Да и я же альфа не из последних, как-никак. Это рядовым солдатам тяжко против них приходится, а против таких как мы, не всякая костяная армия выстоит.

Здесь явно не армия действует. Как я уже говорил, нет у местных тёмных столь серьёзных возможностей.

Надеюсь.

В шатёр я всё же ворвался. Успел увидеть, как из другого выхода телохранители буквально вытаскивают своих королей и заодно пару высших офицеров. Арсая среди спасаемых не было, и среди оставшихся я его тоже не заметил.

Проклятье! Да где этого камикадзе искать прикажете?! Знал бы, метку поисковую на него повесил, благо это умение не удалил, когда экстренно разгружал Баланс.

Ко мне подскочил королевский телохранитель:

— Господин, следуете за мной! На лагерь напали, вас надо вывести в безопасное место!

— Ты Арсая видел?

— Нет. Но мы обязательно найдём вашего человека. А пока следуйте за мной, господин.

Я покачал головой:

— Надо найти его прямо сейчас.

— Но господин!

— Никаких но! У Арсая… как бы это сказать… В общем, его здесь без присмотра ни на минуту нельзя оставлять. Где он вообще может быть?

Телохранитель ухватил за плечо своего коллегу, пытавшегося вытащить на себе едва живого, но при этом очень счастливого офицера:

— Вы не видели господина Арсая?

Офицер на этот вопрос лишь улыбнулся во всю ширь рта и попытался похлопать меня по плечу. Промахнулся, но ничуть не расстроился.

Тащивший его телохранитель помог больше.

— Я видел, как господин Арсай шёл к коновязям для младшего состава. Там господа офицеры показывали разные трюки с оружием, и он тоже рвался что-то показать.

— Где это?! — рявкнул я.

— Пойдёмте господин, я вам покажу, — ответил «мой» телохранитель.

Из шатра мы выскочили очень вовремя. Только-только отбежали от него на несколько шагов, как над нами с перепуганным ржанием пролетела лошадь и врезалась в разукрашенную стену, будто снаряд. Удар вышел столь сильным, что не выдержала центральная опора, и роскошное походное сооружение начало заваливаться.

Впереди я разглядел и коновязи, и кучку разодетых офицеров, размахивающих оружием. Самые умные и трезвые оттуда уже сбежали, оставшиеся намеревались дать бой, но не понимали, против кого они собираются сражаться, и громогласно строили различные предположения.

К сожалению, Арсая среди них не видно.

Я принялся крутить головой. Но как ни напрягал глаза, дальше сотни шагов ничего не смог разглядеть. Будто невидимый туман накрыл лагерь, каким-то парадоксальным образом скрывая удалённые объекты. И даже неплохо прокачанное ночное зрение не помогало, навык будто что-то глушило.

Проницательный взор Некроса

Умение я применил не само по себе, а одновременно сконцентрировавшись на потоках ци. И тут же убедился, что здесь они не помощники. У меня не хватало контроля, чтобы следить за ними на большом удалении. Слишком необычно себя ведут, будто взбесились, что намекает на факт высвобождения немалых объёмов энергии.

Если определить тот источник, из которого пошло возмущение, можно не просто понять, что происходит, а и найти самых опасных атакующих.

Так-то мне они и даром не нужны. Пусть вырезают южан и дальше, мне оккупантов ничуть не жалко. Но мой нейтралитет тут же закончится, если им под руку попадётся Арсай.

Если и он под раздачу угодит, я стану очень злым, и желательно в этот момент уже точно знать, где искать виноватых.

Взор Некроса расширил границы поля зрения, проник в невидимый туман, показал, что там беспорядочно мечутся сотни солдат. Однако понять, что именно разворошило здешний муравейник, не получилось. Кто или что убивает южан — не знаю, это происходит где-то за пределами радиуса действия навыка. Лагерь большой, южан в нём по данным разведки и моим самым скромным прикидками, тридцать с лишним тысяч. Такую громадину полностью сканированием не охватишь.

Телохранитель, подскочив к офицерам, воскликнул:

— Вы не видели господина Арсая?! Он был здесь перед нападением. Человек из свиты десницы Гедара. Высокий крепкий юноша в сверкающих латах.

