— Интересно, Янквица нашли? — чуть поёжилась София. — Знаешь… Когда мы там были, он так на меня смотрел… Как… Не смейся, но как маньяк какой-то.

Ник сглотнул. Те ребята, которые работали на Янквица, хотя и вроде только пешки, но рассказали много всякого. Давно просто с ним. Если всё так, то София реально могла стать жертвой…

Только его попаданческое везение разминуло их от всего этого.

— Не думаю, что тебе что-то показалось, — медленно сказал он, подбирая слова. — Во-первых, я читал, что магия сама по себе резонирует с нашими мыслями и желаниями. Раньше маги более осознанно это всё использовали… Чтобы создавать… Чтобы использовать магию вне тела. А другой маг может ощутить мысли и желания мага через магию и некую более тонкую связь с миром, наверное.

— Ой, а знаешь, я же тут кое-что пробовала по методу Али, — внезапно загорелись глаза Софии.

— По методу Али? Звучит интригующе. Что за метод?

— Просто я вчера увидела, как она убедила Янквица, что хочет за него замуж, и даже сама на миг в это поверила, а Аля мне сказала, что в этот момент она в это сильно верит, как будто это правда. И потом, когда Янквиц подходил ко мне позлорадствовать на твой счёт, я представила, что наотмашь бью его своим мечом. Ну так… Чтобы аж кровь во все стороны, — с милой кровожадностью сообщила София. — И он так странно отреагировал… И побыстрей убежал. Может, правда ощутил что-то?

— Ого, жажда крови тут работает? — пробормотал Ник, внезапно вспомнив какие-то аниме, которые он смотрел в прошлом. Нет, всё же японская культура без аниме многое потеряла.

— Жажда крови? — переспросила София.

— М… По сути, это внутренняя магия, так что как бы это не должно быть под запретом. Можно сказать, что это сильные и яркие кровожадные мысли, которые улавливает другой маг и боится тебя за эти мысли и что ты с ним планируешь сделать до такой степени, что на миг замирает.

— Это точно даст большое преимущество на Алмазном Кубке, — сразу просекла возможность читерства София. — Как такому можно научиться⁈ Ты это где-то прочитал? Где?

— Э… Уже не помню, — отмазался Ник. — И мне кажется, что это больше теория, чем практические упражнения. Но мы можем попробовать как-то с этим поработать, вдруг и правда получится. Если противник будет ссаться к тебе подходить, это ж классическое «лучшая победа — это победа в битве, которая так и не произошла».

По загоревшимся глазам Софии Ник понял, что пункт «жажда крови» теперь начнёт входить в их ежедневную тренировку. Хотя пока что он и сам слабо представлял, как такое вообще можно «натренировать».

Идея Ника насчет «жажды крови» Софию весьма увлекла. Хотя, наверное, для её воплощения придется представлять себя не то что Госпожой в обтягивающем костюме и со стеком, а жуткой убийцей… Хотя… А зачем именно убийцей? Если цель просто создать замешательство, то, наверное, можно и как Аля. Представлять, что очень любишь и хочешь замуж?

София хихикнула своим мыслям и нежно посмотрела на Ника, который завтракал. Тот поймал её взгляд и… София ощутила… Точней, это не было полноценным чувством на осязаемом уровне, но… Словно Ник очень хотел её поцеловать и… даже больше…

— Ух… — Софии на миг стало жарко, и она потрогала щёки, те и правда потеплели. — Ты же?..

Ник без слов её понял и кивнул. А затем чуть вздёрнул подбородок, быстро показывая, что её очередь. Этому и правда можно тренироваться вне зала, так что София на миг задумалась. Направлять какие-то негативные мысли или желания на Ника совсем не хотелось, к тому же тот, похоже, был солидарен с Алей по части «транслирования желания, в которые веришь». Впрочем, Ник точно не притворялся… А как будто отпустил свои сдерживаемые порывы. София вспомнила про те таблетки. Ник боялся напугать её своими реакциями и желаниями… Ох, такой милый, так и хочется его затискать! — София смогла сформулировать эту мысль и направить её чётко в цель.

