— Ой, бля, дай и мне, — тянется, подскочивший сонный Макс, — это, что у тебя? — гладит коленку с образовавшейся коркой от ссадины.

— Упала, — прикрываю халатом.

— Я смотрю, ты тоже знатно нахрюкалась, — подмигивает и рыгает на всю квартиру, от чего меня выворачивает. — Во сколько мы свалили? Бляяя, моя башка! — почесывает коротко стриженную макушку, открывает ящик с лекарствами.

— В два вроде, не помню, — пожимаю плечами, отводя глаза, как пойманный преступник, — тебе звонили, — затушив сигарету, встаю, хочу уйти в ванну.

— Сашуль, сделай кофе, — усаживается на стул, закуривая, включает мобильник.

Выдыхаю, без какого либо желания достаю из шкафчика молотый кофе и турку.

— Да, Лось, чего хотел? — напряженно вглядываясь в одну точку.

— Чего, не понял? А мы каким боком?

— Это его проблемы, что потерял братца...не перебивай!!! — рявкает, — не хуй нас подписывать под это! Мы не няньки, чтобы развозить всех по домам после тусы! — сдвигая брови, крутит в руках зажигалку.

— Не понял?! Вот суки!!! — бьет по столу сжатыми кулаками, опрокидывая корзинку с печеньями. — К Ориону пацанов подтяни, стволы у всех и закрыть вход! Спайсу звонил?

— Ладно Лося, хоть одна блять войдет к нам...башкой отвечаешь короче! Отбой!

Ставлю перед ним чашку кофе...вопросов не задаю и вообще в такие напряженные моменты стараюсь ретироваться.

— Да, где ты, блять?! — шипит на телефон, не дозвонившись до нужного абонента.

— Я в ванну, сделай мне завтрак, — нервно произносит, откидывая мобильник.

Остаюсь на кухне в одиночестве, поднимаю перед собой трясущиеся ладони.

— Успокойся Саша, переживём, — разговариваю сама с собой, доставая яйца из холодильника. — Что мне делать сегодня? Со своею любовью? — мелодично пою себе под нос знакомую песню, разбивая яйца над раскаленной сковородой.

Звон мобильника Макса отвлекает, беру в руку и немедленно откидываю от себя, словно заразу, увидев на ярком экране Имя — Спайс.

Отхожу, достаю ветчину, сыр из холодильника, режу хлеб, пока телефон бесперебойно набрякивает, заставляя каждый раз вздрагивать.

Хватаю, несусь в ванную...

— Тебе Спайс наяривает, — протягиваю трубку, глядя на Макса, вспененного с ног до головы.

— Ответь, скажи, что наберу через пять минут! — выкрикивает, сплевывает пену, попавшую в рот.

— Еще чего?! Сам отвечай, — недовольно пыхчу, кладя трезвонящий мобильник в раковину.

— Блять, Саняяя, — орет в пустоту, не видя меня перед собой из-за намыленного лица, — ответь! А то вырубит трубу, мне он срочно нужен!

Выдыхая беру вновь в руки, выхожу.

Телефон неприятно вибрирует, вытираю проступивший пот со лба, нажимаю на кнопку ответа.

— Хуйло! Ты куда загасился? — грубый знакомый ор, после которого я оседаю на стул.

И молчу, глазею на улицу, просто замерла, трясусь от нахлынувшего ужаса, вспоминая ночь.

— Мааарс?!!

— Спайс, он в ванне, перезвонит тебе, — прошептала, облизав сухие губы, набравшись смелости.В трубке воцаряется тишина.

— Не понял! Какого хера ты отвечаешь?! — с нотками раздражения и меня начинает потряхивать в ответ.

— Он попросил ответить, — тихим голосом произношу, словно нашкодившая ученица.

— Ну ок, — в трубке воцаряется вновь издевательская тишина и на заднем фоне шепот его девицы.

— Как ты себя чувствуешь? Горлышко не болит, детка? — усмехается, вибрируя смехом.

— Все хорошо! — отвечаю сквозь стиснутые зубы.

— Ооо, да ты в не настроении. Макс не трахает с утра?

В ответ молчу…

— Отвечай, когда я задаю вопросы! — медленно, монотонно, продавливая даже на расстоянии.

— У меня все прекрасно с настроением! — выпалила я, сжимая кулаки.

— Я рад, значит надо повторить! Но мой вопрос был о другом, — протяжно дышит в трубку. И я улавливаю звуки чмоканья на заднем фоне…

Передергивает. С усилием сглатываю слюню в распирающем горле.

