Похоже, понял, что им грозит, и также понял, что сдерживаться теперь не имеет смысла. Ставки возросли до максимальных. Кто успеет раньше врезать: он или я? Нет, за свою жизнь не страшно, щиты должны спасти, но вот каст сбить некоторыми навыками можно, даже если цель хорошо защищена.

Я оказался быстрее: над врагами замерцал воздух, наливаясь убийственной силой, чтобы через несколько мгновений направить её вниз.

Но за эти мгновения я нанёс ещё один удар, с мизерными кастом и без отката.

Спасибо апгрейду, подарил такую удобную возможность.

Эффекты этого навыка не столь зрелищны, как у Чёрного солнца юга, но в первые мгновения, ещё до начала свистопляски молний, лицо мага перекосилось, он торопливо опустил жезл и что-то тревожно воскликнул.

Знает, сволочь, что дальше будет.

— Давай! — заорал я, жестоко потянув уздечку.

Окт обиженно заржал, в прыжке развернулся на месте и помчался к выходу с поразительной скоростью и элегантностью. Казалось, он скачет по прекрасной дороге, а не по каменному развалу, где даже пешком быстро передвигаться невозможно.

Как и говорил Камаю, с октом я от любого быстро уйду и любого так же быстро догоню.

Да уж, всё больше и больше понимаю одержимость Дорса.

За спиной загрохотало, засверкало, заорали с надрывом, с ужасом. Добавляя острых ощущений, активировал грубый рунный конструкт. Тот самый, который использовал при масштабной диверсии в военном лагере. Бочки, что тогда не влезли в Скрытое вместилище, сложил потом к себе, и две из них расчётливо оставил под самыми опасными карнизами.

Грохнул сдвоенный взрыв, солдаты заорали втрое сильнее. Не удержавшись, я на миг оглянулся и почти ослеп. Мало того, что два Гнева за раз выдал, так у них ещё и количество молний за единицу времени увеличилось после сегодняшних апгрейдов. Ну и сила ударов тоже солидно возросла. Даже дым от взрывов не смог заглушить ослепительное сверкание.

Вот и врезало по сетчатке.

При этом будто фото чёрно-белое отложилось в глазах. Я успел разглядеть и перепуганные лица солдат, и то, что почти все они сейчас смотрят вверх. И отсюда, со стороны, я видел, что их там привлекло.

Молнии и камни. Молнии били по людям и по земле, а камни катились с нависших над обрывом карнизов.

И как минимум один карниз нездорово трясся, по его основанию змеилась стремительно расширяющаяся трещина.

— Быстрее! Быстрее!!! — заорал я, хлестнув окта.

Тот снова обиженно заржал, но, по-моему, чуть ускорился.

Не представляю, как это возможно?..

Да никак. Ведь он и до этого практически летел, едва касаясь копытами камней.

Позади будто исполинским молотом по ущелью врезали, земля под нами задрожала, конь снова заржал, на этот раз испуганно. Я инстинктивно вжал голову в плечи, когда увидел, как справа и слева обрывистые склоны начали приходить в движение. Они будто оживали, скидывая с себя шелуху, наросшую за десятилетия и века неподвижности.

И шелухой этой были многочисленные «выжатые» пласты, что в несколько этажей нависали над головой.

— Бегом, родимый!!! Бегоооом!!!

Земля уже не дрожала, она ходуном ходила, будто при катастрофическом землетрясении. Хотя почему будто, ведь так оно и есть. Сколько баллов максимум возможно? Десять? Двенадцать? Чёрт, не помню! В любом случае, сейчас здесь не меньше сорока пяти.

Конь снова заржал, и, припав к земле, прыгнул так, что я едва вместе с седлом не улетел. Невероятное ускорение показал, благодаря ему буквально в последнюю наносекунду вытащил нас из-под многих тонн обрушившихся камней.

Ура! Мы выскочили из узости ущелья. Перед нами вздымается та самая известняковая стена, обезображенная карстом, а чуть правее виднеется подъём наверх, где на нас уже точно ничего не свалится.