Ник чуть заёрзал и нахмурился, явно пытаясь понять, что там за «жажду» она отправила, и София засмеялась от того, насколько забавно-сосредоточенную физиономию он скорчил.

Во время поездки до гимназии Ник сказал, что вчера еще успел решить проблему с билетами, а также рассказал про выставку работ её дальних родственников по прабабушке Софье — династии Лансере, и что продлиться этот вернисаж до начала декабря. Это они решили отложить уже на последнюю неделю ноября, после конкурса, где-то на неделе, если получится. Или уже когда сыграют свои четвертьфиналы команды гимназий и школ, то есть в выходные. Правда, возник вопрос с заменой Янквица.

— Кстати, Янквиц тогда намекал, что как только вернётся тот парень, которого я заменял…

— Макс, — подсказала София. — Дорничев. Он из параллельного двенадцатого.

— Угу. Тогда я вылечу. Так что по факту пятый игрок есть. И возможно, что он чувствует себя лучше, чем все думали, раз Янквиц был так уверен, что меня и искать никто не станет, если на ту дачу меня увезти…

— На какую ещё дачу? — спросила София.

Ник замялся.

— Вчера я при твоем маме не хотел говорить, но те парни сказали, что Янквиц один раз привозил туда какую-то девушку… И держал там три дня. Ничего хорошего там не было. И типа тайная комната бабули в сравнении — спа-салон. Они там вроде как «на подхвате» работали. Хотя о чём-то они точно умалчивали.

— Возможно, это Вероника, — вспомнила София. — Та девушка, про которую они говорили. Моя бывшая одноклассница. Аля упоминала что-то… Про… — она запнулась. — Что она назвала цену и… Потом даже в другое учебное заведение перевелась из-за того, что Янквиц с ней сделал. До чего же мерзкий тип. У меня до сих пор мурашки…

Ник обнял её, притянул к себе на колени и обнимал и целовал до самой парковки у гимназии. Потом ему пришлось глубоко дышать и «терпеть неудобства». А София иррационально осталась собой очень довольна.

В гимназии, стоило прийти в класс, к Софии тут же подскочила Аля, чтобы узнать, что же случилось. Вечером София скидывала сообщение, что Ник нашёлся и всё в порядке, но без подробностей. Сил на общение уже не оставалось, да и день оказался насыщенным и тяжёлым. Она вообще не поняла, как отрубилась, а проснулась в позиции «маленькой ложечки», когда со спины обнимают и кое-чем упираются в ягодицы. Но не сказать, чтобы это «кое-что» её сильно напугало. Скорее пробудило некоторое любопытство.

София стряхнула с себя воспоминания о том, как пристально рассматривала то, что можно рассмотреть через тонкие спальные штаны, и сосредоточилась на Але, которая вдобавок к своим вопросам спешила поделиться новостями.

В гимназию ходило много учеников, чьи родители были не самыми крутыми и богатыми в Москве, а, например, работали на таких или находились на высоких должностях. Адвокаты, судьи, тренера, психологи, как мама Али, всякие директора фирм и прочие. Кому приходилось «держать нос по ветру». Так что сплетни в гимназии порой опережали жёлтую прессу на пару дней. София до сих пор удивлялась, что про их с Ником свадьбу никто не прознал. А ведь почти три недели прошло! Чудеса. Всё-таки идея с этими раскрасками на лицах и правда из разряда гениальных.

Но вот ситуация у Янквицев тайной не осталась. У кого-то отец работал адвокатом, чья-то мать — судьёй, а дядя — владельцем ресторана «Пушкин», где развернулось основное действо.

Так что Аля уже от кого-то успела узнать, что вчера ночью арестовали почти весь клан Янквицев по подозрению в госизмене. А пропавшего Вольфганга Янквица объявили чуть ли не в международный розыск.

София, конечно, засомневалась, что Фиц так испугался, что решил убраться из Российской Империи, но новость, даже если она сильно преувеличивает действительность, грела душу.

Эдик Звягинцев выглядел озабоченным и тоже, стоило Софии сесть за парту, начал ныть о том, что Фиц, похоже, допрыгался.

Софию чуть не перемкнуло от этого нытья. Она почти выволокла Звягинцева из класса и припёрла к стенке.