— Что такое? — произносит он, смотря, как я плавно веду пальцами по его груди.

— Это ты… ты тот, в кого я стреляла! — одними губами шепчу я и резко отстраняюсь.

Мой перепуганный взгляд блуждает. На его глазах, на рубец… на рубец, на его глазах.

— Ты вспомнила? — растерянно бросает он мне.

— О боже, что я наделала? — мечусь я в истерике и, быстро хватая халат, бегу из гостиной.

— Лика, стой! — кричит он мне в спину, пытаясь одеться.

Но я уже лечу по лестнице, вскидываю на себя халат и быстро ретируюсь в комнату, а затем в ванную и закрываюсь на щеколду. Моё сердце в страхе отдаёт ритм гулким барабаном. Ничего не соображаю. В ушах бьёт страшным набатом. Обрывки воспоминаний меня преследуют, они так быстро врезаются перед глазами.

«… Макс, ели держится на ногах, припадает одним коленом на мёрзлую землю… Моё помешательство рассеивается, и я в страхе бегу к нему… Пытаюсь посадить грузное тело Макса в машину… Разум его помутнён, он стонет от боли, но заставляет себя держаться… Я что-то кричу ему и сажусь в машину. Судорожно заставляю её завестись… мы едим по заснеженной дороге…»

Прижимаюсь к стене ванны и, словно загнанный зверёк, сползаю по стене. Из рта вырывается отчаянный крик, но я зажимаю рот рукой, и по щекам скатываются горькие слёзы.

— Лика, открой!

Слышу его приглушённый голос за дверью.

Но молча отмахиваюсь головой.

Это невозможно… невозможно. Вот к чему привели наши отношения… Я в него стреляла. Поэтому мы расстались. Вот, что он мне не договаривал. Я пыталась его убить! Боже мой… но почему?

Пытаюсь заставить себя вспомнить, что было дальше, судорожно сжимая виски.

Я только что была счастлива, а теперь, что будет дальше?

— Лика, послушай, — приглушённым, спокойным голосом говорит он. — Да, ты в меня стреляла, но ты же меня и спасла. Давай поговорим.

На первом этаже звонит его телефон. Слышу, как Макс от злости смачно ругнулся, а потом его шаги, и он ушёл вниз.

Решаю выскочить из ванны и вытащить телефон. Что немедленно выполняю, и снова закрываюсь в ванной.

Пальцы мои дрожат. Но я всё же набираю номер, по которому звонила и, который в ответ пытался дозвониться до меня.

— Диана, это Лика.

— О, подружка, слава богу, ты жива. Где ты? Что это за номер?

— Ответь мне, как давно я встречалась с Никитой?

— Что? О чём ты, какой… А, ну да… с Никитой. Давно. Вы давно вместе.

— Почему ты говоришь, так не уверенно? Есть, что скрывать? — кричу я ей в трубку.

— Послушай, родная моя. Сейчас это не важно. Скажи, где ты? Этот мужчина тебе ничего не сделала? Может, что-то сказал?

— Диана, просто скажи… я изменяла Никите? — в нетерпении шикаю я, вытирая тыльной стороной руки, слёзы на глазах. А сама смотрю на дверь. Не знаю, что ожидать от Макса.

— Этот человек тебя обманывает. Слышишь. Не верь ему. Я скажу тебе адрес, и мы там встретимся. Ты можешь убежать?

— Ты знаешь Макса, ведь так? — с горькой болью в голосе шепчу я.

Макс:

— Кирилл, ты не вовремя… и почему звонишь с другого номера? — гневно скрежеща зубами, прыскаю я.

Как некстати сейчас его звонок. Нам с Ликой нужно поговорить, теряюсь в догадках, что у неё сейчас в голове. Поражён, что она вспомнила именно этот момент. Ну как мне объяснить её поступок, когда это не скажешь в двух славах. Вся цепочка событий началась с Демида, а я всего лишь пытался его проучить, а потом нас обоих затянуло. Братские узы не всегда означают взаимопонимание и любовь. Есть исключения.

— Я тебе звонил вчера весь день. Почему у тебя телефон отключен? — возмутился не довольно Кирилл.

— Батарея практически села, приходиться его отключать. Что случилось?

— Макс, Надя второй день не выходит на связь. Ребята из участка мне сказали. Боюсь, она в беде. Я же говорил, не нужно было ей брать это дело.

— Она пыталась помочь найти Лику, ты же знаешь.

