Краем глаза я заметила движение позади папы и увидела Зака, который подстригал плющ в беседке. Его лицо было скрыто от меня полями кепки.

У меня сжалось сердце, и я задержала на нём взгляд, вспоминая прошлую ночь в его комнате. Мне отчаянно хотелось узнать, о чём он думал, когда я призналась ему в своих чувствах.

— Привет, сестрёнка, — сказала Мелоди, подходя ко мне.

— Привет. — Я приподняла брови, увидев, во что она одета. На ней было чёрное бикини, но это едва ли можно было назвать купальником. Это были всего лишь два крошечных лоскутка, едва прикрывавших её грудь, и жалкое подобие стрингов.

Мелоди никогда не носила откровенную одежду, а когда надевала купальники, они всегда закрывали большую часть её тела. Так почему же она надела это сейчас?

Или, ещё лучше, для кого она это надела?

Она взглянула в сторону Зака, и у меня кровь застыла в жилах.

Нет.

Нет, она не могла надеть это для Зака. Он ей не нужен.

Зак поднял взгляд и на мгновение встретился со мной глазами, прежде чем посмотреть на Мелоди, и я сжала кулаки. Сукин сын.

Я направилась к нему. Он не должен приставать к моей сестре. Я этого не допущу.

Я вошла в беседку и остановилась за стеной плюща, которая скрывала нас от моей семьи.

— Она под запретом.

Он повернулся, чтобы посмотреть на меня, снимая перчатки. Он посмотрел на Мелоди, затем злобно улыбнулся.

— Что именно ты имеешь в виду?

— Ты знаешь, что. Если ты собираешься играть с ней как с Авророй, подумай ещё раз. Я не позволю тебе причинить ей боль.

Он бросил перчатки на скамейку позади себя, не сводя с меня глаз. Его взгляд опустился к моей груди, затем к моему пупку, видневшемуся из-под топа, и, наконец, к ногам. Я чуть не поджала пальцы ног в своих шлёпанцах, чувствуя, как покалывает кожу.

Он медленно шагнул ко мне, затем ещё раз, и я перестала дышать.

— И что ты собираешься сделать, чтобы остановить меня?

Я выпрямилась в полный рост, выдерживая его взгляд.

— Всё. — В тот момент, когда я это сказала, я поняла, что это неправильный ответ.

Он улыбнулся, и в его глазах появился хищный блеск.

— В самом деле? Тогда давай посмотрим. Ложись на скамейку. — Он указал на скамейку рядом со мной.

Моё сердце замерло в груди.

— Что?

— Ты меня слышала. Ложись на скамейку. Ты готова на всё, чтобы защитить себя, даже притвориться, что испытываешь ко мне чувства.

Я втянула воздух. Так вот что он подумал о моём признании. Он думал, что я притворяюсь из страха перед ним.

— Я не притворялась. Я правда...

Он прижал ладонь к моему рту. В его глазах мелькнуло что-то похожее на боль, но это прошло за долю секунды.

— Заткнись. Я не хочу слышать ни слова из твоих уст. А теперь делай, что я сказал. Посмотрим, готова ли ты ради кого-то другого сделать то же, что и ради себя. Если ты действительно предана. Ложись, перекинь одну ногу через спинку скамейки, а другую оставь на земле.

От этих слов у меня внутри всё сжалось, выдавая меня. Я не знала, что он имел в виду, когда сказал «предана», но я не собиралась играть в его игры.

— Нет.

Он склонил голову набок, нависая надо мной.

— Нет? Ты уверена? Или ты хочешь, чтобы я снял это нарочито сексуальное бикини с твоей сестры, прежде чем сниму на видео всё, что она со мной делает, и покажу это всему миру?

Я сердито посмотрела на него, чувствуя, как сжимается сердце.

— Она никогда не будет с тобой и не позволит тебе снимать её. Она умнее этого.

— Тогда зачем ты здесь, отговариваешь меня от неё, если так уверена, что она будет сопротивляться мне?

Чёрт бы его побрал, я попалась на эту уловку. По правде говоря, я не знала, будет ли Мелоди сопротивляться ему. Зак мог бы ей нравиться. Она сама говорила, что он её заводит. Она также сказала, что её не интересуют парни из рабочего класса, но значит ли это, что она не будет с ними встречаться?