— Да, вот мой ответ! — что есть мочи сдерживаюсь, чтобы не обложить его матом, — Тебе там член сосут?

— Да, хочешь присоединиться? — шепотом, выдыхая в трубку.

— Это мерзко! — выкрикиваю и выключаю вызов.

— Гандон, ты, конченный! — рычу, откидываю трубку на стол.

Встаю и вздрагиваю от, незаметно, вошедшего Макса.

Не сводя пронзительных глаз, подходит ко мне, с каменным выражением лица. Резко и хлестко бьет по щеке, тыльной стороной ладони, оставляя кровавый след от золотой печатки. Схватившись за щеку, смотрю на него изумленным взглядом, удивленно хлопая ресницами, медленно убираю локон с лица. Впервые! Такое он позволил себе впервые, подводя невидимую черту в наших отношениях.

— Еще раз, сука, услышу про своего кореша подобное, ебучку разобью! Ты видимо просто не хочешь меня слышать! Я тебя предупреждал, кончай с этим цирком! — упирается яркими горящими глазами. — Ты поняла меня?! — орет, обдавая мятным ароматом начищенных зубов.

Ничего не отвечая, медленно киваю головой, держась за щеку.

— Завтрак где? — шипит, отходя от меня, присаживаясь за стол.Шмыгаю носом, сглатываю слюни, сглатываю обиду и пощечину, накладываю яичницу, режу хлеб и сыр. И уже обдумываю, как безболезненно для самой себя разбежаться с Максом.

— Спайс! Мамаев пропал вчера с нашей тусовки, нам предъявляют, — быстро протараторил, щелкая зажигалкой.

При упоминании знакомой фамилии, воспоминания новой волной нахлынули. Этот жуткий последний взгляд, предсмертные хрипы, кровь, много крови...

Нож выскакивает из рук, падая на пол.

— Послать то можем, как бы проблем не подкинули. Нам бы с ними работать, а не воевать. Короче они к Ориону подкатят через час, хотят прошерстить...

— Да не ори ты!!!

Расставляю тарелки с его завтраком и быстро удаляюсь, не в силах более слышать его крики.

Чищу зубы, глядя в свое отражение и обдумываю, как бы отдалиться от Макса.

«Пора бы с ним расстаться, а заодно и не буду мелькать перед Спайсом и с большой вероятностью он забудет про меня!» — киваю в свое отражение. «Ведь он сделал свое грязное дело, интерес должен потерять, кто я для него? Обычная второсортная…, которую он нагнул вчера, отомстил за все оскорбления, поиздевался вдоволь, самоутвердился, потешив свое самолюбие. А вокруг него постоянно крутятся шикарные девочки, которые его отвлекут. Но видео, у него есть видео, а если всплывет где-нибудь. И Максу я никак не могу рассказать, если и докажу, что было насилие, если и поверит мне, но вот то, что я знаю про Мамаева...меня не отпустят так просто!»

— Чееерт, как он меня прижал! — выплевываю пасту.

Решаю набрать ночных смен в аптеке, чтобы не пересекаться с Максом, знаю, что девчонки с удовольствием согласятся, ведь это самое опасное время работы, наркоманы, бухарики, бомжи заваливаются, чтобы просто проспаться, проститутки за контрацептивами, короче невесёлый самый сброд. — Аааа… Работа! — выкрикиваю, выскакивая в коридор, вспомнив, про свою дневную смену.

Судорожно рыщу в сумке затерявшийся мобильник. На дисплее двадцать два пропущенных от Инны. Перезваниваю и распинываюсь в извинениях, обещаю прилететь в аптеку через пол часа. Макс неторопливо и довольно спокойно смакует завтрак, уставившись в телевизор.

— Закинешь меня до работы? Опаздываю, — забегаю на кухню, налету ныряю в легкий белый сарафанчик на голое тело. В ответ кивает, допивает кофе. Направляется в спальню.

Едем молча. Макс вальяжно подглаживает руль, тарабаня пальцами, останавливаясь на перекрестках, я неспокойно тереблю сумку. По жизни пунктуальна, не люблю куда либо опаздывать, заставляя ждать людей.

— Заскочим на пару минут в качалку, мне срочно, — не отвлекаясь от дороги, словно говоря сам с собой.

Перечить не стала, накалять и без того напряженную обстановку.

Подъехав к знакомому месту, упираемся в белый ненавистный внедорожник. Тело непроизвольно вжимается в кресло, губы напрягаются, по телу пробегает холод, не смотря на тридцатиградусную жару. Макс выпрыгивает из своего красного Grand Cherokee, забегает в подвальное помещение.