София потихоньку выскользнула, чтобы проверить, как там всё… проходит. Требовалось всё поменять, чтобы оставаться чистой. И запах. Ей казалось, что этот железистый запах её преследует. Хотя Аля говорила, что ей кажется и ничем от неё не пахнет. Но, может, это из-за силы и большей чувствительности к запахам, чем обычные люди. София не знала… К тому же это всегда напоминало ту ситуацию с похищением, когда она разбила голову тому человеку… Хотя она никогда и никому о таких ассоциациях не рассказывала.

Тщательно отмываясь, она мысленно благодарила, что, несмотря на довольно короткий цикл, всего двадцать пять дней, ещё хорошо, что всего три-четыре дня эта канитель и почти без боли. Так, небольшой дискомфорт и живот немного надувается. А то девчонки рассказывали всякие ужасы. У кого как это всё… Аля, например, говорила, что мучается и пьет обезболивающее, и была рада, что её «пронесло» — то есть не выпало на время выступления. Софию тоже, получается, «пронесло», и даже когда у парней начнутся соревнования, как раз всё должно завершиться. Так что можно сказать, в какой-то степени повезло, что и после, и до. А с Ником… Они ещё успеют.

Гинеколог в прошлый приём сказала, что цикл в двадцать пять дней — норма, бывает те, кому повезло меньше, и у них вообще каждые три недели да по неделе, а у неё всё в порядке. И теперь София задумалась, что стоит снова прийти на приём к тому гинекологу на консультацию, чтобы ей назначили контрацепцию. В принципе, та женщина ей понравилась, несмотря на то, что ей пришлось получать ту неприятную официальную справку о девственности. Довольно профессиональной оказалась и тактичной. В конце концов, пока она даже не закончила гимназию, а прерывать беременность София бы ни за что не стала, так что позаботиться о таких вещах стоит заранее. А потом… Будет видно, когда они захотят детей. В любом случае это должно стать их общим решением, а не какой-то глупой случайностью.

Когда она вышла из ванной комнаты, Ник уже проснулся и тоже вернулся освежившимся.

— Ты как? — спросил он.

— Нормально… Это… на несколько дней. До пятницы примерно… — смущаясь, выдала она.

— Понятно. Тренировка отменяется?

— Да… Но ты можешь просто размяться, а мне… За выходные я не сделала уроки, думала, что раз так, то сегодня с утра займусь ими. А то вчера… Очень неудобно было.

— Тогда и я займусь уроками, как-то на них подзабил, а сегодня у нас снова тренировка, сэкономлю силы для неё, — Ник подошёл, обнял её и сказал. — Люблю тебя. И тебе не стоит стесняться естественных вещей. Я вполне современный мужчина, могу, если что, и за прокладками сгонять или там тампонами, чем ты там пользуешься? В обморок не упаду.

София фыркнула на эти заявления, но как-то немного отпустило. Почему-то глубоко внутри она считала, что Ник не то чтобы осудит её, но потеряет к ней интерес.

— Ты, кстати, не забудь отметиться, — кивнул на её календарик Ник, когда они вместе пошли в кабинет. София открыла рот. Да, вроде бы и очевидно, но неожиданно, что Ник сразу понял, что это и для чего.

Скрывая вновь накатившее смущение, София обвела нужные даты.

— Может, мне его убрать?.. — покосилась она на мужа. Мало ли ему неприятно.

— Зачем? — чуть нахмурился Ник. — Очень удобно. Насколько я знаю, за циклом надо следить. У тебя он чёткий, хотя вроде в ноябре был какой-то сбой. Это может происходить от лекарств, от стресса, от слишком сильных физических нагрузок.

София вспомнила, что Ник вырос в семье, где профессионально занимались здоровьем, и его брат учится в медицинском, да и бабушка настоящий врач. Наверное, там просветился. И правда «современный».

— В ноябре меня там гинеколог осматривала, и я про свадьбу узнала, — ответила София, чувствуя себя спокойней и уверенней после слов, сказанных Ником. — Но сейчас снова по времени восстановилось, как было.

