От последней новости девчонки здорово перевозбудились, начав перешёптываться. София кашлянула, привлекая внимание команды, и показала на свой «амулет-микрофон», отчего некоторые даже покраснели, вспомнив, что всё записывают. И даже шёпот хорошо слышен. Сама же она понадеялась, что «чаша сия» её обойдёт, и она лучше с Ником на обещанное свидание сходит, чем с непонятным актёром.

— Может, ещё какие-то вопросы? — с улыбкой спросил Александров, почему-то посмотрев на Софию. Видимо, потому что она задала предыдущий вопрос. Или из-за предупреждения команды.

— Во сколько завтра всё начнётся и можно ли нам уже ложиться спать?

— О… У нас ещё запланирована вечеринка… Для всех желающих на сороковом этаже в холле…

Девчонки снова оживились.

— Никаких вечеринок, — отрезала София, строго посмотрев на свою команду. — Мы должны быть завтра свежими, сильными и отдохнувшими. Мы должны победить. Ради Кати, помните?

— Да, мы должны победить ради Кати! — вскинула руку в центр Аля, поддержав её решение.

Все опомнились и соединили руки, София положила ладонь поверх.

— И-и…

— Императорка рулит, нас победа ждёт, за нашу гимназию! Вперёд! Вперёд! Вперёд! — дружно выкрикнули кричалку девчонки.

— Похвальная дисциплина, — улыбнулся Александров и, повернувшись к оператору, начал вещать в камеру: — Итак, первое испытание команд на этом завершено, и только одна команда сразу и без споров послушала своего лидера и приняла единогласное решение. За это команде Первой Императорской гимназии выдаётся один иммунитет. Один раз в будущей борьбе на выбывание команда может использовать свой иммунитет и остаться в финале финалов.

Затем Александров повернулся к ним и передал Софии заклеенный конверт, на котором было написано «иммунитет».

— То есть нас будут проверять не только на сцене и арене? — спросила София.

— Конечно! — ухмыльнулся Александров. — Это как раз самое интересное для наших зрителей. А теперь отдыхайте, вам и правда предстоит тяжёлое соревнование.

Они нестройно попрощались и выпроводили ведущего и всех операторов из своих апартаментов. Они, кстати, не закрывались.

— Иммунитет! Ну надо же… — после того как все ушли, обрадовалась Аля, и девчонки по очереди посмотрели конверт с эмблемой конкурса.

— Кажется, там пусто, — Марина посмотрела его на свет напольного светильника.

— Значит, не будем вскрывать, вдруг это еще какая-то проверка, — сказала Аля.

— Интересно, что там за конкурсы? — зевнула в ладошку Кристина-вторая.

— Завтра и узнаем. А сейчас отбой, — распорядилась София.

С трудом, но она все же нашла выключатели и погасила верхний свет. Апартаменты остались в полумраке, освещённые только несколькими напольными светильниками с отдельными выключателями. Возражать никто не стал, и через пять минут апартаменты погрузились в полную темноту и сон. Разве что из-за того, что не было штор на панорамных окнах, а Москва никогда не спала, их освещали огни распростертого под башней «Маяка» города.

София же ворочалась на непривычном ложе. И вроде спать хотелось неимоверно, и не получалось заснуть. Матрас не той твёрдости, запах другой, но мешало даже не это. Прислушавшись к своим мыслям и ощущениям, София поняла, что больше всего её беспокоило.

Апартаменты открыты, и в любой момент к ним, беззащитным, кто-то мог войти и что-то сделать. Да, Янквиц вроде бы умер. Но… Надо как-то закрыть дверь, чтобы к ним не могли просто так зайти.

София выскользнула из кровати и подошла к двери, та еще и открывалась наружу, так что подпереть бы не получилось.

— Ты чего делаешь? — спросила Аля, застукав Софию, когда она искала хоть что-то, чем бы можно было зафиксировать двери. Никаких палок или швабр в санузле не находилось.

— А, это ты… Не могу уснуть, когда двери открыты и кто угодно может к нам попасть, — призналась она подруге.

— А… Это из-за…

— Да, это из-за, — перебив, многозначительно коснулась кулона с микрофоном София.

