Откровенные наряды, бесконечные тусовки, алкоголь и… Противно, даже думать об этом не хочу.

Наши отцы в то время дружили, и когда Юльку решили отослать сюда учиться, меня, естественно, попросили за ней присмотреть. Сам не знаю, как так получилось, что нас вдруг объявили парой.

Ну тогда мне было всё равно. Юля стала известной моделью, а такой союз неплохо сказывался на репутации моей компании. Пока моя пассия не начала чудить.

Звёздность ударила ей в голову: бесконечные тусовки, скандалы в соцсетях. Это не подорвало её популярность, наоборот, но вот только я её терпеть уже не смог. Разошлись обоюдно, ей и самой я, больно-то, был не нужен, но вот наши семьи этого не одобрили. Заставили нас играть роль возлюбленных, пока наша история не надоест журналистам.

Только вот уже год их интерес к нам не пропадает.

— Чего задумался, любимый? — пропищала девушка, намеренно искажая свой голос, делая его более гнусавым.

— Прекрати на мне висеть, — еле слышно процедил сквозь зубы.

— Твои родители смотрят, я лишь играю свою роль, — ответила она, прижимаясь ко мне ещё ближе.

— Какого чёрта ты тут вообще делаешь?

Не успела девушка раскрыть рта, как из-за её спины появился Дэн.

— Я её позвал, — спокойно ответил тот, держа в руке бокал с виски.

— Нахрена? — спросил, раздражённый происходящим.

— А ты сам подумай, друг, — ответил Дэн, делая глоток напитка. — Мы же не хотим, чтобы твои родители начали задавать лишние вопросы?

Я сжал челюсти, да так, что зубы заскрипели.

— Она не справляется с ролью, — процедил он. — Её фальшивая игра видна за километр.

— Лучше плохая игра, чем её отсутствие, — парировал Дэн. — Я видел, как вы танцевали, ты чего творишь вообще?

— Это просто танец, — пробормотал я, в толпе разыскивая Катю.

Скорее всего она всё неправильно поняла и сейчас небось что надумывает себе.

— Слушай, — сказал Дэн, подходя ближе, — я думал, мы всё обсудили, а потом ты приходишь сюда и чуть ли не съедаешь её глазами. Так на сестру не смотрят брат.

— Я хотя бы должен был ей всё объяснить, — прорычал я. — А теперь она, скорее всего, думает, что я воспользовался ей.

— Может, это и к лучшему, — ответил Дэн, поправляя галстук.

Его слова только усилили моё раздражение.

— Я что-то вообще запуталась, мальчики, вы о чём вообще сейчас? — встряла в разговор Юлька, о присутствии которой я забыл.

Её голос звучал раздражённо и немного пьяно. Она стояла, прислонившись к барной стойке, и потягивала свой коктейль.

«Чёрт,» — подумал я и потер переносицу.

— Не твоё дело, — ответил я, стараясь сохранять спокойствие.

— А вот и моё, — возразила она, подходя ближе. — Марк, ты что, опять что-то скрываешь?

Её близость начала действовать мне на нервы. Раньше я находил её навязчивость милой, но теперь она просто раздражала.

— Я к родителям, присмотри за ней.

Друг кивнул, а я направился в сторону семьи, которые увлечённо что-то обсуждали.

— Ей нехорошо, отвела её отдохнуть, — услышал сестру, подойдя ближе.

— Кому нехорошо?

— Кате, перенервничала, видимо, для неё это впервые, её можно понять, — говорила сестра, а я уже мысленно себя проклинал, ведь знал в чём на самом деле причина.

— Это даже и к лучшему, не успела нас опозорить, — вставила своё слово матушка.

— Ма, прекрати, — чуть ли не хором произнесли мы с сестрой.

Про себя я добавил ещё несколько крепких слов. Мать никогда не отличалась тактом, особенно когда дело касалось людей, которых она не одобряла. А Катя была в их числе с самого начала.

Все продолжалось до часу ночи, и когда мы проводили последних гостей, собрался уезжать.

— Останься, поздно уже, — остановил меня отец у самых дверей.

Я устало вздохнул, глядя на его усталое, но решительное лицо. После сегодняшнего вечера хотелось только одного — убраться подальше от этого дома и всех его тайн.

— Я устал, пап, — ответил я, пытаясь сохранить спокойствие в голосе. — И хочу спать.

