Слово «птичка» в устах Олега звучало так нежно, что каждый раз сладко ёкало в груди. Она ни за что и никому не призналась бы в этом. Только глубоко в душе становилось теплее от взгляда простоватого на вид парня. Рядом с ним спокойно, будто в хорошо защищённой крепости.

Главное, Олег хоть и военный, но говорил вполне правильно, без всякого мусора в речи. Насте это тоже нравилось. Она чувствовала: парень следит за словами — иногда он слегка запинался перед очередной фразой. И всё равно звучало очень искренне. Василий, Ольга Дмитриевна и даже Данила Александрович любили поиграть словами, а новый Настин знакомый — нет. Он говорил то, что думает, без двойного дна.

Настя печально вздохнула. Опять она придумывает то, чего нет. В чужие мысли не залезешь, можно только гадать. Это у Насти всегда получалось плохо — разбираться в людях её никто не учил, а природного дара нет. Вот у папы здорово получается с первого взгляда оценить человека. На вопрос, как ему это удаётся, он обычно лишь отшучивался.

Вася казался Насте чуть ли не принцем. Он так красиво ухаживал! Его волосы золотились под солнцем, а улыбка вызывала к жизни рой бабочек в животах всех девушек вокруг. На фоне мужа новый знакомый казался неотёсанным, да и волос у него почти не было. Но стрижка под машинку удивительно шла парню, решившему стать Настиным защитником.

Олег умел отвлечь её от грустных мыслей. Он поддержал её в больнице, пускай сам не смог быть рядом. Вот и теперь выманил из скорлупы на урок вождения. Настя даже здесь показала себя во всей красе: отломила у Сахарка зеркало. Она уже приготовилась выслушать в свой адрес очередную нотацию и внутренне сжалась. Уж Вася или его мать не упустили бы возможность потыкать её носом в её же несовершенство. Однако Олег вместо того, чтобы рассердиться, рассмеялся и быстренько прикрутил зеркало на место.

Настя не ожидала, что с первого раза сможет проехать по автодрому. Ей даже удалось сделать несколько поворотов. Сахарок отлично слушался руля, в механической коробке передач не было ничего страшного — Олег вовремя подсказывал, что надо сделать. Настя даже поверила в свои силы, но у входа в офис её поджидала расплата за чудесное время в обществе симпатичного парня: Ольга Дмитриевна громогласно выставила невестку шлюхой перед всеми коллегами. Как теперь смотреть им в глаза?

Внезапное появление свекрови повергло её в ужас. Казалось, что она вот-вот оглохнет, так громко в груди билось сердце. Олег снова выступил щитом между ней и опасностью. Он улыбался и казался очень вежливым, но Ольга Дмитриевна, всегда смелая до наглости, явно испугалась и замолчала.

В приёмную Настя ввалилась, совершенно ничего не соображая. На стол шлёпнулась злополучная папка с документами по ипотеке.

— Настюша, зайди ко мне, — голос шефа прозвучал будто из-под воды, — и не забудь подарочек свекрови.

Настя судорожно вздохнула, сняла плащик. Голова слегка кружилась, она сделала несколько размеренных вдохов и выдохов, возвращая себе ясность мысли. Зачем Даниле Александровичу документы по её ипотеке? Этот вопрос она задала первым.

— Ты не хуже меня знаешь Ольгу Дмитриевну, — криво усмехнулся шеф, — она наверняка приготовила какую-то гадость.

— Это моё семейное дело, — попыталась возмутиться Настя.

— Птичка, хорош чирикать, твой богатырь нарежет из меня ремней, если я о тебе не позабочусь, — Данила требовательно протянул руку. — Так что давай всё сюда, филологам такое читать не положено.

— Это ещё почему?

— Вы впадаете в лингвистическую кому при чтении юридических документов.

— Правда?

Настя никогда ни о чём подобном не слышала. Может быть, шеф пошутил? Ему нравилось подтрунивать над секретарём, и он позволял себе некоторые вольности. По хитрому прищуру и кривоватой усмешке понять ничего нельзя.

Настя втянула голову в плечи и нерешительно опустила папку на край стола. Данила вздохнул и потянул к себе документы.

— Ну чего стоишь как неродная? — он махнул рукой на стулья. — Садись, в это надо вникать.

— Может быть, потом?

