Глава 6

Садимся и мчим с ветерком. Мы с Киром, Ильей и водителем — в легковушке, если, конечно, так можно сказать про огромный навороченный Хаммер с бронированными узким стеклами.

Так мой муж передвигается по городу, для солидности или на всякий случай — врагов у него обычно много.

Парни с автоматами едут следом. Вот даже не знаю: это нас охраняют, нас конвоируют или мы за собой их в атаку ведем?

Муж, сидя рядом со мной на заднем кожаном сиденье, в гневе принялся разбирать корзину с подаренными продуктами. Заглядывает в очередной ланч-бокс, захлопывает крышку и резко откладывает его в сторону со словами:

— Это беременным нельзя!

Или:

— Это слишком жирное!

Или:

— Это вообще непонятно из чего сделано и как отразится на твоем состоянии!

Хотя еда во всех контейнерах, которые он открывают, выглядит ну, очень аппетитно и статусно. И пахнет настолько вкусно, что у даже Ильи на переднем сиденье заметно ноздри дрожат.

— Может, сначала дать попробовать эту еду кому-то менее важному, а потом только тебе, если с ним все будет хорошо? — муж смотрит, разумеется, на МУРовца.

— Благодарю тебя за заботу, конечно, — я начинаю сердиться, — но я ОЧЕНЬ голодная — ты это понимаешь? А это намного вредней для моего состояния. Может, ты все же позволишь мне самой выбрать блюдо и нормально поесть?!

Муж вздрагивает и подает контейнеры по одному в обратном порядке, раскрывая. Я выбираю запеченную красную рыбу с водорослями в сметанно-сырной заливке.

Ммм… Как вкуу-усно! Машина едет плавно, практически не трясет. Жестами предлагаю поужинать и мужчинам. В корзине дофига всего. Есть и продукты, которые не обязательно кушать вилкой и ножом, а можно взять просто в руку — например, водителю.

— Тигр должен быть голодным! — отрезает Кир.

Ладно. Приезжаем в район моего детства и юности, который я нежно люблю. Если бы заранее знала, что мы будем здесь, могла бы маму домой подбросить. Хотя, не стоит ее пугать.

При въезде через КПП, слышу, что Илья подтверждает разрешение нашей группы на въезд и то, что хозяин нужного нам номера коттеджа находится у себя дома. Круто.

Останавливаемся за квартал до места. Дом Влада находится на углу, что очень удобно для целей захвата территории. Световой день близится к концу. Где-то зловеще каркают вороны.

Группа в камуфляже рассредотачивается вдоль периметра нового кирпичного забора, за которым не видно практически ничего из того, что находится внутри. Мы с Киром и Ильей неспешно выходим из машины и открыто направляемся к воротам.

— Надо же, — сурово говорит муж, — какой он забор отгрохал! Это явное доказательство того, что у него рыльце в пушку — понимал, что придется защищаться. Разве только бойниц по углам нет. Но крепостные стены его не спасут.

Кир сам жмет на кнопку звонка и, когда домофон оживает, орет:

— Выходи! Разговор есть.

И для убедительности с размаху ударяет по железной воротине ногой — даже звон пошел. Некоторое время из переговорного устройства слышен только треск или хрип. Еще я обращаю внимание на то, что камера на угловом столбе забора пришла в движение — осматривает то, что происходит слева и справа.

Кирилл подает знак, и бойцы забрасывают на верхушку стены металлические «кошки» — то есть такие очень большие рыболовные крючки с тросами — как для охоты на акул. И парни начинают лезть по ним на забор.

Правда, получается это у них как-то не особенно ловко и слаженно. И даже крючки у некоторых не с первого раза попали в цель, хотя высота забора — метра три, самое большее. Не кормят их, что ли?

Ну, наконец, вроде бы все парни, которых я вижу, влезли и оседлали забор в ожидании следующей команды. Камера хозяина дома все это явно видит — лихорадочно поворачивается то туда, то сюда, на тонкой шейке.

— Выходи, Влад, кому говорят! — рявкает в переговорник Кирилл.

— А… это не Влад, — вдруг раздается в домофоне незнакомый мужской голос. — Он продал мне этот дом еще весной и куда-то съехал.

— Что?! — Кир свирепо вытаращивается на МУРомца, который спешно выхватывает крошечный кнопочный телефончик и тыкает в него толстыми пальцами.

