— Ты это, с нами садись, обсудим немного стратегию и чего кого, вроде Макс инфу какую-то раздобыл.

— Добро, — кивнул Ник.

Впрочем, особо баскетбольного они ничего не обсуждали, зато парни похвастались билетами на конкурс: кто кому чего и как дал эти билеты. Белкина, походу, крутила своим рыжим хвостом направо и налево, так как отдала свои «контромарки» Щеглову Илье и Звягинцеву Эдику, ещё одна из группы поддержки — Катя, из класса Софии или параллельного двенадцатого, отдала билеты Зимину Олегу и Дорничеву Максу. То есть на концерт попадала вся баскетбольная команда. Они обсуждали, стоит ли купить цветы, чтобы кидать на сцену, или лучше потом в понедельник подарить, чтобы не таскаться.

— А тебе София дала? В смысле, билет, — спросил Макс, дёрнувшись от взгляда, которым его наградил Ник. — В смысле… Вы с ней вроде встречаетесь. А то молчишь что-то.

— Задумался просто, — ответил Ник. — Я иду туда сегодня. Но, извиняйте, мы отдельно будем, в другом секторе.

— А почему в другом? — спросил Олег.

— Туда билеты её семья купила, — вроде как и не соврал Ник. Он же тоже «её семья». Муж что, не семья, что ли? — А свои билеты София отдала кому-то из группы, вроде чтоб родных позвать.

— Ого! — дружно переглянулись парни.

— Так у вас всё серьёзно? — спросил Звягинцев.

— А с Софией может быть как-то иначе? — иронично хмыкнул Ник, посмотрев в глаза капитана.

— Да я просто так спросил, — дёрнул кадыком Звягинцев и отвёл взгляд. — Что-то про Янквица слышали?

— Смотался уже куда-то, — сказал Макс. — Он при нашем последнем разговоре интересовался моим здоровьем… Спрашивал, когда я вернусь в команду. Предлагал, кстати, какие-то «усилители».

— Явно не усилители вкуса, — хмыкнул Ник.

— Ага, — мрачно зыркнул Звягинцев. — Короче, парни, Янквиц спёкся. Если в тюрягу не посадят, то из гимназии точно выпрут, лучше никому не говорить ни про какие «усилители», а то начнут какие-нибудь допинги искать и тесты проводить. Да и на всякий исключат из турнира. А оно нам надо?

Все нестройно согласились, что «оно нам не надо».

На том и порешили, как говорится.

Звягинцев как-то всё косился, словно хотел что-то узнать или спросить, но так ничего и не спросил.

После уроков Ник списался в чате-«болталке» со своими, они уже тоже ехали в центр, кроме Сашки, который жил не так далеко от Михайловского концертного зала.

Вообще получалось, что если старший брат сказал Костику, куда там его вызывали и с кого тот брал показания, то вся конспирация с «обычным бедным студентом» уже провалена. Ник только порадовался, что как-то во всех этих сумасшедших и насыщенных событиями днях успел переговорить с Сашкой, рассказать ему и заручиться поддержкой.

Возможно, Костик уже вообще всем разболтал, и они давно сделали параллельный чат, куда не включили его и обсуждали эту ситуацию. В общем, мысли были всякие.

Оказалось, что в блинную, где они договорились встретиться в пять, Ник прибыл не первым, хотя приехал раньше минут на двадцать. То ли пробки все рассосались и ещё не образовалось, то ли как-то по времени не рассчитал.

В углу за большим столом Ник увидел Костика. И с одного взгляда, своей «попаданческой чуйкой» сразу понял: Костик знает.

— Привет, — сел напротив Ник. — Уже в курсе? Брат сказал?

— Угу, — Костик смотрел с интересом. Ник расшифровал это «новым взглядом», пытаясь понять, что изменилось и изменилось ли. — У брата создалось впечатление, что тебя от кого-то прятали и скрывали, поэтому ты был вынужден жить двойной жизнью.

— Сюжет, достойный отдельной книги, — ухмыльнулся Ник. — Впрочем, можно сказать, что я и правда пытался сбежать.

— От кого или чего? — спросил серьёзный Костик, чуть нахмурившись.

— От несвободы, от давления, от всяких снобов, которые диктовали мне правила, которые мне никогда не нравились, — пожал плечами Ник. — Я не скажу, что жил двойной жизнью. Скорее я жил жизнью, которую выбрал сам. Сам выбрал своих друзей, а не дружил, потому что это выгодно, потому что у наших родственников общие интересы или что-то в таком духе. Учился сам по своим знаниям, чтобы никто не стелился передо мной, потому что я кто-то там. Когда люди считают, что с тебя нечего поиметь, они обычно не скрывают своих мыслей и намерений.

