Гастон склонил голову, сохраняя бесстрастное выражение лица:

— Говори.

Герцог глубоко вдохнул и выдохнул:

— Что ты знаешь о Великом Доме Северных Медведей…

Звёздная система «Скопление Икара».

Мы уже шесть часов сидели в неподвижном корабле. С нами никто не говорил, стазисные сетки и варп‑дизрапторы по‑прежнему удерживали судно на месте. Системы жизнеобеспечения работали лишь за счёт аварийной системы — скудный, но достаточный резерв, чтобы не опасаться удушья или переохлаждения ещё очень долгое время.

На корабле царило напряжённое ожидание. Игнат ушёл к семье и не показывался. А мы переместились в кают‑компанию и завели непринуждённый разговор, пытаясь хоть как‑то снять напряжение. Лейтенант‑пилот и Рэттен наперебой рассказывали истории из своей жизни. Они видели, что я абсолютно спокоен, и моё спокойствие постепенно передалось им. Моё предчувствие опасности молчало, так что переживать было не о чем.

— Двигайтесь на орбитальную станцию, первый шлюз, — спустя ещё два часа ожидания мы наконец услышали голос спейс‑капитана Валтора.

Лейтенант‑пилот сорвался с места и вылетел из кают‑компании. Мы бросились следом.

— Принято, — коротко ответил пилот Валтору, уже сидя в кресле и запуская системы корабля.

С нас сняли стазисные сетки и варп‑дизрапторы. Автоматика ожила, двигатели тихо загудели, набирая обороты. Всё работало безупречно.

— Может, попробуем уйти в варп? — лейтенант‑пилот обернулся ко мне.

— Нет, идём на орбитальную станцию, — ответил я.

Я не собирался улетать, пока не встречусь с Георгием Нордом. И если моё предчувствие молчит, значит, никакой опасности ожидать не стоит — по крайней мере в ближайшее время.

Корабль медленно набрал скорость, направляясь к громаде орбитальной станции. На голографическом экране она росла с каждой секундой: многоярусная, угловатая, с рядами шлюзов и множеством плазменных турелей, она напоминала крепость, выросшую посреди пустоты.

Корабль вздрогнул, и нас плавно потащило к шлюзу.

— Заглушите двигатели, — услышали мы мелодичный женский голос из динамиков корабля.

Пилот выполнил распоряжение. Нас медленно затягивало в большой шлюз.

Лёгкий толчок ознаменовал посадку в ангаре. Ворота шлюза закрылись. Давление и атмосфера внутри ангара пришли в норму.

— Опускай грузовую платформу, — приказал я пилоту.

Я повернулся к Рэттену и Игнату, которые пришли на капитанский мостик:

— Бронекостюмы и оружие не доставайте. Пусть будут спрятаны. Оставайтесь здесь и закройте корабль, как только я выйду. Никому не открывайте без моего ведома. Так, на всякий случай.

Рэттен нахмурился:

— Ты уверен, князь?

— Уверен. Всё будет нормально. Ждите, — я поспешил в грузовой трюм, где уже опускалась платформа.

Как только я спустился, грузовая платформа стала подниматься, закрывая доступ в наш корабль. Недалеко от выхода из ангара стоял капитан‑лейтенант Каэль Дорн — бывший командир секции досмотровых ангаров орбитальной станции «Эридан‑4».

— Привет, Каэль, — я помахал рукой и направился к нему. — Прям всё как в прошлый раз. Сначала Валтор, теперь ты. Не хватает только графа Велена — посла Великого Дома Меровингов. Или ты его спрятал?

— Здравствуйте, князь, — Каэль поклонился. — Сегодня обойдёмся без графа Велена.

Он внимательно посмотрел мне в глаза, словно призывая проникнуть в его мысли.

«Если ты читаешь мои мысли, князь, дай знать. Возьмись за ухо».

Я удивился таким мыслям Дорна, но сделал то, что он просил.

