— Впрочем, если хочешь мстить, то вперед, но без меня. Лично я не собираюсь устраивать войну с Закатными Островами, пусть этим занимаются те, кого это непосредственно касается — срединные королевства, независимые баронства, прибрежные лорды, вольные торговые города и все, кого подданные лорда-протектора хотят завоевать. Это их проблема, не моя, и уж точно не твоя. Ясно? — я наконец открыл глаза и чуть повернул голову, взглянув на рыжую.

Увиденная в холодных глазах колдуна непроницаемая тьма рыжей девчонке совсем не понравилась, она неохотно кивнула.

— Я поняла.

— И ты не будешь делать глупостей?

Льда в моей взгляде прибавилось. Словно невидимые крючочки впились в лицо девчонки, она напряглась, ощущая, как за спиной колдуна сгущается темная сила, предостерегающая не врать.

— Не буду, — мрачно пообещала Кассия.

Я расслабился, откинулся на спинку бадьи.

— Значит договорились.

Но проклятая девчонка не уходила, вместо этого спросив:

— И что мы там будем делать? В Аз-Гараде? Наймем корабль, чтобы плыть и искать наших потерянных спутников?

Вот же упертая.

— У нас был только один спутник — рыцарь-командор Сорен, — сухо поправил я, — все остальные члены команды «Морского Змея», включая его капитана, лишь доставляли нас до нужного места и не являлись полноценными членами нашей компании.

— Но ваш друг воин в черных доспехах остался где-то там, разве вы не будете его искать? — упрямо продолжила девчонка.

С моей стороны последовала пауза, взятая на обдумывание.

— Уверен, он сумеет о себе позаботиться, — наконец изрек я.

Потому что в целом, не знал, что еще сказать в этой ситуации. Глупо переживать, если недостаточно фактов. Рыцарь мог погибнуть в соленых водах, утянутый на дно тяжелыми доспехами, а мог каким-то чудом выжить. В любом случае, что бы после кораблекрушения ни произошло, в данный конкретный момент на это нельзя уже повлиять. Все уже случилось. Точка.

Еще немного помолчав, я холодным тоном заметил:

— Знаешь, если ты сейчас же не уйдешь и не оставишь меня в покое, я тебя убью. Подниму тень Латника, и он размозжит тебе голову чем-нибудь тяжелым, а труп выбросит в окно, — пауза. — У всего есть пределы, у моего терпения они особенно небольшие.

Это не прозвучало угрозой, всего лишь обещанием выполнить неприятную, но необходимую работу, из-за чего вызвало еще больший страх. Так мог говорить человек, который до этого неоднократно делал это, а сейчас лишь обещал повторить. Рыжая это уловила, а главное вспомнила с кем говорит. Девчонка ничего не сказала, молча юркнула к выходу и выскользнула в коридор, не забыв за собой аккуратно прикрыть дверь.

Я погрузил голову в воду, освобождаясь от нахлынувших мыслей и медленно вынырнул. Бадья начала остывать, следовало позвать служанку. А после того, как фигуристая девица принесет горячую воду, возможно стоит ей предложить помочь застелить постель. Полагаю она не станет особо возражать против такого времяпрепровождения, особенно после того, как получит в подарок пару монет.

17.

Седло мерно покачивалось, лошадь неспешно переступала, дорога то и дело виляла, мимо проплывали приземистые строения в основном из дерева, реже из камня. Город начинался плавно, сначала небольшие теснящиеся к полям деревеньки на десяток домов, затем здания получше и побольше в размерах, пока не появлялись предместья со сплошной застройкой, напоминающие кварталы.

Затем следовал разрыв и открытое пространство, дорога выпрямлялась, земляное покрытые сменили стесанные булыжники, небрежно обработанные, но плотно уложенные, делающие покрытие, по которому удобно передвигаться.

Больше становилось людей, особенно двигавшихся по импровизированному тракту. Гнались стада гусей, коров, целые овечьи отары. Ехали, поскрипывая крестьянские подводы с ящиками и корзинами, полные продуктов. Аз-Гарад крупный город с большим населением, которое постоянно надо кормить.

