«Ну и что?» — Айрис с нетерпением ждала реакции.

«Это… это очень драматично», — медленно произнесла Мелисса. — «И, в каком-то смысле, пугающе». Айрис смотрела на нее с тревожным, почти голодным выражением в глазах. «Думаю, я понимаю, почему ты это сделала», — мягко сказала она.

Айрис глубоко и тихо вздохнула. «Думала, ты поймешь. Конечно, не в коммерческих целях. Кому захочется с этим жить?» Она закрыла рисунок листом обычной бумаги. «Теперь чувствуешь себя лучше. Выплеснула все эмоции».

«Не могли бы вы показать мне другие ваши работы?»

«В другой раз. Не хотите прогуляться?»

«Да, если хотите. Но мне придётся переодеться».

«Я тоже. Увидимся через минуту».

Некоторое время они молча прогуливались вдоль ручья. Айрис шла впереди по узкой тропинке, держась прямо и размахивая руками, словно игрушечный солдатик. Она была без головного убора, и заходящее солнце отражало в ее волосах золотистые медные блики. С ее тонкими чертами лица она, должно быть, когда-то была привлекательной, даже красивой.

Воздух был тихим и ясным, небо почти безоблачным. Над головой пролетел крошечный самолет, и Айрис остановилась, чтобы посмотреть на него, прикрыв глаза руками.

— Думаешь, они узнают, кто это сделал? — резко спросила она.

«Убийство, вы имеете в виду? Сначала им нужно установить личность жертвы», — Мелисса повторила детали полицейского отчета, который ей передал Брюс. — «Это может занять несколько недель».

«Тот молодой человек, вы говорили, у него есть теория?»

Мелисса колебалась. Она не была уверена, насколько хочет довериться Айрис, которая неожиданно проявила готовность поговорить с прессой.

«Сейчас все очень расплывчато», — уклончиво ответила она. «Он не хочет много говорить, опасаясь ошибиться».

«Понимаю», — проворчала Айрис. — «Никто не хочет выглядеть дураком. О, смотрите», — продолжила она, ее голос дрожал от восторга. — «Вот идет ректор!»

Он, по всей видимости, вышел из леса. На нем был старый твидовый пиджак поверх священнической рясы и воротника, а серые фланелевые брюки были заправлены в резиновые сапоги. Его приветствие было нарочито жизнерадостным, но в глазах читалась нотка грусти. Он тоже все еще ощущал последствия трагедии.

«Добрый вечер, дамы! Вышли подышать свежим воздухом? Прекрасный вечер!»

Они сошлись во мнении, что это действительно был прекрасный вечер, и несколько минут обсуждали эту тему. Именно Айрис разорвала цепь клише.

«Вчера миссис Крейг спрашивала о людях из Бенбери-Парка, ректор, — сказала она. — Я сказала ей, что вы можете помочь».

«Правда?» — мистер Кэллоуэй шел рядом с ними, его лицо сияло интересом и предвкушением. — «Это в рамках исследования для нового романа?»

«Верно», — сказала Мелисса, надеясь, что ей простят эту ложь. В каком-то смысле это было правдой. Исторический особняк в Котсуолдсе вполне мог бы стать центром управления ее банды похитителей произведений искусства. Возможно, с помощью ректора ей даже удастся уговорить его навестить ее.

Мистер Кэллоуэй сиял от радости и потирал руки. «Ах, я чувствую, что это будет один из тех милых старомодных детективов! Это лучшие детективы, я всегда так думаю! Вечеринка в доме на выходных… труп в библиотеке и окровавленный нож в кладовой дворецкого…?» Он с нетерпением посмотрел на Мелиссу в ожидании подтверждения.

«Что-то вроде того!» — согласилась она, улыбаясь. «Проблема в том, что я никогда не была в частном особняке. Дома, открытые для публики, не обладают той же атмосферой, что и чей-то собственный дом».

«Верно… верно… и атмосфера так важна, не правда ли?» — говорил он с видом знатока. — «Я совсем не уверен, согласятся ли нынешние владельцы… они ведь там не живут… заведением управляет персонал».

«Управляющий поместьем, управляющий фермой, егерь, — процитировала Айрис. — Ведут себя так, будто им все принадлежит. Хозяева никогда не показываются, за исключением вечеринок по случаю охоты и игры в поло. Это не в стиле полковника Брент-Смита… он все контролировал сам».

