Не знаю, сколько времени я шла, достаточно промокнув. Силы были на исходе… уже и думать не могу. Но чувствовала неимоверное желание вернуться в НАШ ДОМ. Завершить последнею миссию и поставить точки над «i». Нет смысла больше тянуть и пытаться что-то исправить. Я этого не хочу. И простить Макса я тоже не смогу. Построенные отношения на лжи, всегда приводят к развалу, но у нас был второй шанс, во время моего беспамятства, которым он, увы… не воспользовался.

Макс хочет увести меня домой в Москву. Пусть так и будет, я больше не буду сопротивляться. А после, наши дороги разойдутся.

В течении всей дороги я так интенсивно старалась вспомнить лица и голос родителей, что уже не надеялась на свои силы. И когда я уже проходила лесную тропу к дому, то ощутила сильный всплеск, как гром средь ясного неба. Их ясные очертания, улыбки, шквалом поглотили меня. Полностью восстанавливая минувшие дни, возвращая меня мыслями в прежнюю жизнь.

«… - Лика, дорогая, сегодня не задерживайся на работе. У нас с папой есть для тебя сюрприз, — ласкова проговорила мама, и улыбка на её лице со светлыми прядями так искрилась. Что я не удержалась от мягкой колкости.

— Мама, только не говори, что нашла мне жениха. Я ещё хочу пожить для себя. Моя карьера пошла ввысь.

— Светик, посмотри, какая негодница, мы для неё всю душу, а она нос воротит, — буркнул папа, наливая кофе на кухне. Он, как всегда для судьи, строго одет: брюки, пиджак, галстук и волнующий запах отца. Широкие плечи и крупное, мощное тело для пятидесятилетнего мужчины, было в идеале. Мама младше папы на пять лет, немного ниже его ростом, с аппетитными формами. Могу даже с гордостью сказать, его многие коллеги побаивались, насколько он серьёзный, беспристрастный и обладает аналитическим складом ума.

— Папочка, не обижайся, — я подлетела к нему как молния и поцеловала в щёку. — Я вас люблю и о-очень тороплюсь. У меня сегодня важное интервью.

— Но мы не договорили! — продолжая улыбаться, проследовала мама за мной в кухню.

— Мамочка, ты же сама сказала, сюрприз! Значит, вечером я всё обо всём узнаю. — Я крепко прижалась к маминой щеке и, подбежав к зеркалу, поправила свои золотисто-каштановые локоны, которые немного завила, после быстро ретировалась из дому.

Мои отношения с родителями всегда были теплыми и доверительными. С самых моих малых лет мы проводили интересное времяпрепровождения. В отпуск ездили на море, гуляли по набережной, посещали много культурных и развлекательных программ, и нашей семейной идиллией мог позавидовать многий. Все новогодние праздники мы отмечали в семейном кругу, даря друг другу подарки с красочными упаковками, которые обязательно лежали под елкой, дожидаясь боев курантов, ну а после шли в гости их друзей, где также были дети, с кем я играла и развлекалась.

Воспоминание о маме и папе, так яро поглотили меня… Я вспомнила всё. Каждую деталь, касающеюся своих родителей, и расплылась в улыбке от счастья. Их работа в суде на протяжении многих лет. Мама юрист-консультант, а папа непосредственно судья. Они выполняли свою работу на совесть и не посовали ни перед чем. Ну а я не стала идти по их стопам, считая, что журналистика является моей страстью. С головой ушла в её реализации и воплощению сенсационный репортажей, которые бурно меня поглощали, заинтересовывая благоприятную публику.

Как приятно снова стать собой… Я поняла, как мама и папа, важны в моей жизни, как с ними ощущаю себя счастливой, любимой и осознаю, что сильно мне их не хватает. Желание снова их увидеть, услышать мягкий любящей голос и радостный смех, так нежно защемило в сердце, что я неотъемлемо возжелала поспешить с отъездом.

Но тот день многое изменило. Я познакомилась с Демидом…»

*****

Дом Макса и Лике 18:00

Кирилл и Надя:

С серьёзным лицом стою в проеме двери и не мешаю Саше осмотреть Надю. Уж больно переживаю за неё. Ей пришлось пережить не лёгкий момент. Нанятые Демидом ублюдки, избили её и хотели надругаться, но я и Макс вовремя появились. Пришлось одного ублюдка убить. Но ничего. Пока в полиции никто не понял, что мы были там, гиблое место сгорело до основания. У меня есть возможность прикрыть нас обоих, а что будет дальше, я ещё не обдумал. Макс сказал, что у него есть «бомбический план», и сообщит о нем позже… А пока Макс заверил, что мы должны уехать, и я немедленно собираюсь последовать его совету. Наде нужно медицинская помощь и должный уход.