— Так, тогда получается, можно спрогнозировать, что первого марта, когда состоится финал Алмазного кубка, у тебя будут последние дни цикла. Третьего марта предполагаемое начало нового цикла. Кстати, от физических нагрузок что-то может сдвинуться. Надо будет это иметь в виду, — задумчиво смотрел в телефон Ник, явно открыв там календарь.

Это и очень странно, и как-то даже трогательно, что они даже такое спокойно обсуждают.

— Да, очень хорошо, что третьего, похоже, что опять меня «пронесёт», как Аля говорит, — хихикнула София, окончательно расслабившись.

— Везение — часть судьбы, — подмигнул Ник.

— Я… — поёрзала София. — Я думала сходить к гинекологу. Э… Посоветоваться насчёт контрацепции… Я же ещё даже гимназию не закончила…

— Ты хочешь использовать таблетки? — нисколько не смутился поднятой темы Ник.

— Лучше я, чем ты, — усмехнулась София, почувствовав себя увереннее.

— Тут ты права, — вернул ухмылку Ник. — Съездить с тобой?

— Что? Нет… Не знаю, — задумалась София.

— Ты запишись, а там посмотрим по времени. Сейчас у меня много тренировок, можно попозже, вечером съездить, — предложил компромисс Ник.

— Давай уже делать уроки, — посмотрела на часы София.

В итоге они делали уроки, точней, пытались, но кое-кто всё время трогал её за коленку, поглаживая и отвлекая. А когда она отрывалась и смотрела с укоризной, ухмылялся и целовал в уголок губ или щёку.

— Просто очень соскучился по тебе, — шепнул Ник, в очередной раз отвлекая от алгебры.

Вот что на это ответить? София и сама соскучилась и была совсем не против…

Они так увлеклись, что чуть не опоздали в гимназию, и завтрак пришлось есть в машине. Водителю потребовалось ехать чуть быстрей, чем положено, чтобы успеть, но им страшно везло, так как, как по волшебству, постоянно загорался зелёный свет светофора, и они почти не стояли на перекрёстках и переходах.

Неделя выдалась относительно спокойной. Если, конечно, не считать, что в среду в гимназию всё же нагрянули телевизионщики. Но София их видела всего ничего. Их с Алей и Светой, которая тоже училась с ними в классе, сняли десять минут на уроке, а интервью в основном давали директор и преподавательский состав. Потом ещё Софию с Мариной и Кристиной-первой попросили пройтись по коридору и остановиться возле витрины с их кубком и будто что-то пообсуждать. Аля авторитетно сказала, что это пустят на фоновую картинку, чтобы не одного вещающего директора или какого профессора показывать, а разнообразить изображение.

Ник пропадал на тренировках. Федорчук там за них взялся серьёзно. А София продолжила читать историю про мальчика-волшебника, которая закончилась вечером в четверг. Рукопись Ника оказалась довольно любопытная, хотя и понятно, почему цензорам история не понравилась. «Волшебники» оказались слишком могущественными и умеющими использовать магический поток не просто для внутреннего усиления, а чтобы менять мир вокруг. В общем, наверняка с точки зрения тех, кто боится новой эпохи расцвета магии, очень неоднозначно… И всё же… София ощущала эту радость мальчика Гарри, когда тот понял, что он волшебник. И его очарование скрытым волшебным миром, школой Хогвартс и Косой Аллеей, где продавались всякие артефакты и книги, новыми друзьями, которые были такими, как он сам, а не боящимися магии до визга обывателями. Несмотря на всякие трудности, опасные приключения и встречу с Тем-Которого-Нельзя-Называть, Гарри учился быть волшебником. Да и неизвестность всегда будоражит и страшит, это София знала по себе…

И эта история одновременно будила воображение и… казалась такой реальной. Словно совсем рядом и правда могли жить настоящие волшебники, часть тех магов прошлого, которые смогли выжить и скрыться после войны, сохранить историю магии, знания, книги, которые были сожжены тысячами. Эта мысль не давала Софии покоя, и, закончив с историей Ника, она… Просто решила кое-что проверить.

София закрылась в ванной с выключенным светом, села на закрытую крышку унитаза и, сосредоточившись, активировала поток, затем вытянула руку, концентрируя магию на кончиках пальцев, и прошептала: