— А что за любопытная судьба? — спросила София.

— Ах да, несмотря на своё происхождение, Софья была весьма привлекательной и интересной особой, её весьма ценили в высшем обществе, в том числе и за её особый магический талант, который раскрылся очень рано. В те времена магия считалась превыше всего, и благодаря уникальному дару в семнадцать лет из рук императора Николая Второго Софья получила личное дворянство, тем самым мгновенно становясь весьма завидной невестой.

— Ого! — удивился Ник, вспомнив их давний разговор с Софией. Получалось вполне, эта «художница» могла быть невестой его двоюродного прапрадеда. У него возникло ощущение, что София подумала ровно о том же.

— Да, за Софьей Лансере ухаживало много дворян, — продолжила экскурсовод. — Но она без памяти влюбилась в какого-то не особо знатного и богатого юношу из военных и бросила богемную жизнь. Вот, кстати, картины, которые вы видите, это предположительно сохранившиеся наброски того времени, когда, по семейным преданиям, Софья бросила всё и отправилась за своей любовью на войну. Впрочем, возможно, это несколько преувеличенные сведения. Скорее всего, того военного где-то расквартировали, просто отправив подальше от Москвы, где тогда находилась ставка. Как я говорила, за Софьей ухаживало много дворян. Среди них был и генерал Деникин, который предложил ей замужество. Опять же предположительно, генерал хотел избавиться от соперника, который увлёк Софью, но просчитался.

— То есть она всё-таки могла быть невестой или даже женой того молодого дворянина? — спросила София.

— Об этом я не знаю, возможно, тайная помолвка или свадьба состоялась. Семья была против её решения и выбора.

— А что стало с тем «незнатным военным»? — спросил Ник, немного обидевшись за графа Николая. Впрочем, если брать эпоху расцвета магии, там каждый второй мог быть разорившимся графом. Насколько он знал, графских родов в Империи имелось прилично, более трехсот — точно, и все они военнообязанные. Такие титулы изначально выдавались императором за какие-то боевые заслуги, и чуть ли не в каждом поколении их надо подтверждать, чтобы сохранить какие-то привилегии. К тому же Марковы разбогатели точно уже после войны или во время благодаря фармации. А до войны, выкосившей до восьмидесяти процентов дворянско-магического сословия, их и правда могло быть так много, что слишком бедные и дворянами-то считались постольку-поскольку. Типа просто «равные нам по знатности, но не равные по доходу».

— Насколько я в курсе, войну он не пережил, что сильно ударило по Софье. Она даже уходила в монастырь на несколько лет и удалилась от света.

— Депрессия? — предположила София.

— Возможно, — кивнула старушка-экскурсовод. — Но известно, что она отказалась от дара, а после вышла замуж за купца первой гильдии.

— Да, за Масакадова Руслана, — сказала София. — Меня зовут Масакадова София, меня назвали в честь прабабушки.

— Ну надо же, — улыбнулась старушка-экскурсовод. — Я, получается, тоже родственница, но по линии её старшей сестры.

— Значит, вы изучаете биографию семьи?..

— А что значит «отказалась от дара»? — уточнил Ник, перебив Софию.

— Неизвестно, — пожала плечами «родственница», — так было написано в найденной переписке. Возможно, это какой-то эвфемизм, потому что Софья больше не рисовала и не создавала артефакты, потеряв интерес к этим занятиям. А может, и что-то более специфичное. В магии я не очень разбираюсь.

Из выставочного зала они с Софией вышли порядком озадаченные.

Перекусить они заехали в «Злату», София сказала, что там очень вкусно, и рассказала, что на конкурсе им даже готовил шеф-повар этого заведения, Алексей Грошев, и подарки подарил. Да и Нику там тоже понравилось, как кормят.

— Интересная у меня прабабушка, конечно, — задумчиво протянула София. — Получается, что тот портрет с незабудками, который на коне, он дописан уже после его исчезновения? Или он ещё не исчез? Как он вообще попал к твоей семье?

— Да, любопытно, — согласился Ник. — Но даже не знаю, как это можно выяснить… При случае спрошу у бабули.