Крепостные стены появлялись плавно, медленно вздымаясь в небеса подобно несокрушимым скалам. Шел ремонт, на вершине виднелись фигурки рабочих. У подножья углубляли ров, превращая город в неприступную крепость. Когда придет время перегораживающие протоки уберут, и морская вода хлынет внутрь, превращая порт пяти морей в остров.

Людей на работах оказалось неожиданно много, что вызвало закономерный вопрос о суммах, уходящих на приведение в порядок оборонительных сооружений. Кто-то должен за это платить.

— И хорошо получают на работах? — я обратился к оказавшемуся рядом вознице, управляющему типичной крестьянской подводой, полной мешков с мукой.

Сидевший на облучке мужичок вздрогнул, слезящиеся глаза испуганно взглянули на возвышавшегося справа огромного всадника.

— Спрашиваю, хорошо ли платят на стене? — я слегка повысил голос и кивнул на главное городское фортификационное сооружение.

Едущая чуть позади Кассия хмыкнула, увидев испуг возницы, но не стала комментировать, собираясь насладиться забавным зрелищем.

— Платят? Дык, немного платят, — забормотал мужичок, наконец-то ответив.

Я кивнул и бросил ему мелкую монетку, поощряя общение. Простодушное лицо мгновенно расплылось в довольной улыбке. Рыжая насмешливо фыркнула и недовольно отвернулась, веселье с выбиванием ответов из тупого селянина раздраженным колдуном откладывалось. Колдун в очередной раз подтвердил репутацию хитрого существа и подкупил собеседника, вместо того чтобы силой потребовать ответы, на что похоже втайне надеялась рыжая.

— А немного это сколько? — уточнил я, сохраняя благожелательный тон. И насмешливо покосился в сторону спутницы, обманутая в собственных ожиданиях Кассия дернула повод, намереваясь обогнать крестьянина, которого оказалось так легко подкупить, но не преуспела, в этот момент навстречу попалась отара овец, затормозившее движение по дороге.

— Немного… дык это… пару монеток вроде и не всегда. Зато вволю кормят каждый день и дают место для ночлега, — возница разродился целой тирадой, явно новым для себя явлением, потому то и дело спотыкался, морща лоб, стараясь чтобы рассказ прозвучал цельно.

Что-же, у него получилось. Из дальнейшего пояснения выяснилось, что платили на стройке нерегулярно, зато обеспечивали едой, предоставляли места в бараках на ночь и гарантировали безопасность. За порядком следили солдаты, и следили строго, не допуская драк и создания неравномерного распределения ресурсов внутри рабочей среды, когда появлялись «бугры» из физических развитых, подгребавших под себя остальных и заставлявших работать вместо себя, отбирая заработанные крохи. Такое пресекалось жестко, вплоть до назначения плетей, после чего человек становился инвалидом.

Шли в основном на стройку бродяги и нищие, иногда крестьяне из близлежащих деревень, но гораздо реже. Защита и сытная кормежка являлось чуть ли не единственным, что многим из подобного контингента было нужно, даже если это продлится всего несколько дней. Пара монеток стало приятным дополнением.

Возница неожиданно оказался весьма словоохотливым собеседником, рассказ полился ручьем, но вдруг повернул в сторону сельскохозяйственных работ, где на подготовке посева у его кума подрезало руку и как долго потом глубокий порез тот лечил, в основном самогоном, настоянным на дубовых корешках.

— Понятно, — на этом месте я прервал разошедшегося мужичка и кивнул вправо, осведомившись: — А это что за милые украшения?

«Милые украшения» представляли собой череду виселиц, стоявших вдоль дороги у всех на виду. В петлях медленно покачивались тела в обносках, уже порядком сгнившие, со следами разложения.

Возница враз посмурнел, но послушно ответил:

— Банда Малыша Джора, они два лета подряд грабили караваны и путников в окрестных землях, городские стражники никак не могли их поймать, — он наморщил лоб и смачно сплюнув под ноги тащившей подводу лошади поправился: — Или не хотели ловить, не желая рисковать собственной шкурой, углубляясь в леса, где пряталась банда.