевые покои медведя, требуя кровавой дани за мое бесчестье. Там и до войны недалеко.

— Ты столько раз нарушала приказы! Не слушала, не вникала, действовала по-своему... — начал отец.

— Поверь, я бы так не делала, если бы вы давали мне немного больше свободы, — перебила его, пытаясь защититься.

— Какой?! — Взревел он. — Тебе напомнить, что ты женщина? Твоя доля — подчиняться и слушаться старших. А теперь ты сама загнала себя в ловушку. Думаешь, Синклер будет относиться к твоим диким повадкам с пониманием?

Знаю, что нет, но и ничего поделать не могу.

— Нет, — коротко ответила лаэрду.

— Ничего ты не понимаешь, безголовая, — не унимался Родерик. — Поставила меня в неловкое положение. Тот, кто спас мне жизнь, обиделся и желает уехать. Его сын никогда не одолеет горцев.

— И что? — мне стало обидно. — У меня пять братьев и ты. Я выросла на рассказах о вашей доблести. Ты хотел, чтобы я вышла замуж за посредственного воина? Отец, ты ведь и сам знаешь, как зверь зовет и требует свободы. Отчего считаешь, что я не испытываю подобного?

Но он дослушивать не стал. Махнул на меня рукой, будто я неразумная. Наверно, в его глазах я так и выгляжу.

— Я попробую предложить ему золото, Летисия. Но будь готова стать женой Синклера. Он сильный воин, намного сильнее наших.

— Да какая вам разница, куда сплавить дочь! — не выдержала напряжения. — Зато буду не так далеко.

— Летти, успокойся! — попыталась приструнить меня мать. — Не груби отцу.

Все братья молчали, опустив головы. Им совестно передо мной, но поддерживали они не меня. Откуда им знать о чувствах девиц?

— Объясни ей все, Мэри, — отвернулся отец. — А я пойду к Синклеру.

— Конечно, дорогой, — отзывчиво ответила матушка.

Уже вместе с леди Макензи мы отправились в мои покои. Она удрученно вздыхала, явно опечаленная сложившейся ситуацией. По замку сновали незнакомые люди, кланявшиеся нам, а мы послушно кивали в ответ. Возле моей двери выставили стражника. Молодой воин был мне смутно знаком, но имя вспомнить не могла, а значит, если я пожелаю куда-то выйти ночью, договориться с ним нет возможности. Впрочем, у меня не было желания бежать, но все же недоверие домашних больно кольнуло по самолюбию.

— Под окнами еще двое, — наставительно сказала мама и, увидев мое лицо, пояснила, — а чего ты хотела? Вчера мы узнали о Драммондах, а сегодня о Синклерах. Может есть еще кто-то?

— Нет, — я громко хлопнула дверью, да так, что в ушах зазвенело. — Больше никого.

— И на этом спасибо, — женщина завелась и не желала успокаиваться. — Разве я так тебя воспитывала? Что скажу люди, узнай они подробности турнира?

— Будто тебе не все равно на их мнение, — пробурчала себе под нос, но та услышала.

— Представь себе, Летти, нет. Ты молодая леди из великого, пусть и не очень многочисленного клана. Как ты могла вести себя настолько неосмотрительно?

Да все я знаю, и мне стыдно. Но и переделать себя не могу. Родись я обычной женщиной, всем было бы легче, и мне, наверное, тоже. А сейчас мне хотелось большего. Но чего? Я не ведьма, им все сходит с рук. Дар передается редко, но колдуньи были свободны, в отличие от благородных дам.

Я легла на кровать и накрылась подушкой. Мама же ходила из стороны в сторону, продолжая свои увещевания, но в какое-то мгновение остановилась.

— Мне надо тебя подготовить, — вдруг заговорила она.

— К чему? — я удивилась.

С чего такая резкая смена настроения?

— К замужеству, глупенькая, — она через силу улыбнулась. — Ты же ничего не знаешь.

В этом она как раз ошибалась. Если имеешь пять старших братьев, вопросы взаимоотношения между полами становятся известны очень рано. Ни один из мужчин до определенного возраста не задумывался, о том, что они говорят в присутствии ребенка. А я любила виться у их ног, пока была маленькой и мотала все на ус. Недостающее узнала от служанок, которые охотно делились с юной леди своими мыслями. Но сдавать их, естественно, не собиралась. Даже любопытно, что может поведать матушка.

— Да, я ничего не знаю, — уселась поудобнее с готовностью внимать каждое слово.

Завидев мою явную заинтересованность, леди Макензи растеряла всю храбрость и решительность.

— Главное, всегда и во всем слушайся супруга, — просто-напросто высказалась она.

— И все? — я скривилась.

Видно было , что ожидала большего.

— Ну, как же, это очень важно. Если твой муж в хорошем расположении духа, то и ты будешь всем довольна. Узнай, что он любит есть, как любит проводить досуг, не мешай ему, не докучай, не задавай глупые вопросы. Твоя работа — уют в доме и воспитание детей.

— Но их же надо заиметь, — намекнула матери на разговор.

— Знаешь, Летти, — она возмущенно взметнула юбками, усаживаясь возле моего стола. — Я повторюсь, слушайся мужа.

— А если ему что-то не понравится? — начала я. — Ты моя мать. Должна же рассказать мне больше?

— Судя по твоим речам, ты прекрасно осведомлена в этом вопросе! — отрезала и покраснела леди.

Кажется, я перестаралась. Не стоило так напирать на нее.

— Прости, матушка, — я покаялась. — Я поняла тебя, буду послушной и кроткой.

Она пересела ближе, погладив меня по голове.

— Ох, Летти, ты совсем безголовая. Если ты здесь не была послушной, как я могу надеяться, что супруг тебя образумит?

— Да, — уже вяло реагировала. Впечатлений за день было слишком много. — Затея со свадьбой была не самой лучшей.

Она всхлипнула, а я резко подскочила. Для меня было неожиданно, что матушка заплачет.

— Что случилось? — Спросила ее.

— Мы-мы-мы, — она заикалась, — хотели тебя выдать замуж за Лахлана, потому что он спокойный мальчик, а теперь непонятно кому ты достанешься. Я буду молиться Многоликой, чтобы турнир выиграл Киркпатрик.

Вспомнив беседу с наследников, я только хмыкнула. Он себе такой супруги не желал, хотя мы бы точно поладили. Но мне не хочется быть той, кто разделяет влюбленных. Да и если рассуждать совсем здраво, то друг-мужчина не будет лишним. Кто из девушек может похвастаться подобным союзом?

— Матушка, не волнуйся за меня, — теперь уже я гладила ее по волосам. — Даже самый грозный воин не выстоит против пятерых защитников. Думаешь, я не передам весточку? — улыбнулась ей. — Я же умная.

Понятия не имею, помогли ли мои слова, но хозяйка замка успокоилась. Еще какое-то время мы сидели и болтали на отвлеченные темы. Не помню, чтобы в последние года мама вела себя подобным образом — нас разделало недопонимание, но сегодня было очень уютно находиться в ее объятиях.