— Да, отец… — выскочил из-за ширмы принц.

— Идём, малыш. Посмотрим, на что способны эльдарские циркачи…

Мы вернулись обратно на пикник под звуки флейт и барабанов. И я опять отметила, что свита Эрика мала. Катастрофически мала для короля соседней страны! Видимо, Майрос настолько его боялся, что выдвинул определённые требования по въезду делегации вериданцев.

Утешала только упрямо бьющая по вискам уверенность: в лобовую атаку на Эрика никто не пойдёт, даже если он будет один! Морталис — тёмный маг с жуткими способностями. Надо быть дураком, чтобы громогласно объявлять себя его врагом!

«Вот Майрос и мутит воду исподтишка… сволочь».

Распорядитель эльдарского короля разместил скромную компанию Морталиса, к которой присоединилось в пути ещё три офицера и четыре пары вериданских аристократов (судя по всему, семейных), под чёрным навесом — в верхнем ряду деревянной арены, где по соседству стоял такой же роскошных, но бело-золотой навес Майроса. Под него набилось куда больше особ, но это и понятно — аристократы эльдарского двора — у себя дома.

Началось представление циркачей: жонглёры, акробаты, фокусник с дымящимся посохом.

Сначала я не смотрела. Наверное, в моей прошлой жизни цирк не был чем-то выдающимся, или я просто не любила его вовсе.

Или третий вариант: всеобщие взгляды и шепотки настолько напрягали меня, что я не позволяла себе расслабиться ни на секунду, внимательно наблюдая с высоты своего места на окружение и пытаясь обнаружить малейшие намёки на враждебность.

Да. Меня усадили не внизу и не на пятом ряду, где разместились герцог и герцогиня Криос, окружённые своей свитой.

Я сидела на возвышении, неподалёку от трона Эрика, на мягком диванчике рядом с Лиреном, который тут же сунул мне в руки кусок ягодного пирога и прошептал, забавно косясь в сторону взрослых:

— Ты теперь моя тётя, значит, тоже любишь сладкое… Кушай… Кушай, тётя Кира. Ох! Смотри, какой клоун!

— Спасибо, — улыбнулась я механически. — Смотрю… Очень красивый.

Приближённые Эрика едва сдерживались от улыбок. И вроде бы (мне так показалось!), эти улыбки были искренними.

А вот со стороны подданных Майроса наблюдалась другая ситуация. Точнее со стороны «древнего и великого рода Криос»!

Герцогиня Элиана смотрела на меня с таким выражением, будто я осквернила святыню, которой она поклонялась всю свою жизнь! А до неё — её предки.

Дориан сидел рядом с отцом, сжав кубок так, что костяшки пальцев побелели. Изара шептала что-то ему на ухо, всё время зыркая на меня. Их боковой ряд позволял делать это без усилий и подозрительных оборотов.

А вот Балтуса я долго искала глазами, потому как он по какой-то причине не захотел присоединяться к семье. И это пугало.

«Подобных Балтусу лучше не выпускать из поля своего зрения!»

Младший Криос обнаружился чуть поодаль, возле одного из шестов-опор, держащих крышу циркового шатра.

Молодой лорд так же, как и я, изучал окружение. Но если меня на это толкала осмотрительность, то Балтуса — привычка. Слишком парень выглядел расслабленным. Как будто детальное изучение и наблюдение за людьми — его излюбленное хобби.

Когда наши взгляды столкнулись, Балтус, вместо того, чтобы высокомерно вздёрнуть подбородок, как это сделали Элиана, Изара и даже Дориан с герцогом… он улыбнулся.

Улыбнулся мне!

И эта улыбка пробрала до дрожи даже сильнее дурашливой несоразмерной улыбки клоуна, выступающего на сцене.

«Он что-то определённо задумал! — предположила самое логичное. — Там, в палатке Майроса, сначала растерялся — да… как и все. Но сейчас он собран и, кажется, доволен собой! Значит, нашёл решение, чтобы добиться желаемого! Блин! Вот что он привязался ко мне?!»

Внутри меня поселилось раздражение, а в спине — холод — как предчувствие скорого подлого удара.

«Вернувшись в крепость, ни он, ни его семейка не станут со мной церемониться. Там они — короли. А я — предательница, посмевшая вырваться из-под их контроля. Но…»

Я оглянулась.