— Я же предлагал проверить, — с обидой оправдывается Илья. — А вы сразу… Да, эта новая информация верная, мне уже подтвердили: этот дом ваш бывший друг продал, купил другой, адрес есть, — МУР называет. — Сейчас свяжутся с охраной того ТСЖ и узнают, на месте ли он.

— Это не особенно далеко, — мощно выдыхает Кирилл. — Никуда он от нас не денется!

— Так нам слезать назад или спрыгивать внутрь? — раздается голос с ближайшего столба.

Кир дает отмашку, ребята спускаются, забирают свои «кошки» и усаживаются назад в микроавтобус.

— Первый блин комом, — комментирует неудачу Кир, стиснув зубы и хлопая себя по бедру.

— Я пойду угощу ребят, чтобы у них на второй штурм сил хватило, — решительно заявляю мужу и прошу Илью отнести почти полную корзину с едой в микроавтобус.

МУР относит, парни радуются моей инициативе так, словно еда из ресторана для них — особенное событие и праздник жизни. Они шустро делят между собой все, что есть, стаскивают балаклавы и начинают жевать.

А я смотрю на их лица и не понимаю — где суровые брутальные мужчины? Если приглядеться, то и плечи у них как-то узковаты, и шеи довольно тоненькие, и волосы у многих до этих самых плеч, не по уставу. И даже седые.

— Это вообще кто?! — тихо спрашиваю МУРовца.

Но, видимо, недостаточно тихо, потому что ближайший как бы «спецназовец» в простом камуфляже неожиданно подмигивает мне, достает своей автомат и сует его мне в руки. Ой.

Глава 7

Я никогда в жизни не держала оружие. Даже пальцем не трогала. До этой минуты не привелось, слава Богу. А сейчас держу, боясь выронить, с легкой паникой. Но скоро понимаю, что с этим автоматом что-то не так.

Он какой-то слишком легкий. И теплый. Вообще какой-то ненастоящий. Присматриваюсь — да это же бутафория, хорошо сделанная копия из раскрашенного пластика! Можно сказать, что игрушка для детей, но в натуральную величину. Наверное.

Отдаю «автомат» мужчине в камуфляже.

— Что все это значит?

Отвечает мне Илья, потому что «спецназовцы» активно работают челюстями:

— Ну, да, это массовка из киностудии. Я их время от времени привлекаю. Как бы я сумел за несколько минут организовать настоящий спецназ? Я все же не волшебник, а только учусь.

Мне даже как-то легче сразу становится. И веселей.

— То-то я подумала: как-то слишком просто нас пропустила охрана на КПП! — говорю.

— Конечно, — опять краснеет богатырь Илья. — Я им сказал, что кино будем снимать.

— Остросюжетный любовный роман, видимо. Тогда у меня остается только один вопрос: Кирилл тоже в курсе?

— Нет, как можно?! — теперь резко бледнеет МУРомец. — И могу я попросить вас не говорить руководству, пожалуйста?

— Попросить — можешь. А мой ответ будет зависеть от твоего поведения, — важно заявляю я. — Пойдем уже. Не то скоро сам примчится, не выдержит, и увидит весь беспредел собственными глазами. Автоматы еще переломает — киностудию без реквизита оставит. Как думаешь, кто в таком случае будет виноват? Приятного аппетита, парни! — желаю, хотя надо было сказать «дяденьки».

«Спецназовцы» довольно мычат. Садимся и едем по новому адресу. Совсем новому, хотя недалеко. Муж пытается поглаживать мою руку — как бы успокаивая. Но у него самого его собственная то и дело сжимается в кулак.

Приезжаем. Я никогда здесь не была, выглядываю в окно. На местном КПП охрана даже на Хаммер и на съемки фильма не сразу ведется — заминка какая-то у Ильи.

Наверное, билеты на премьеру обещает, каждому. А Кир, у нас, получается — режиссер. Ну, все — ворота перед нами открываются.

— Влад на месте, — подтверждает МУРомец, протискиваясь на переднее сиденье.

Самую огромную модель огро-омного Хаммера выбирали, наверное, исходя из габаритов личного телохранителя. Подъезжаем, автобус останавливается за квартал, как в предыдущий раз.