— А… этот… индюк отполированный… — пробормотал один из вояк, прилагавший немалые усилия лишь для того, чтобы не сильно шататься. — Он это… он на разведку пошёл… То есть поскакал.

— Куда? — спросил я.

— Куда?.. — повторил мой вопрос пьяный офицер и завис, изрядно призадумавшись.

Во мраке заорали особенно сильно, что-то загудело, рассекая воздух. Угрожающий звук стремительно приближался, навевая на мысли о снаряде тяжёлой катапульты. Повернувшись, я увидел, как из тумана вылетело что-то большое и странное. Не сразу осознал, что это летит человек, очень уж неестественно он выглядел. Восседал на каком-то огромном предмете, что быстро вращался, и на такой скорости проблемное зрение от Некроса не смогло полностью разложить картинку на составляющие её детали и объяснить каждую.

Миг, и «снаряд» разделился, на землю отдельно друг от дружки шмякнулись человек и безголовая лошадь. Причём человек упал с металлическим грохотом, что объяснялось массивным латным доспехом, почти полностью покрывавшим его тело. Кузнецы и артефакторы поработали так качественно, что даже столь жесточайший удар их изделие выдержало достойно, а не разбросало во все стороны оторванные детали, как в таких ситуациях случается с вещами попроще.

Пьяный офицер икнул и указал на слабо шевелящуюся кучу стали:

— А вот он уже вернулся… ваш господин Арсай. Так это… вам говорить, куда он ходил, или уже не надо?

Проигнорировав риторический вопрос, я подскочил к подчинённому, присел, применил лечебный навык, поднял широченное забрало, похлопал по щекам:

— Арсай, ты как?

Тот, вращая обезумевшими глазами, воскликнул:

— Десница, помоги мне подняться! Эта тварь напала на лагерь и убивает наших солдат! Я прикончу её! Я должен умереть за императора!

— Баран! Это не наши солдаты и даже не наш лагерь! И я не понял, ты что, не можешь сам подняться?

— Не получается. Сильно стукнули. Латы крепкие, но заклинило шарниры. Хаос побери и шарниры, и того криворукого кузнеца-артефактора, который создал это убожество! Надо взять меня за руки и за ноги, и встряхнуть. Может расклинятся, такое однажды было.

Случившаяся с подчинённым незадача меня позабавила и я, злорадно улыбаясь, повернулся к телохранителю:

— За руки, за ноги и тащим его отсюда.

— Господин, так мы что, встряхивать его не будем? — уточнил тот.

— Надёжно зафиксированная девушка в предварительных… — начал было я и махнул рукой. — Ладно, забудь, тут не до шуток. В заклинивших латах наш великий герой драться точно не побежит, значит, так его и потащим.

Оглушённый Арсай плохо понимал, что вообще происходит, и потому ничего не возразил ни на наши слова, ни тогда, когда мы начали осуществлять несложный план. Но не успели протащить его до конца коновязи, как земля под ногами начала подрагивать.

Приближалось что-то очень большое.

Обернувшись, увидел: туман меняется, оставаясь при этом всё таким же невидимым. Этот парадокс изрядно грузил мозг, хотелось отвернуться, не вглядываться в то, чего не существует.

Но оно есть, оно не даёт смотреть через него.

И оно в одном месте сгущается, будто там приближается то, что является центром этой зрительной аномалии.

И приближается быстро.

Я крикнул:

— Тащи его дальше сам!

— Но господин, я не смогу, он очень тяжёлый в этих латах!

— Тащи! — рявкнул я, потянув меч из ножен.

И тут же вбросил его обратно.

Не тот здесь бой.

Мечи бесполезны.

Из сгустившегося мрака вырвалась огромная фигура столь кошмарно-уродливая, что я, много чего в жизни повидавший, не сразу понял, что это такое. Большое, антропоморфное, толстое, высотой в четыре человеческих роста. Так-то видали мы тварей и покрупнее, но чтобы они так мастерски сужали поле обзора — такого не припомню.