— Хорошо, всё, что нужно, я осмотрел. Можешь одеваться. Пойду поговорю с твоим бывшим или нынешним? — с подковыркой сказал Саня, закончив осмотр, и витиевато улыбнулся, указав руками на Кирилла.

— Ох, Сашок, смотрю, у тебя с чувством юмора, хоть отбавляй! — огрызнулась Надя, надевая на себя халат.

— Я просто уточнил.

— Санёк, давай выйдем и поговори, — вмешался я в их распри, желая узнать, что скажет наш закоренелый врач.

— Так, парни. Вообще-то, это моё тело, и я хочу знать заключение профессионального врача, — продолжала кидаться Надя колкостями, но мы понимали, что это своего рода шутка.

— Баба кремень. Учись, Кирилл, — продолжал тот кидаться шутками, считая, что это сейчас к месту.

Мы оба на него кинули недовольный взгляд.

— Ладно, я понял, вы ненастроенные шутить… В общем. Внутренние органы в порядке, но я не исключаю черепно-мозговую, так что лучше тебе сегодня приехать ко мне в клинику, так будет надёжнее. Там мы полностью проведём осмотр и быстро поставим тебя на ноги.

— А я могу отказаться.

— Нет! — в один голос рявкнули мы.

— Хорошо, будет, по-вашему. Поеду я в ваш «санаторий». Сто лет там не была и столько же ещё не появлялась бы… — начала ворчать она, пытаясь собраться. Я поспешил ей помочь, понимая, что любое движение даётся ей с трудом.

В течении этих дней, наши отношения стали теплее. Мы даже спали в обнимку. Думаю, лёд тронулся. Хотя Надя продолжает упорно идти мне на вред, но я знаю, что она смотрит на меня уже иначе. Просто гордость не позволяет, показать свои слабости. А я не намерен отступать. Люблю её дуреху… и знаю, что она меня любит. Так что у нас всё ещё впереди.

Через двадцать минут мы спустились вниз, уже собираясь уезжать, в этот момент вошёл Макс.

— Ты вовремя. Мы уже собираемся, — быстро проговорил я, обратив внимание на его неважный вид с грязной кожаной одеждой. — С тобой всё в порядке?

— В полном.

Макс приветственно пожал руку Сане и кивнул Наде.

— Макс, как ты говорил, нас не будет какое-то время. Пока Наде не станет лучше, — нарушил я секундное молчание, где явно Макс думал о чем-то другом.

— Ну ты и наворотил, друг, как собираешься выпутываться? — ляпнул наш врач, считая, что последует ответ. Санёк не плохой парень, но иногда лезет не в своё дело.

— Решение всегда найдётся, — отчеканил Макс и с улыбкой взглянул на Надю. — Я понимаю. Такой расклад тебя не устраивает, но ты должна подумать о своём здоровье. Я злоупотребил твоей дружбой и чувствую себя отвратительно. Прости, Надя!

— Эй-эй… Даже не думай жалеть! — повела она указательным пальцем, и подойдя к Максу, крепко обняла его. — Не сдавайся! — прошептала она ему в ответ.

— Хорошо. И ты обещай дать Кириллу шанс, не повторяйте наших ошибок.

— О'кей, здоровяк! — она мило ему улыбнулась, похлопав рукой по плечу. — Кстати, где Лика?

Макс разжал объятия и осмотрелся.

— Она же была с тобой? — с металлом в голосе прошептал он.

— Вообще-то, ты приехал на мотоцикле и увёз её. Я слышала ваш разговор.

— Я не приезжал.

Отчеканил он так, словно готов разнести этот дом в пух и прах.

— О, боже! Демид… — Надя нервно протёрла лицо рукой. — Я забыла сказать, что он вернул своё лицо. Прости, Макс!

— Они говорили, куда поедут?

— Он хотел ей что-то показать.

— Может, помощь нужна, Макс? — вмешался Санёк, который также знал о близнеце Демиде и о его страшных делишках.