— Могут быть семейные архивы или дневники, — сказала София. — Вроде бы мой отец так восстанавливал семейное древо… Как думаешь, что означало это «отказалась от дара»?

— Ну… Гипотетически… — Ник водил вилкой по тарелке, — как я понимаю магию и её работу… Если бы писал, например, какую-то историю.

София воровато оглянулась и придвинулась чуть ближе.

— Возможно, она провела некий ритуал, ценой за который был её дар или её магия, — вспомнил про Никиту и его желания Ник. Тот тоже про какие-то ритуалы вычитал, а значит, подобная магия в этом мире существовала.

— А что взамен?

— А вот тут… Чёрт его знает.

— Не то чтобы мы «проснулись знаменитыми», да? — пошутила Аля, когда они переодевались для игры.

— Ты же не думала, что показывать станут только нас? — хмыкнула София. — К тому же, насколько я смотрела такие передачи с соревнованиями, их специально показывают так, чтобы было до конца не понятно, кто выиграет.

— Тут я согласна, — вклинилась Света. — Но всё равно надеюсь, что нас в каждой следующей серии начнут больше показывать. А то у кого ни спросила, никто нас не увидел на тех трёх секундах, где мы мелькнули.

— Ну другие вообще вылетели, так что нужно и их показать, что они засветились участием. Зато потом пересматривать интересно, наблюдать, кого из героев кто дошёл до финала, когда показывали, а они тогда ещё не знали, как что будет, — поддержала разговор Кристина-первая.

Так, болтая и вспоминая вчерашний вечер, проведённый у Кати, они переоделись.

— Кстати, сегодня после наших играют парни из школы, болельщики которых к нам пришли на поддержку, — сказала София. — Я так поняла, что у них нет своей команды поддержки…

— Ты предлагаешь остаться и поддержать их? — спросила Света.

— Не знаю, тут я за демократический подход. Я останусь точно, — ответила София.

— Я тоже останусь. Саша остается тоже, — сказала Аля.

— А мне домой надо, у меня ещё репетитор, — сказала Кристина-вторая.

— Тут каждый пусть сам решает, — сказала София.

— Я тоже не смогу, — сказала Света.

— А я останусь…

В итоге на вторую игру решили остаться пять девчонок: кроме них с Алей, ещё Кристина-первая, Алекса и Женя.

Суббота радовала большим количеством болельщиков, так как пришли около восьмидесяти человек из их гимназии и плюс столько же из триста восемнадцатой школы. Ник вчера постарался с приглашениями и снова обещал организовать еду и напитки. Что поделать, если народ согласен ехать через полгорода только ради хоть чего-то более существенного, чем просто похлопать за забитые мячи.

Соперники в этот раз собрали не столь большую армию фанатов. К ним пришло человек семьдесят болельщиков, но своя группа поддержки у них имелась.

— О, а их я помню! — Аля просканировала местность. — Но они вылетели с отборов и в тридцатку не прошли.

В итоге все отработали на отлично: и болельщики, и они, и парни, выиграв со счётом «79:47».

— Ого! Круто! — услышав, что они решили остаться и поболеть за команду триста восемнадцатой школы, обрадовался Ник. И даже подхватив, покружил Софию. — Прости, я весь потный. Бегу в раздевалку, чтоб переодеться и помыться, и быстро вернусь.

Болельщики из триста восемнадцатой школы тоже встретили новость весьма положительно. За команду школы, кроме тех пришедших ранее восьмидесяти человек, пришло поболеть ещё почти двести учеников.

— А вы тут кто такие? — подошёл к ним с Алей какой-то парень. — У вас что, на одежде герб какой-то гимназии, а?

— Э, Серый, отвали, это Урядова девчонка, — насмешливо сказал кто-то из парней в сидящей толпе.

— Да-да, они наша группа поддержки. Свали от них и не отсвечивай, пока не прилетело.

Парень что-то проворчал, но быстро ушёл на верхний ряд, не решившись на дальнейшие разборки. Хотя тот ещё тип сражающийся с девушками, конечно.