«Да, они часто отсутствуют», — вздохнул настоятель. «И даже когда они там, они не проявляют такого интереса к жизни деревни, как это было раньше с Брент-Смитами». Он бросил печальный взгляд на Мелиссу. «Знаете, миссис Крейг, они год за годом открывали сады для благотворительных целей… и всегда были очень щедры к церкви. Пятьсот фунтов они пожертвовали в фонд реставрации крыши… но когда я написала мистеру Фрэнсису с просьбой помочь с ремонтом центрального отопления, он даже не ответил на мое письмо».

«Он владелец или управляющий поместьем?»

«Он один из владельцев. Это своего рода консорциум… они купили недвижимость в качестве инвестиции. Насколько я понимаю, некоторые из партнеров живут в Лондоне. Грегори Фрэнсис — местный бизнесмен, довольно известный торговец антиквариатом, но даже он фактически не живет в этом доме».

«Значит, это не совсем семейный дом?» — Мелисса была неожиданно разочарована. Разговоры о Брент-Смитах и ​​их преданности поместью и деревне навеяли ей мысль о сценарии, который она с удовольствием бы воплотила в своем романе.

«Боюсь, нет, — сказал ректор, — но я вам вот что мог бы сделать… Я мог бы познакомить вас с семьей Воуден в Риллингфорде. У них прекрасный старинный дом в стиле королевы Анны… конечно, гораздо меньше, чем Бенбери-Парк… там нет кладовой для дворецкого или чего-то подобного, ха-ха, но я уверен, они с удовольствием вам помогут».

«Спасибо, это очень любезно», — благодарно сказала Мелисса. «Я очень ценю ваш интерес».

«В любое время, в любое время! А если вы хотите узнать что-нибудь о охотничьих вечеринках, советую поговорить с Диком Вудманом. Он знаком с егерем и помогает. Кажется, он рассказывает интересные истории в пабе «Вулпак» по субботним вечерам в сезон. Похоже, некоторые из этих богатых джентльменов едва различают орудие и ружье!»

«Сложно справиться с загонщиками!» — прокомментировала Айрис, фыркнув.

«Да, конечно», — усмехнулся мистер Кэллоуэй. Эта встреча, казалось, очень его порадовала. Он взглянул на часы. «Мне пора возвращаться», — заявил он. «Антея, наверное, удивляется, что со мной случилось. Простите меня, дамы». Помахав рукой, он направился к деревне, оставив Айрис и Мелиссу следовать за ним медленнее.

Вскоре после возвращения Мелиссы домой Брюс снова позвонил.

«Я поговорил с старшей медсестрой, — сказал он. — Завтра Клайва осмотрит невролог. Мне нужно будет еще раз все проверить, и если он даст разрешение, мы сможем поехать в среду вечером».

«Что ты ей уже рассказала?» — спросила Мелисса.

«Ничего об убийстве. Только о телефонных звонках. Она, конечно, уже знала о его одержимости Бэбс и рестораном “The Usual Place”, но не понимала, что он пытался с ней связаться. Кажется, она думает, что ему поможет поговорить с кем-то, кто знает Бэбс».

«Ну, вы с ней знакомы, а я нет».

«Верно, но звонки поступают именно тебе».

«Ну, придётся действовать по обстоятельствам, не так ли?»

«Хорошо. Ничего не нужно сообщать с вашей стороны?»

«На самом деле нет. Я только что разговаривала с ректором о Бенбери-парке». Она передала ему ту скудную информацию, которую ему удалось ей предоставить. «Похоже, что по выходным дом превращается в своего рода развлекательный центр для любителей охоты и гольфа. Охотничьи вечеринки, соревнования по поло… что-то в этом роде».

«Это могло бы послужить неплохим прикрытием для операции по торговле наркотиками, не так ли?» — с энтузиазмом спросил Брюс. Мелисса расхохоталась. «Что смешного?» — потребовал он объяснений.

«Так и есть. По-вашему, любой бизнес, от нефтяной платформы в Северном море до тележки с мороженым, может служить прикрытием для чего-нибудь нечестного!»

«Однажды я заставлю вас воспринимать меня всерьез», — заявил он.

«Хорошо. Продолжайте попытки!»

«Тогда я позвоню тебе завтра… пока!»

По счастливой случайности ей представилась возможность поговорить с Диком Вудманом уже на следующий день. Она сделала перерыв в писательской деятельности, чтобы немного поработать в саду, когда он проходил мимо коттеджа Хоторн со своей собакой, следовавшей за ним по пятам. Он был только рад остановиться и поболтать, и когда понял, что писательница из Лондона на самом деле обратилась к нему за помощью для одной из своих книг, его сердце переполнилось гордостью.