За моей спиной, бесшумный, как тень, стоял Рейвен.

Он не смотрел на циркачей. Не улыбался, как остальные, хотя это не точно, потому что платок опять закрывал нижнюю часть его лица.

Рейвен сурово смотрел на всё и сразу, демонстрируя ощущение полного контроля.

«В нём — моя сила и защита — спасибо Эрику! Всё-таки, надо признать, его решение взять меня в его род — гениально! Эти твари побоятся вредить мне хотя бы физически, когда рядом личный телохранитель короля, обладающего тёмной магией! А моральный прессинг… с моральным я справлюсь! Три месяца — не так-то и много, чтобы потерпеть выскочек. Если будут наглеть, придумаю что-нибудь. Главное проблемой всё же остаётся именно супружеский долг! Игнорировать его нельзя, чтобы раньше времени не вызывать подозрения. Но и спать я с этим животным не собираюсь! Надо с Рейвеном поговорить. Может, у него найдётся дельное предложение?»

Вздохнула и откусила тёплый кусок пирога, впервые за долгое время после своего пробуждения в этом теле чувствуя, что не одна.

«Всё будет хорошо…»

Взгляд скользнул на арену.

Клоуны закончили представление.

Шум флейт, уплотнившийся гулом барабанов, сменился резким, почти военным аккордом, после которого на арену, будто по команде невидимого волшебника, высыпали акробаты. Они выстроились полукругом и одновременно склонили головы, а девушка с многолучевыми факелами, подняв руки так, словно держала на ладонях само пламя, шагнула вперёд, оглядывая зрителей прищуром человека, привыкшего к опасности и не ищущего снисхождения.

«Красивая какая…»

Факелы вспыхнули сразу, резко и ярко, вырывая из полумрака шатра лица, ткань навеса, золотые шнуры и мерцание драгоценностей на шеях аристократок. Те, прижав веера к губам, уже не перешёптывались, а затихли, отслеживая каждое движение артистов.

Двое парней, оттолкнувшись, взлетели в стойку на руках, удерживая равновесие на узких подставках, а девушка, вращая факелы на вытянутых руках, прорезала огненными дугами воздух, заставляя пламя рассыпаться искрами.

Я охнула синхронно со всеми, заворожённая действом.

Творилась магия без использования магии, если понимаете, о чём я!

Сидя рядом с Лиреном и ощущая за спиной молчаливое присутствие Рейвена, я следила за номером без прежнего внутреннего озноба.

Когда акробаты, синхронно подхватывая девушку, подняли её на плечи, а она, запрокинув голову, выдохнула длинную струю огня, я поймала на себя на мысли, что мне безумно нравится представление.

Оно не могло не понравиться, завораживая каждого в этом шатре и заставляя смотреть!

И всё же у меня получилось оторваться. Я окинула взглядом два навеса и… замерла.

Майрос, играя роль великодушного хозяина, хлопал ладонями с таким видом, будто сам придумал этот номер. Рядом с ним сидела та принцесса, которая выпустила собак. Она лениво жевала сладости, улыбалась слишком спокойно для той, что недавно чуть не сорвала дипломатическую миссию.

И тут, поймав движение среди приближённых, я заметила, как слуга, наклоняясь к королевскому столику Эрика, подаёт кубок мужчине в ливрее, а тот, другой, держит поднос так, словно прикрывает манёвр телом.

Напряжение резко взвилось до небес!

Рейвен уловил моё внимание, слегка сместился, перекрывая обзор ровно настолько, чтобы я поняла — он увидел то же самое и уже знает, что делать.

Мне же кивнул подбородком, указывая на Морталиса.

Я сидела к трону Эрика близко. Нас разделял только Лирен, восторженно следящий за сценой, поэтому не составило труда понять, что имеет в виду Рей.

Слегка сдвинувшись, я закинула руку на плечики принца, тут же встрепенувшегося и заулыбавшегося, и пальцем провела по ладони короля, вальяжно лежащей на подлокотнике трона.

Морталис повернул голову и удивлённо вскинул брови:

— Кубки, — выдохнула из себя одно единственное слово, указав взглядом на приближающегося лакея.