В небольшом зазоре тротуара пролетел велосипедист.
— Девушка, аккуратнее! Чуть не сшиб вас! — не довольно буркнул мужичок. Кинув на меня извиняющий взор.
А я зачарованно перевела взгляд на своего спасителя. Но он явно спаситель! Что ни говори, это у него получается лучше, чем говорить. Смерила глазами его высокий рост и голова пошла кругом от мощного потока энергии, который я испытала, находясь в сильных руках.
— По сторонам не пыталась смотреть? — глубоким голосом проговорил он и наклонил голову вбок. На его губах заиграла хищная улыбка.
Я в смятении облизнула пересохшие губы.
— Зачем… твои руки прочно меня держат, — решила я тонко подметить на обстоятельства, в которые он меня загнал.
— Аккуратно, Лика. Если будешь меня провоцировать… я могу не только держать… — его левая рука плавно спускалась по моим изгибам вдоль бедра, и я чувствовала через тонкую ткань платья, жар ладони. Молниеносно заставляющее моё тело откликнуться на лёгкий призыв его ласк.
— А я не отвечу, — вкрадчиво произнесла я, борясь со своим мучительным возбуждением. И твёрдо, ладонью, остановила его руку на своём бедре. Продолжая с вызовом смотреть на змея искусителя.
— Хочешь… проверим… — прищурив взгляд, он наклонился над моим ухом, пылко прошептав, — тебе понравиться!
Дышать стало тяжело. Глухие удары сердца, неистово колотится, предательски выдавая меня. И я понимаю, что моё похищение, в котором я нахожусь с первых дней нашей встречи, перерастает в нечто большее. Но я не хочу переходить границы. Всё и так запутанно. Мысли о моём прошлом, не отпускают. Я должна раскрыть тайны, но для этого мне нужна ясная голова. Понять, кто тот мужчина, в которого я стреляла? Знал ли меня Макс? Как я связана с Демидом Росса, и кто он? И кем для меня был Никита? Столько вопросов, но не одного ответа.
Да, я соглашусь, что Макс горячо волнует меня и затрагивает опасные участки души. Но это не значит, что я готова поддаться провокации.
— Придётся давиться слюнями, Макс, — выравнивая дыхание, хитро улыбнулась, собрав всю свою волю в кулак. — Потому-что это единственное, что я тебе позволю. — Разжав его ладонь, я отстранилась.
И сделала несколько шагов спиной к дороге, наблюдая за его действиями, уловив дьявольский огонёк в его глазах.
— Ты знаешь, что твоё сопротивление говорит само за себя. Ты желаешь меня… но боишься себе в этом, признаться.
— Даже не надейся, — я нервна сжала сумочку в руках, зная его содержимое. — Ты обещал дать мне ответы. Только поэтому я с тобой. А после наши пути разойдутся, и я больше никогда не хочу тебя видеть. — Продолжая идти спиной, наперекор проходящим прохожим. Которые были удивлены неординарному спектаклю, учинённому нами.
— Смелое заявление. Ты воинственно настроена. Но ты всё равно от меня не избавишься!
С хлёстким запалом ответил он так, что ледяные мурашки побежали по моей спине.
— Что ты хочешь сказать? Что мы с тобой знакомы? — громко выпалила то, над чем задумывалась.
— Ангел мой, ты неподражаема! — всплеснул он руками, а в голосе злорадная ирония. — Вот только память… — он заиграл рукой у виска и широкими, наступающими движениями шёл ко мне, — до сих пор не вернулась.
Я ошеломлённо остановилась посереди тротуара и попыталась переварить ответ. Не понимаю, что со мной. Я же хотела это услышать.
Он подошёл ко мне в плотную, и я снова ощутила дикую силу, которая меня охватывала, словно стальными тисками. Его пальцы, требовательно обхватили мой подбородок, заставив приподнять взгляд.
— А секс у нас был, потрясающим! — вкрадчиво прошептал он мне в губы.
Господи, сколько же у меня было мужчин?
Перед глазами импульсивно возникли образы.
«… Страстные, жгучие поцелуи, которыми Макс посыпал моё разгорячённое тело. И я извивалась под ним, не сдерживая громких стонов, с силой впиваясь ногтями в мускулистую спину. Наши тела с жарким накалом набирали темп, сливаясь в едином ритме, где сердца бились в унисон и всё вокруг меркло, только единый огонь разливался по всему телу, сжигая рассудок и выплёскивая плотоядное чувство насыщенности и бурного экстаза.
