Ракушечный известняк — неплохой строительный материал, но не сказать что особо прочный. Скорее наоборот. Качественное дерево на полуострове не росло, на металле горожане экономили. В общем, от спаренной башни, защищавшей ворота, остались две кучи пылающих обломков.

А от самих ворот с парой громадных створок, похоже, вообще ничего не осталось. К свежим руинам спешно направлялись конные и пешие степняки. Учитывая, что серия взрывов уничтожила или оглушила защитников на площади в пару гектаров, прикрыть неожиданно образовавшуюся брешь вояки не успевали.

Да уж, к инженерам претензий нет, навели свои машины грамотно. Хорошо, что я их не убил, они честно заслужили жизнь.

Если и после такого своевременного подарка Ингармет не захватит хотя бы Нижний город, ему уже ничто не поможет.

Но вопрос в том, как быстро вождь степняков возьмет под контроль всю эту немалую территорию…

Посмотрев в сторону Тухлого Дна, я чуть повернул голову и покосился в направлении порта, где меня поджидает лодка, которую надо бы успеть угнать до утра. Вздохнул, швырнул к ближайшей катапульте откупоренный кувшин с алхимическим зельем и, обернувшись к Тени, задумчиво произнес:

— Я заметил, ты хорошо прыгаешь. И форму ловко меняешь. Мне вот интересно стало: ты седло на себе организовать сможешь?

⠀⠀

В летающего ездового коня Тень Некроса превратиться не смог. Да и с летучестью у него все обстояло настолько плохо, что седлом и прочими ухищрениями это не поправишь. Тут крылья и прочее требуется, на что помощник, похоже, не способен.

Максимум, что можно из него выжать, — это запрыгнуть в окно второго этажа. Да и то лишь после хорошего разбега.

Но если передвигаться по горизонтали или около того, картина улучшается. Умертвие легко проскакивало на десять и больше метров с места, а с разбега эта дистанция значительно увеличивалась.

Этим я и воспользовался: спустился в Нижний город, а затем поднялся на крышу старого купеческого особняка, наполовину разрушенного артиллерий. Уже не понять, кто поработал: степняки или гарнизон, но «калибр» явно не тот, который использовала уничтоженная мною батарея.

После нее тут бы пустырь остался.

Забрался на такую высоту я не просто так. Это моя стартовая площадка. Отсюда Тень Некроса понесет меня на своей спине все дальше и дальше, до самого Тухлого Дна.

Средневековая городская архитектура — это тотальная экономия места. Земля в периметре крепостных стен небесконечная, а желающих на ней проживать хватает. По мере увеличения населения старые укрепления разбираются, ставятся новые, условный радиус, измеряемый от центра, увеличивается. Но такое случается нечасто, и Хлонассис давно нуждается в обновлении. В нищих кварталах люди на головах друг у дружки ютятся, в районах поприличнее края крыш почти смыкаются, отчего на улицах сумрачно даже ясным днем.

Вот по этой дороге из крыш мы и понеслись. Не везде перемахивать с дома на дом просто, но, учитывая плотность застройки, всегда получалось выбрать путь, где можно проскочить без чрезмерного риска.

Поначалу я опасался, что сильно преувеличил возможности необычного умертвия. Но быстро выяснил, что для него такой способ передвижения так же естественен, как для меня неспешная прогулка по ровной дорожке.

Ну а что касается шума, который мы производили, то и дело ломая черепицу — об этом можно не беспокоиться. В городе непрестанно что-то взрывается, истошно орут люди, с треском рушатся горящие здания. Наши шалости на этом фоне если и услышат, то вряд ли полезут на крышу проверять, кто это там шумит.

Мирные люди по домам сидят, опасаясь нос высунуть. Ну, а немирные все внизу, заняты разборками друг с дружкой или банальным мародерством.

Штурм — это прекрасный способ свести старые счеты или попытаться улучшить материальное положение. Вглядываясь вниз, я то и дело замечал на улице трупы, разбросанные вещи сомнительной ценности, разбегающихся в панике людей.

Проскочив через очередной переулок, успел бросить взгляд вниз. Увидел очередного горожанина, которому, похоже, крепко досталось, но он еще на ногах. Шел, пошатываясь, то и дело за стену придерживаясь. Но вряд ли пьян — походка раненого или больного.