— А если Демид узнал, что она работает под прикрытием? Или то, что она помогла вам?

— Не делай поспешных выводов.

— Макс, не вся полиция чиста на руку, может кто проговорился. Почему ты, никогда меня не слушаешь… Твой брат сумасшедший, для него женщины ни что… Вспомни, что он сделал с Ликой!

— Я знаю. Поэтому пытаюсь её увести, — теряя терпение, ответил я. — Ладно, давай так. Приезжай к нам и подумаем, как Надю найти. Не пытайся действовать в одиночку. Договорились?

— Договорились. Ещё, Макс. Лика украла мой телефон, и если она сделает звонок. Вас найдут.

— Ты в этом уверен, может потерял? — механически проговорил я, и взглянул на второй этаж.

— После вашего ухода, нигде не могу его найти. Пришлось купить новый и новую сим карту… Слушай, Макс. Может, она не готова услышать твою правду, и её тянет к Демиду? Потеря памяти штука сложная. Может повлиять на человека благоприятно, а может усугубить его восприятие. Понимаешь, о чем я? — я понимаю, что Кирилл пытается помочь своими советами. Но сейчас, я прислушиваюсь только к своему здравому смыслу. — Кирилл, я, конечно, тебе благодарен, но не вмешивайся в наши отношения. Надю, мы найдём. Обещаю. Так, что жду у нас.

Отключил звонок. Глубоко вздохнул, и снова взглянул на второй этаж.

Злость на Лику меня не отпускала. Я думал, что у нас всё образуется, а она снова ставит подножку. Только час назад я держал её в своих объятиях. Чувствовал, как она трепещет в моих руках, как жаждет быть со мной. И я думал, что на верном пути. А Лика, продолжает бороться со своими тенями. В довершении всего, искусно разыграла роль влюблённой. И это ещё больше меня раздражает. Нравиться ей, плохой мальчик… она его получит! Быстро поднимаюсь на второй этаж. В голове много мыслей, готов вынести дверь ванны с корнями, схватить свою безумную спутницу за руку и приковать к кровати. Держать её пленницей до тех пор, пока не сдастся под моим напором, пока не выслушает историю двух братьев…

Резко подлетаю к двери ванны, и жёстко бью по ровной деревянной поверхности.

— Лика, открой!

Молчание.

— Не испытывай моего терпения. Открой, немедленно! — кричу я, не сдерживая свою ярость.

Молчание.

— Если ты сейчас не откроешь. Я сломаю её к чертям… и не знаю, что с тобой сделаю! Открывай! — пнув по двери, зарычал я. — Знаешь, почему мы расстались? Не потому, что ты, в меня стреляла. Нет, это было позже… А потому, что ты, никогда меня не слышала и не слушала. Ты делала всё, что говорили другие. А на меня тебе было, наплевать! Ты любила меня и ненавидела… желала меня и презирала. Вот во, что, ты превратилась, снюхавшись с Демидом… — я был так зол, что не контролировал себя. Меня несло с остервенелым порывом. Я снова пнул дверь, приготовившись его выбить.

— Не ломай дверь, я открою, — слышу её неуверенный голос.

Через несколько секунд, щелчок в двери, и она, открыв, растерянно смотрит на меня. В руках сжимает телефон Кирилла.

— Кому ты звонила? — в гневе рычу я и пытаюсь выхватить этот злосчастный аппарат.

Но она заводит руки за спину. Думает, может скрыть его от меня. Быстро подхожу к ней и, сжав с силой её руки, выхватываю телефон. Она пискнула от боли, которую я применил. Злость за её глупое поведение, так сжирает меня, что я не знаю, как избавиться от этого чувства.

В этот момент в руках вибрирует телефон. Смотрю на дисплей, а там высвечивается неизвестный номер. Мою ярость уже не остановить. Нужно избавиться от него… и с замахом кидаю звенящий аппарат об пол. Части от него разлетаются в разные стороны. Лика в страхе вздрагивает и прижимается к стене у ванны. Я твёрдо бью ботинком по дисплею, пока звонок не умолкает и телефон превращается в груду металла. Мой взгляд быстро перемещается на Лику, и с дьявольским криком подлетаю к ней, с силой хватая за плечи.

— Кому ты звонила? — трясу её, словно тряпичную куклу. — С кем говорила? Отвечай!

— Я хотела понять, кем для меня был, Никита!

Выплеснула она, словно кипяток мне на лицо… Этот бардак пара заканчивать…