— И ты ничего не хотел поиметь с нас? — недоверчиво хмыкнул Костик.

— Если намекаешь на свою семью, то ты про какие-то твои связи с Министерством Полиции сказал, когда мы вместе попали в передрягу в девятом классе, — напомнил Ник. — С Наташкой ещё и теми упырями.

— И правда, — почесал затылок Костик и ухмыльнулся. — Ну, вообще я нисколько не расстроился, узнав, что мой друг сказочно богат…

— Держи карман шире, — вернул ухмылку Ник. — Сказочно богата моя бабуля… А я так, разменная пешка и сын невестки, которую она терпеть не могла.

— О… Так про бабулю это всё правда? — взметнулись вверх брови Костика. — О… Погоди-ка… До меня только что дошло… Твоя бабуля — это же… Это же… Мы про неё и её рекорды недавно говорили, а ты ни слова…

— Ага, она, — усмехнулся Ник. — Маркова Изольда…

— Привет, вы что, раньше пришли⁈ — прервали их разговор Генка, Степан и Наташка, которая посмотрела на Ника как нашкодившая кошка, то есть вроде и уши прижала, но морда наглая.

— О, все в сборе уже, — появился и Сашка, который перевёл дух. — Я вас заметил с остановки, шли не оглядывались.

— Просто Наташка втопила, когда сообщение увидела, что парни уже на месте, — сдал сестру Генка и увернулся от жёсткого тычка.

— Чего-то заказали уже? — спросила Наташка. — Я хочу блин с курицей в сливочном соусе и еще с вишней.

— Куда тебе два, — начал дразнить сестру Генка. — Сама ж ныла, что в джинсы не влезаешь.

— Да это потому что на колготки, дубина! — возмутилась Наташка. — Холодина на улице, минус двадцать почти.

— Записываю ваши хотелки, сегодня я угощаю, — сказал Ник под дружные переглядки с Сашей и Костей.

— Шикануть решил? — обрадовался Генка. — Тогда мне тоже блин с курицей и сладкий какой-то… С бананом и шоколадом — гулять так гулять.

Друзья озвучили пожелания, Ник записал всё в телефон и отправился на кассу. Такой большой заказ даже разделили на двоих блиноделов и выдали электронную напоминалку.

— А к чему вообще такой шик? — спросил Генка. — У тебя днюха вроде прошла уже месяц с лишним назад. Что за повод?

— Я женился, — брякнул Ник.

— Чего-о⁈ — это хором сказали все, кроме Сашки, который новость уже знал.

— Когда?

— На ком?

— Ты шутишь сейчас или реально? — спросил Костик.

— Кто невеста-то? — Генка покосился на сестру.

— София, — ухмыльнулся Ник. — Мы неделю назад знакомились.

— Гонишь! — вытаращился на него Костя, с потом на его лице появился мыслительный процесс складывания два плюс два. — Да ладно?..

— Так это правда? — крутила головой Наташка и прищурилась. — А что, Сашка что-то знает? Он один помалкивает.

— Сашка что-то знает и помалкивает, — прогудел Сашка и показал язык Наташке. — Ник правда женился на Софии.

— Быстро как-то… — нахмурилась Наташка.

— Э… Ну короче, когда вы с ней знакомились, мы уже как бы… — поковырял щёку Ник. — Короче, мы уже были женаты.

— Чего⁈ — последовала новая волна удивления от Генки и Костика.

— Вот теперь я себя ещё тупей чувствую, — пробормотала Наташка, и Ник сделал вид, что ничего не слышал. Не-не-не, он в танке. Замужем. То есть женат.

Степан, конечно, тоже вроде бы удивился, но не так эмоционально, как остальные.

— Давай всё по порядку выкладывай, — когда все немного успокоились и чуть переварили, предложил Сашка.

— А что вы обручалки не носите? — спросила Наташка.

— Э, нет, сначала наш заказ, — сказал Костик, и как раз в ту же минуту начала вибрировать и пищать «напоминалка».

— Кто мне поможет всё притащить? — спросил Ник.

Вызвались Нечаевы. Точней, сначала Наташа, которая заставила брата помогать. Втроём они быстро принесли по два блина каждому — сладкий и несладкий, чайники с заваркой, кружки с кипятком. Несмотря на предложение заказывать сколько хочешь, друзья поскромничали и не стремились обнести кафе «на халяву». Впрочем, каждый заказал то же, что ел обычно, так что за это их Ник тоже любил и уважал.