— Можно просто поставить стулья на проход. Об них споткнулся — и мы проснёмся. Устроим ловушку, — деловито предложила Аля.

— А если тот, кто войдёт, увидит это по камерам? — кивнула на потолок София.

— Будем рассчитывать, что нет, — сказала Аля. — О, у меня ещё есть лента с собой, длинная. Гимнастическая. Думала, может, потренируемся или я что-то покажу… Не важно. Давай её привяжем поперёк, а к ней что-нибудь. Можно стойки вон те, на которых что-то крепят, чего они тут без дела стоят? Они шум точно наделают. А утром проснёмся и всё уберём.

София согласилась на такие меры, и они с Алей приступили к устройству ловушки. Было приятно, что подруга не отмела её предложения и страхи, а решила помочь. Хотя вероятность того, что к ним кто-то попытается проникнуть, скорее всего, равна нулю. Всё же охрана и весь этаж занимают только те, кто в финалы прошёл.

Проснулась София от страшного грохота и сдавленного крика. Точней, она сначала вскочила в защитной стойке, а потом сообразила, где находится и что такое слышит.

Внутри обожгло мыслью, что это вошли какие-нибудь операторы, которые пришли их будить, но по виду за окном и так и не погасшим огням ещё точно не утро.

— Что там? Два часа ночи… — пробормотала Кристина, у которой были часы.

Шум перебудил почти всех, и девчонки пошли за Софией к выходу, чтобы увидеть погром из сваленных штативов. И никого…

— Кто интересно к нам прорывался? — включила детектива Аля.

— Может быть, это другие команды? — предположила Марина. — Например, хотели над нами подшутить, пастой измазать, как в лагере.

— Или костюмы попортить, как на всяких конкурсах, чтобы скинуть сильного конкурента, — мрачно сказала Кристина-первая.

— Хорошо, что… А кто сделал эту ловушку? — сказала Света.

— Это мы с Софией, — призналась Аля. — У нашего капитана чуйка что надо.

— Нам за такое ещё один иммунитет дать должны, — хихикнула Кристина-вторая.

— Кстати, они могли даже и за иммунитетом охотиться, — предположила Женя. — Ну а что, он не именной, и никаких правил не сказали, что его нельзя забрать у другой команды. Им же надо как-то подогреть интерес к шоу. На телевидении делают много разного, в том числе и специально стравливают команды, чтобы было интереснее. А сами потом снимут и всё выложат в интернете за платную подписку, как мы тут полуголые подорвались…

София посмотрела, что в принципе никто из девчонок не раздевался до «полуголости», а все остались в тех именных формах, которые им раздали. А вот она, используй силу, могла бы и сверкнуть чем-нибудь, так как формы из тонкого хлопка.

— Похоже, это будут незабываемые выходные, — усмехнулась Аля.

Ник проснулся и первым делом посмотрел сообщения. Последнее, что он писал для Софии в пятницу, так и осталось непрочитанным, так что телефоны у них явно забрали. Не хотят, чтобы происходящее просочилось в сеть. Ну и чтобы снимали что-то и переписывались. Вполне логично. Но всё равно тревожно, что связи нет.

С Тимуром они увиделись на завтраке.

— Ты поедешь в «Маяк»? — спросил Ник шурина. Тот выглядел помятым и каким-то грустным.

— Да, но сначала мне надо будет заглянуть в больницу, где я лежал. К врачу.

— Мгм, понятно, — кивнул Ник.

— Я раньше как-то не задумывался, как многое мне даёт сила, — вздохнув, сказал Тимур. — Ну, вроде её не используешь же постоянно, верно? Только на тренировках там или в экстремальных ситуациях. Я так считал.

— И что? — заинтересовался Ник.

— А то, что на самом деле сила… Она… Как бы всё время работала, — начал объяснять Тимур. — Не знаю. Это как обоняние, как зрение или осязание. Вот её не стало, временно, надеюсь, и как-то… Не по себе мне, что ли. Словно в животе раньше всегда, всегда было тепло, а сейчас ты как будто я кусок льда проглотил и он никак не растает. Сложно объяснить… Это как слепому объяснять про красный свет, вроде как-то так говорят.