Я могла бы предупредить её. Я могла бы поговорить с ней и сказать, что Зак может использовать её, чтобы навредить мне, но что, если Зак тогда опубликует видео с камер наблюдения?

Чёрт.

— Ты сказал, что не причинишь вреда никому, кроме меня.

— Я не причиню. — Он улыбнулся, показав все свои зубы. — Если ты будешь сотрудничать.

Блядь.

Я сердито посмотрела на него.

— Как ты хочешь, чтобы я сотрудничала, если мои отец и сестра находятся прямо здесь? — Я махнула рукой в их сторону.

— Тем больше причин для тебя сделать это.

Он что, издевается?

Я переступила с ноги на ногу, чувствуя себя как никогда беспомощной. Возможно, он блефует, но он без колебаний подставил Аврору. Он не оставил мне выбора. В груди у меня всё сжалось.

Я должна была это сделать. Ради Мелоди.

Не говоря ни слова, я легла на скамейку и раздвинула ноги, как он и сказал, чувствуя себя совершенно беззащитной, когда моя юбка задралась и стали видны трусики.

Он не сразу пошевелился, его грудь часто вздымалась, а взгляд был прикован к месту между моих бёдер, и я почувствовала там пульсацию. На мгновение в его глазах отразилась неприкрытая похоть, и я чуть не ахнула от удивления.

Он хотел меня.

В этом не было никаких сомнений. Он ненавидел меня, но хотел меня, и, чёрт возьми, от этого моя киска запульсировала ещё сильнее.

Я ждала, что он будет делать, и моё дыхание участилось. Возможно, он просто дразнил меня. Может быть, он вообще не собирался меня трогать... Он быстро отбросил эту мысль, присел на край скамьи и положил руку на моё бедро, перекинутое через спинку скамьи. Его пальцы остановились всего в нескольких сантиметрах от края моего нижнего белья.

Я напряглась, у меня перехватило дыхание.

Он положил другую руку прямо на мою киску. Всё моё тело дёрнулось, как будто его ударило током.

— Зак.

— Ты вся мокрая. — Он провёл большим пальцем вверх и вниз по моей промежности через трусики, и я зажала рот рукой, чтобы не застонать вслух и отрицательно мотала головой.

Нет, только бы не застонать.

Папа и Мелоди были достаточно близко, чтобы услышать меня, если бы я громко застонала. Я не могла позволить ему победить.

Он усмехнулся, и в его глазах заплясали весёлые огоньки.

— Лгунья. — Он сорвал с меня трусики и швырнул их на землю, а я ахнула, когда он прижал пальцы к моей разгорячённой плоти. Я откинулась на спинку скамьи, и удовольствие пронзило каждый мой нерв.

Он поднял пальцы, чтобы показать мне их блестящие кончики.

— Ты всё ещё будешь лгать? Готов поспорить, что если я засуну их в тебя, твоя киска их проглотит. Давай проверим.

Он засунул в меня два пальца, и я чуть не закричала от удовольствия, всё моё тело напряглось от интенсивности ощущений. Я начала дрожать от напряжения, стараясь не издать ни звука. Папа или Мелоди могли прийти сюда в любой момент, если бы захотели...

— Такая чертовски мокрая, — прорычал он. — Это потому, что твоя семья так близко и может увидеть тебя такой? Или ты просто отчаянно нуждаешься в сексе?

— Ни то, ни другое, — процедила я, сверля его взглядом.

Он снова улыбнулся.

— Такая сексуальная маленькая лгунья. — Он вытащил пальцы, а затем снова погрузил их в меня, и на этот раз я громко вскрикнула, а затем в ужасе замерла, прислушиваясь, не раздадутся ли звуки, которые укажут на то, что папа или Мелоди услышали меня и идут сюда. Из бассейна снова донеслись всплески воды, но я не могла долго об этом думать, потому что Зак начал быстро и сильно двигать пальцами внутри меня, и я не могла связно мыслить, потому что меня переполняли ощущения. Он двигал пальцами, и это было слишком.

Я поджала пальцы на ногах и закрыла глаза, чувствуя, как внутри меня быстро нарастает стон.

— Тебе это нравится, да? Давай. Выпусти это наружу. — Хрипло сказал он, и я открыла глаза и увидела, что он смотрит на меня с необузданным желанием, а его лицо напряжено, словно он сдерживается.

Я ещё сильнее прижала руку ко рту.