Я скомандовал Тени остановиться. Что-то в пострадавшем прохожем показалось знакомым. Прошелся по краю крыши, вглядываясь с разных ракурсов. Предположение почти превратилось в уверенность, и я решился окликнуть раненого, дабы удостовериться наверняка:

— Гасэт, это ты?!

Прохожий остановился, начал торопливо озираться и настороженно воскликнул:

— Кто здесь?!

— Ну ты чего?! Не узнаешь старого приятеля?! Наверх посмотри, я на крыше!

— Гер?! Что ты там делаешь, Хаос тебя побери?!

— А что ты делаешь внизу?!

— Я что делаю?! Да что всегда делал, то и делаю! Сначала неплохо выпил, когда наши ребята снесли ворота на винном складе! А потом мне по голове врезали, когда потянул тунцовый балык с телеги у стражников! Палкой двинули и отобрали! Проклятое ворье!

— То есть, как всегда, радуешься жизни! — понимающе кивнул я.

— Ну да! А почему бы не порадоваться?! Давай спускайся, чего мы орем на всю улицу! Я тут рядом знаю местечко, где можно бухнуть! Сегодня хорошая ночка, все бесплатно! Пошли!

— Нет уж Гасэт, с тобой ходить опасно! При нашей последней встрече ты мне все карманы отполировал! Все искал в них что-то!

— Извини, Гер! Я же не со зла! Руки у меня такие, поработать любят! Сами лезут в дело, как карман почуют!

— Понимаю, профессиональная деформация! Как там обстановка в Тухлом Дне?!

— Плохая остановка! Вот там мне палкой и выписали по башке! Наверное, череп пробили! Сильно болит!

— Что там такое плохое?! Поясни!

— А ты не знаешь?!

— Стал бы я спрашивать, если б знал?!

— А кто тебя поймет! Ты какой-то мутный и странный! Зачем на крышу полез?! А, ладно, это твое дело, но я тебе скажу, что не ходи туда! Наши там снюхались с цеховыми! Вместе псам Данто наваляли! А потом тухлые ребята пошли громить склады, которые под стеной! А оттуда развернулись к восточным воротам! Открыть их захотели! Лютый, Дырокол и остальные подбили всех на это! Мол, если не пустить степняков, все тут с голодухи околеем! Говорят, сам Данто собрал всех своих приживал, пошел разбираться! Пообещал вырезать всех, кто в эту муть вписался! Данто ведь и так давно хотел нас всех придавить! Он как подсел на курение дурного зелья, так только и мечтает низовых извести! Последний ум потерял! Да там и не было его! Что мне теперь делать с пробитой головой?! Я лучше пойду отсюда! И ты тоже иди! Ты прикинь, что там творится! По нашим катапульты стреляли с Верхнего! Половину квартала разнесли, а что осталось, горит синим пламенем! Я бы этим гадам, которые стреляли, показал, будь я трезвым и без дырки в голо!.. Ох, Гер, да иди ты куда угодно, хоть в задницу Хаоса, а я пошел дальше! Ох и бедная моя башка, да за что же мне такое!..

Падкий до алкоголя вор, постанывая и причитая на все лады, поплелся дальше. А я, провожая Гасэта задумчивым взглядом, подавил в себе порыв спуститься на улицу и подлечить пострадавшего. Ведь даже если четверть сказанного им не выдумка, надо как можно быстрее добраться до центра событий.

Раз уж я взялся помогать тем людям, которые помогали мне, не стоит разворачиваться на середине пути. Тем более я и без Гасэта подозревал, что мирной прогулки не получится.

И я к ней подготовился.

⠀⠀

Тухлое Дно больше не попахивало тухлятиной. Нестерпимо-едкий смрад гари забил все прочие запахи еще на подходе, когда мы прыгали с крыши на крышу, огибая площадь с тем самым фонтаном, к которому меня вечно тянет, будто под костями на дне спрятан сильный магнит. Я так и не понял, что за состав применяют инженеры наемников для бомбардировки, зато по пути выяснил, что еще чуть-чуть доработать, и это оружие станет комплексным: фугасно-отравляющим.