— Василий Званцев? — имя Настиного мужа в устах Олега прозвучало плевком.

— Да, чем обязан? — на лощёной морде застыло выражение вселенской скуки.

— Бить буду, — очень захотелось кулаком стереть это выражение с лица блондинчика, но хватило слов.

Василий вздрогнул и с испугом уставился на незваного визитёра. Конечно, рукоприкладство — последний аргумент. Здесь хватит обычного психологического давления, такие вещи Олег просекал сразу. Он подошёл ближе и склонился над побледневшей жертвой.

— Я вызову полицию, — Василий вжался в спинку кресла, прикрываясь папкой. — И вообще, мы с вами даже не знакомы, за что меня бить?

Олег смотрел на трясущееся существо и понимал: марать руки об это — себя не уважать. Как такого вообще можно полюбить? Настя же, по рассказам, мужа боготворила. Неужели она не замечала его гнилую натуру? Хотя откуда, если они никогда не сталкивались с проявлениями агрессии. Олег совершенно не сомневался — блондинчик сдулся бы при первых же признаках опасности.

— Не за что, а за кого, — он сделал «морду кирпичом». — Имя Анастасия Званцева ни о чём не говорит?

— Что с Настей? — Василий вдруг всполошился. — Вы её выкрали и теперь будете меня шантажировать?

В его голосе явственно звучал страх. Вид здорового мускулистого мужчины с экстремально короткой стрижкой действовал на Василия подавляюще. Что делать в подобной ситуации, он не понимал и был на грани истерики. Неужели ему не всё равно? Не такого эффекта хотел добиться Олег.

— Меньше читай всякую фигню и реже смотри новости, чтобы ерунда потом в голову не лезла.

Он сделал шаг назад, позволяя Василию нормально вздохнуть.

— И всё-таки — кто вы и что с моей женой?

— Тебе есть до неё дело? — этот вопрос был для него самым важным.

— Вы не понимаете! Настенька, она особенная! Светлый, чистый человечек!

Такого потока восторгов Олег тоже не ожидал. И ведь муженёк говорит с придыханием, будто и правда так думает. Только жёнам, к которым действительно так относятся, не изменяют и развод не предлагают.

— Если всё так хорошо, то какого же ты, интеллигент недоделанный, её до больницы довёл?

— До какой? Где? О, нет! — Василий совершенно по-женски заломил руки и вдруг посерьёзнел. — Представьтесь уже наконец. Уверен, что вы не являетесь близким другом моей супруги.

— Пока нет, но всячески к этому стремлюсь. Так что в твоих интересах доходчиво мне объяснить, что между вами происходит, — Олег снова придвинулся к нему, чтобы давить собеседника сразу массой и голосом. — Если тебе будет легче получать по морде, зная моё имя, пожалуйста: Олег Семёнов.

— Я не совсем понял, какие у вас планы на мою супругу.

— Сделать её своей.

— То есть у вас с ней всё серьёзно?

— Более чем.

— Ну слава богу! Настенька не приспособлена к жизни в нашем жестоком мире, ей обязательно нужен тот, кто будет её направлять и оберегать.

— Ты же на ней женился, — Олег едва удержался от фэйспалма. — Не справился с управлением?

— Подробности — не ваше дело, но я могу честно сказать: Настя замечательная девушка, способная сделать счастливым любого мужчину.

— Но не тебя.

— Именно. Так что там с больницей?

Василий приободрился. Прочухал, что прямо сейчас ему ничего не угрожает, и начал качать права. Даже спину выпрямил и подбородок задрал, но стоило Олегу напрячь мышцы, как снова сдулся.

— После вашего разговора в кафе Настя потеряла сознание, и я отвёз её в больницу. Она проведёт в неврологии всю неделю.

— Чёрт! Я даже не могу о ней позаботиться!

— Почему же? Или поездка в Штаты важнее надоевшей жены?

— Кто вы такой, чтобы бросаться подобными обвинениями? Если хотите знать, было бы слишком жестоко по отношению к ней питать её несбыточные надежды, — в голосе Василия было столько патетики, что он совершенно не вызывал доверия. — Наш брак оказался ошибкой, но, при кажущейся хрупкости, моя Рыбка — боец и ни за что не сдастся. Поэтому я решил разом оборвать с ней все связи.