— Знаю, — сказал он, — но нам нужно поговорить.

Его слова заставили меня замереть. Я знал, что этот разговор неизбежен, но надеялся оттянуть его как можно дольше.

— Это не может подождать до утра? — спросил я, хотя уже знал ответ.

— Нет, — отрезал он. — Слишком многое поставлено на карту.

Я молча последовал за ним в его кабинет. Знакомый запах дорогого коньяка и кожи наполнил комнату, когда он закрыл за нами дверь.

— Присаживайся, — сказал он, указывая на кресло напротив своего стола.

Я сел, чувствуя, как усталость наваливается на плечи тяжёлым грузом. Каждый мускул в теле молил о покое, но я знал — сейчас будет не до отдыха.

— Что происходит с Юлей? — спросил он, усаживаясь напротив.

Его вопрос застал меня врасплох. Я ожидал чего угодно, но не этого.

— О чём ты? — спросил я, стараясь звучать естественно.

— Не играй со мной, Марк, — ответил он, наклоняясь вперёд. — Я вижу, что между вами что-то происходит.

Я молчал, пытаясь придумать ответ, который бы его удовлетворил. Но правда была слишком сложной, чтобы облечь её в простые слова.

— Если бы я знал, отец.

— Как ты мог допустить, чтобы она пришла в наш дом в таком виде? — рычал он. — Я чуть со стыда не сгорел, увидев её.

— Понимаю, так же был удивлён, я её сюда не приглашал.

— А должен был, и должен был проследить, чтобы она выглядела соответствующе.

Отец был явно раздражён, и его недовольство читалось в каждой черте лица. Он всегда был строг к вопросам репутации семьи, а сегодняшний вечер, судя по всему, стал для него настоящим испытанием.

— Я поговорю с ней, — пообещал я, хотя знал, что это не решит проблему.

— Поговорить мало, — отрезал отец. — Нужно действовать.

Его слова эхом отразились от стен кабинета, создавая ощущение давления. Я понимал его беспокойство — появление Юли в таком виде могло серьёзно навредить репутации семьи.

— Что ты предлагаешь? — спросил я, хотя уже догадывался о его планах.

— Нужно закончить этот фарс, — ответил он, его голос звучал твёрдо. — Я поговорю с ее отцом, пусть забирает ее и лечит, это не наши проблемы.

— Ты знаешь, я старался как мог, что бы отгородить ее от этого, но...

— Знаю, сын, — сказал он, тяжело выдохнув и откинувшись в кресле. — Но иногда яблоко недалеко падает. Я всё решу, иди отдыхай, в твоей комнате сейчас ремонт, твоя мать снова взялась за своё, так что ложись в гостевой.

Я кивнул и вышел, только сейчас осознав, что гостевая комната находится напротив Катиной.

Сон не шёл.

Я долго ворочался в постели, не мог выбросить из головы взгляд Кати, когда она увидела Юльку.

Что же эта девчонка сейчас думает?

Или спит уже?

«Нет», — мысленно протянул я и перевернулся на другой бок.

Не спит.

Всеми возможными словами меня обкладывает.

И правильно делает.

Нужно было сразу всё рассказать. Да только с ней, я совершенно забыл о Юле.

Эта чертовка, выбила меня из привычной жизни. Она заслуживала честности. Её доверчивый взгляд, искренняя улыбка — всё это теперь, наверное, отравлено моим молчанием. Как я мог допустить, чтобы ситуация зашла так далеко?

В голове крутились возможные сценарии разговора с Катей. «Извини, я должен был рассказать раньше» — звучало жалко даже в моих мыслях. «У меня всё сложно» — звучало ещё хуже.

Телефон на тумбочке молчал. Ни сообщений, ни звонков. Наверное, это к лучшему. Дать ей время остыть, обдумать всё. Хотя я и понимал, что время не поможет исправить то, что я натворил.

Сам не понял как встал и направился к нее комнате, предварительно посмотрев по сторонам и прислушивавшись, что бы не дай бог, кто ни будь из слуг или охраны не прошел.

На этот этаж редко кто заходил, точнее именно в эту часть дома, потому что она находилась в дальней части дома. Обычно ее использовали для дальних гостей отца или прислуг. Тут и отдельных вход есть, что бы те не шастали по дому.