— Нет уж, нечего растягивать сомнительное удовольствие. Помолчи десять минут.

Настя послушно замерла на краешке стула. Чем дальше мужчина читал, тем сильнее хмурился. У неё от волнения взмокли ладошки и замёрзли ноги. Она сделала вдох, чтобы всё-таки спросить, что там такое.

— Вот суки! — эмоционально воскликнул Кипренский. — Кто бы сомневался!

— Что там? — немеющие губы едва справились, выдавливая слова.

— Эй, эй, эй! Ну-ка, на водички, — подскочил с места Данила. — Какая ты впечатлительная. А знаешь, поедем ка мы вместе к Полине Станиславовне.

— Зачем?

— Если честно, я не слишком хорошо разбираюсь в ипотечном кредитовании, поэтому нужен мозговой штурм.

— Мне как-то неловко навязываться.

— Забей. Считай, что во мне проснулся основной мужской инстинкт.

— К-какой?

— Спасать даму в беде.

— А я в беде?

Мысли Насти заметались. Что такого ужасного может быть в отказе от квартиры? Вася ведь пообещал, что не будет на неё претендовать. Он даже извинялся. Но шеф вёл себя так, будто произошла катастрофа. Иначе почему он говорит про беду и спасение? Она окончательно запуталась.

— Эм-м-м… Развод и сопутствующие процедуры тебя не пугают? Кстати, надо подать заявление о разводе.

— Как-нибудь потом съезжу.

— Куда?

— Ну как же…

— Муженёк твой бумаги оставил, держи бланк и заполни, — Кипренский говорил тоном, не допускающим возражений. — Сейчас за пять минут всё сделаем онлайн.

Грудь сдавило, будто под прессом. Вот так просто перечеркнуть всё то светлое и доброе, что было между ними? Да, в последнее время Василий вёл себя странно… Настя вдруг вспомнила блондинку в красном и разговор в кафе. Получается, эта женщина его принуждала, а он радовался? Статьи про БДСМ Настя изучала с особым тщанием. Их авторы дружно утверждали: саб может вести обычную жизнь, если время от времени будет «спускать пар».

Настя даже прокручивала в уме подобные ситуации, ведь любящие люди всегда друг друга поймут, — но каждый раз с трудом подавляла рвотный рефлекс. Наверное, её чувства к мужу недостаточно сильны, но притворяться счастливой рядом с изменщиком она не сможет. Знать бы о таком заранее…

Вдруг у Олега тоже есть скелеты в шкафу? Сейчас он ухаживает и старается проявить себя с лучшей стороны, а что будет потом? Настя вдруг поняла, о чём думает, и испуганно посмотрела на шефа. Он вопросительно приподнял бровь. К счастью, Кипренский не умеет читать мысли. Зато заполнять всякие документы у него получается отлично.

— Всё, ровно через тридцать дней ты станешь свободной женщиной.

— Спасибо… — Настя неожиданно для себя всхлипнула.

Слёзы хлынули из глаз, заливая тоску по утраченному счастью. Кипренского перекосило, но остановиться она не могла. Зато холодный душ сработал на сто процентов: Кипренский воспользовался брызгалкой для цветов.

— Так-то лучше, нечего рыдать по этому придурку, — заявил он без малейшего сожаления в голосе. — Он редкостная скотина, но с такой мамашей другого бы и не выросло.

— Неправда! — Насте вдруг стало обидно. — Вася чувствовал себя виноватым и даже отказался от претензий на квартиру.

— А заодно очень щедро переложил на тебя все выплаты.

— Как это?

— Недрогнувшей рукой. Твоя свекровь передала постановление банка.

— И что мне теперь делать? — она с ужасом посмотрела на папку с бумагами.

— Собираться. Поедем консультироваться с умными людьми.

— Я не могу так сразу, мне надо переодеться и навестить бабушку.

— Вот и поторопись. Документы я пока оставлю у себя.

— Мы не можем вместе приехать к бабуле.

— Это ещё почему?

— Она у меня совсем старенькая, ей нельзя волноваться. Что я скажу про постороннего мужчину?

— И развод тоже скрываешь?

— Не хочу спровоцировать сердечный приступ.

— Званцева, вечно у тебя всё не как у людей. Сложность на сложности. Значит, подброшу тебя к её дому, а к Стальной Пол поедешь с Олегом.