— Какого ты вообще на ней женился? — Олег всё-таки не удержался от этого вопроса. — Года ведь не прошло, а ты уже всё осознал и передумал.

— Это жизнь, так бывает. Я надеялся, что женитьба на такой девушке поможет мне решить некоторые личные проблемы, но всё оказалось слишком сложно, — Василий поставил бровки домиком и состроил жалобное выражение лица. — По отношению к Насте честнее развестись, чем поддерживать иллюзию семьи. Рано или поздно она бы всё поняла, и это разбило бы ей сердце. К счастью, детей у нас нет, а квартиру я оставлю ей, так что делить нам нечего и можно развестись через ЗАГС.

— Но ты же улетаешь в Штаты?

Олег не верил, что всё так просто. Слишком много наигранности. Этого лощёного типа надо как следует прижать, иначе выскользнет и на расстоянии будет портить Насте жизнь. Вот и слова почти бывшего супруга это подтвердили: будто он не в курсе взаимоотношений Ольги Дмитриевны и её невестки:

— Оставлю матери генеральную доверенность на решение всех юридических вопросов, а сам уеду, — он похлопал светлыми ресницами, будто разговаривает с понимающей подругой. — Чем меньше хорошего обо мне будет в памяти у жены, тем лучше. Думаю, вы меня понимаете.

— Э, нет. Легко ты не отделаешься. И переложить ответственность на женские плечи не получится, — для большей убедительности Олег бухнул по столу кулаком. — Заявление в ЗАГС подашь сам, с ипотекой тоже всё решишь сам. Ещё не хватало, чтобы твоя мать трепала Насте нервы.

— Наверное, в этом вы правы, но у меня совершенно нет времени! — почти взвизгнул Василий.

— Найдёшь. Или не сможешь улететь по техническим причинам.

— По каким это?

— А я тебе крылья переломаю, — предвкушающая улыбка Олега больше напоминала оскал. — Для надёжности — в нескольких местах, и никакие Штаты вместе с НАТО не помогут.

— Да кто вы такой, чёрт побери⁈

— Это закрытая информация, но лучше бы тебе поверить.

— Всё это так некстати…

— Ничего, переживёшь. Я позабочусь о Насте, а ты — о том, чтобы у девушки не было никаких проблем. Договорились?

— Но как же, в ЗАГС ведь надо явиться вместе…

— Не проблема. Вот бланк заявления, заполняй.

— Но как?

— Ручкой, русскими буквами.

— Раз вы так настаиваете.

— Ты даже не представляешь себе, каким настойчивым я могу быть.

Олег внимательно следил за Васенькой. Того потряхивало. Он осторожно косился в сторону защитника жены и одновременно заполнял пустые графы в заявлении. В слова опасного мужчины он так до конца и не поверил, вот только проверять ссыкотно.

— Всё, я закончил, — Василий протянул Олегу листок заявления.

Он сверил данные, убедился в правильности заполнения и спрятал заветный файл. Теперь бы ещё уговорить Настю написать такое же. Вроде в ЗАГС можно прийти одному, пускай Ходок напряжёт булки и убедит Птичку не тянуть. С ипотекой можно разобраться позже. Наверняка у кого-нибудь найдётся «свой» юрист. А ему пора в очередную командировку.

Прошла неделя. Олег толкнул дверь в свою квартиру и с порога осмотрел её профессиональным взглядом. Чисто. Чёрт, снова завис в боевом режиме. Сказать старшим, отправят к психологу. Тратить время на мозгоправа Олег не хотел, поэтому заставил себя расслабиться.

Холостяцкая однушка после недели в песках показалась почти раем. Здесь всё устроено так, чтобы можно было расслабиться и ни о чём не думать. Пустая комната, низкий стол с задвинутым под него татами, в углу сундук с футоном, на одной стене — чёрный прямоугольник телевизора, на другой — несколько акварелей, привезённых из Японии. Шторам Олег предпочитал бамбуковые жалюзи. Вещи хранились в шкафу-купе в коридоре.

Просторная кухня без традиционного стола и стульев вызвала мысль, что их всё-таки придётся купить. Когда Настя придёт в гости, ей будет неудобно сидеть на полу. Да и спать на футоне тоже, хотя это можно обсудить потом, всё-таки полезный и экономичный вид постели. Тут мысли уплыли в пока недоступном направлении, и Олег решил заняться насущными делами.