Почти вырвались, но вот именно, что почти. Да, над головой теперь ничего не висит, но расслабляться рано, мы всё ещё в опасности. Склоны, стремительно разрушаясь, обрушиваются слева, справа и позади, при этом часть камней, с повышенным запасом кинетической энергии, разлетается далеко по сторонам, будто шрапнель. Я суетливо обновляю щиты, но они тут же спадают, а окт вскрикивает, будто ребёнок, когда острые булыжники жестоко впиваются в кожу.

Только сейчас догадался поставить воздушный щит. Вот же дурак, о чём раньше думал? Ведь идеально против не самого сильного кинетического воздействия. Не только меня прикроет, но и коня.

Жаль, ненадолго.

Впрочем, мы уже почти в безопасности, окт выскочил на подъём. С такой скоростью поднимемся так стремительно, как не всякая птица способна подняться.

Грохот обвалов за спиной слился в сплошной гул, бьющий по нервам исполинской кувалдой. Но очередное обрушение чего-то огромного заглушило на миг этот звук. Земля за секунду до этого дрогнула так сильно, что окт впервые за всё время отчаянного рывка сбился с ритма скачки. Я испугался было, что он упадёт, но нет, удивительный конь удержался, припав на ноги и совершив из этого положения сумасшедший скачёк. Только сейчас я разглядел перед нами широкую трещину, которую не всякая лошадь перепрыгнет.

Но окт запросто. Я в этом не сомневался.

Пока не увидел, как дальний край трещины резко подаётся вниз. Миг, и добрая половина дороги, что круто вздымается к правому склону ущелья, пришла в движение. Огромные массы камня и глины обрушились в пустоту, что разверзлась впереди.

И окт теперь летел не на другую сторону преграды, а именно в неё.

В бездну.

Не знаю как, но даже в таком положении конь сумел хоть что-то предпринять. Немыслимым образом извернувшись, он коснулся копытами огромного камня, что только-только начал путь в тёмную бездну. Оттолкнувшись от него, окт прыгнул к следующей глыбе, что тоже сейчас ни на чём не держалась, но разогнаться ещё не успела.

От неё он тоже оттолкнулся, но это уже был прыжок в никуда. До скалы, от которой откололась дорога, отсюда метров двадцать, и мы гораздо ниже её края, а это даже для окта чересчур. К тому же разрушение дороги не прекращалось, везде что-то обрушивалось, повсюду виднелись низвергающиеся камни.

Конь заржал испуганно и обиженно. Должно быть его расстроила ситуация, где, наверное, впервые за всю свою жизнь он не сумел вынести всадника. Суча копытами в отчаянных попытках дотянуться до летящих там и сям камней, он отправился вслед за ними.

В бездонный мрак, разверзнувшейся там, где только что располагалась дорога наверх.

Как там проводник говорил? «Я тут лучший знаток степи»… «единственный надёжный подъём в округе»…

Да уволить мало этого лживого паразита!

Сбоку прилетел не камень, а целая скала. Удар. Щит разряжен. Ещё удар, уже с другой стороны, вышибает меня из седла и сбивает ещё один щит.

Я будто в камнедробилку попал. Каждую секунду с меня снималось очередное Игнорирование. И вот настал неизбежный момент — я остался вовсе без них, а навык в откате.

Будто голый…

Очередной удар сшиб остатки Воздушного щита полностью, и от следующего удара меня уже ничто не прикрыло.

Темнота.

⠀⠀

— Ну наконец-то ты решил заняться тем, чем давно должен был заняться, — преувеличенно-радостно поприветствовал меня старик.

И голос его был полон нескрываемого сарказма.

Впрочем, как обычно.

— Так я что, не умер?

— А ты попробуй вокруг посмотреть. Это разве похоже на рай, или во что вы там, глупцы, сейчас верите? Нет, ты жив, и даже заслуживаешь похвалы. Слегка, но заслуживаешь, да.

— За что? — тупо спросил я.

— Вот как же сложно с тобой… — вздохнул старец. — Ну говорю же, ты наконец делом занялся, а не тратишь время и силы на всякую ерунду, как обычно. А ведь давно пора было заняться, совсем от рук отбился.