Байк, который несёт нас по пустынной дороге, и ветер рассекает наш громкий смех. И мои ладони с натиском прижимаются к твёрдой спине, обхватывая грудь любовника. Блаженно вдыхая древесный запах и покрывая спину поцелуями…»
Боже мой, я изменяла Никите, с ним?
Чувствую, как рука Макса обхватывает моё оголённое плечо, и резко скидываю его ладонь. Я так рассержена на молчание и попытки меня обмануть, что мысли бежать от него вгрызается в мой растерянный рассудок. Сейчас злость переполняет меня, накрывая безумным потоком.
— Стой и не двигайся! — тихо и гневно шепчет он.
Вскидываю голову и вижу, как он интенсивно смотрит вперед. Черты его лица становятся жёсткими, а во взгляде бушует ураган.
— Что происходит? — всё же осиливаю спросить.
— Мы не сможем попасть на маяк. Полиция преградила дорогу, и они нас ждут.
— Ну и отлично. У меня есть прекрасная возможность сдать тебя. — Смела заявляю, в упор смотря ему в глаза.
— Тогда ты останешься без своих ответов. Сможешь это пережить? — его лицо озаряет довольная ухмылка. Он знает моё решение.
Но я так хочу, пойти наперекор его амбициям.
— Я безоружен. Свой пистолет оставил с байком. Так что обернись и просто крикни им, — указывая глазами за мою спину, улыбаясь, шепчет он.
— Испытываешь меня?
— Нет. Хочу, что б ты сама поняла, чего хочешь.
— Избавиться от тебя! — стремительно шепчу я.
— Я это уже слышал. — Таким волнующим, глубоки голосом он это произносит, что моё сердце набирает обороты и с сильным натиском бьётся в груди.
Тук... тук… тук…
Лика, успокойся… Сейчас не время, дать волю чувствам.
Пытаюсь окинуть взглядом узкую тропу улицы и заставить себя остановить безумные удары сердца. И найти пути отхода.
— Нам здесь не уйти, придётся возвращаться обратно, — быстро проговаривает он.
Мы резко разворачиваемся и быстро стремимся спуститься вниз.
— Знаешь мои слабые стороны. Это всё равно не о чём не говорит, — с отдышкой проговариваю и стараюсь не запнуться на этих чёртовых каблуках.
— У тебя ещё есть возможность передумать, — настойчиво продолжает Макс.
— Не в этот раз.
— Эй!
Слышим мы отдалённо, короткий возглас полицейского и понимаем, что это адресовано нам.
— Вот это уже плохо. — Макс встревоженно протягивает мне руку, и я быстро хватаю его ладонь. Он кивает мне головой, как бы давая понять, готова ли я бежать.
И я киваю в ответ.
— Эй! Стоять! Стоять!
Продолжает распыляться патрульный.
Но мы уже несёмся вниз к остановке, по пути обегая прохожих. Слышим визг сирены, полицейской машины, которая даёт по газам и устремляется за нами.
Я уже пожалела, что одела туфли на каблуках. Маскировка с переодеванием не сработала. Мои каблуки с шумом бьют по асфальту, разнося по улице раздражающий цокот. Несколько человек, сидящий на остановке, с интересом наблюдали за погоней, а люди, заходившие в мини-магазин, открыв рты, завороженно наблюдали, как мы, проскользнув мимо них, ринулись к дворовым улицам.
Полицейский в машине кричит прохожим, что б они расступились. Вой сирены, настолько громкий, что мне кажется, я сейчас оглохну от этого звука. Патрульные пытаются преследовать нас. Один пеший, другой на машине. Понимаю, что за нашими спинами происходит полный кипишь. Но оборачиваться сулит замедлению. Так, что, мы не сбавляя обороты, намереваемся скрыться в дворовых улицах. Они узкие. Патрульная машина проедет только вдоль домов. А у нас есть преимущество скрыться вглубь высоток и затеряться в зелёные листьях и кустарников, которые помогут среди всего изобилия.
Стремительный бег на каблуках и в коротком платье так вымотал меня, что я чувствую, как ноги набиваются свинцом и тяжелеют. Лёгкие с трудом справлялись от нехватки кислорода, а жар во всём теле окутал холодным потом. На какой-то из улиц мы остановились, пытаясь отдышаться. Макс нервно осматривался по сторонам, намереваясь найти, в каком направлении можно скрыться. Мы вновь услышали сирену полицейской машины, которая направлялась к нам.