Капитан‑лейтенант сразу развернулся и направился к выходу:

— Прошу следовать за мной, князь. Лорд пояса астероидов ожидает вас.

Я последовал за Каэлем, продолжая читать его мысли:

«Князь, прости за вынужденную задержку твоего корабля. Валтор выполнял приказ Георгия — тянуть время. Мы узнали, что ты летишь сюда, когда твой корабль стоял на зарядке в звёздной системе „Сокровищница Гермеса“. Дом Валуа прислал своего дипломата, именно они нам и сообщили о тебе и попросили задержать. Он хочет с тобой поговорить. Георгий пытался выяснить, зачем ему это надо, но дипломат отказался общаться на эту тему. Единственное, о чём они договорились, это о твоей безопасности, пока ты находишься в этой звёздной системе. Дом Валуа не нарушает своих обещаний. А мы не можем отказать Дому Валуа, слишком мы от него зависим. Сейчас мы идём к дипломату. После разговора с ним ты встретишься с Георгием, он и есть Лорд пояса астероидов. Веди себя естественно».

Всё это я прочитал в мыслях Каэля, пока мы шли по коридору и поднимались в лифте.

— Прошу вас, князь. Вас ожидают, — Каэль открыл дверь в небольшой, роскошно обставленный кабинет.

Как только я вошёл, Каэль Дорн закрыл за мной двери. Я огляделся. За небольшим столиком, на котором стояли фрукты, лёгкие закуски и бутылка вина с фужерами, сидел мужчина средних лет.

Он встал с кресла и поклонился:

— Прошу вас, князь. Проходите и присаживайтесь. Меня зовут Себастьен Клод де Монжуа. Я дипломат Дома Валуа в звёздной системе «Скопление Икара». Можете звать меня просто Себастьен.

— Вообще‑то я шёл на встречу с Лордом пояса астероидов, а не с вами, Себастьен Клод де Монжуа, дипломат Дома Валуа в звёздной системе «Скопление Икара», — я полностью произнёс его имя и должность, попутно пытаясь проникнуть в его мысли. Но упёрся в непробиваемую защитную стену.

«Неужели Георгий дал ему свой прибор?» — промелькнула мысль.

Однако дипломат тут же опроверг моё предположение:

— Я вижу, вас что‑то озадачило? Дайте догадаюсь… — он сделал театральную паузу, — вы не смогли проникнуть в мои мысли? Знаете, в нашем Доме хранятся и не такие древние приборы. Что такое двести лет в рамках галактики? Мгновение.

— Хорошо, Себастьен, вы меня заинтриговали, — я подошёл к столику и присел в кресло.

— Вина? Лучшее вино с планеты Гермес‑V «Сад Меридии». Вы сегодня пролетали мимо. Вам стоит посетить ещё раз звёздную систему «Сокровищница Гермеса» и попутешествовать по всем заселённым планетам. Поверьте, князь, там есть на что посмотреть, — произнёс дипломат, беря в руки бутылку.

— Спасибо, но я не пью вино. Странно, что вы этого не знаете. Никто из моего рода не употреблял такие напитки, — я оглядел стол. — Вы не до конца подготовились к разговору, Себастьен. Я пью кофе, желательно лучшие земные сорта, а не ту бурду, которую пытаются производить на многих планетах.

Лицо дипломата на миг дёрнулось — настолько быстро и незаметно, что никто бы и не обратил внимания. Но я не сводил с него глаз.

Себастьен нажал на кнопку в подлокотнике своего кресла — и в дверь тут же вошёл слуга.

— Принеси кофе, самый лучший, что есть на этой станции, — спокойно произнёс дипломат.

Слуга поклонился и вышел.

Себастьен поставил бутылку на стол и откинулся в кресле.

— Так и будете молчать? — усмехнулся я.

— Хочу дождаться кофе. Знаете ли, князь, не люблю, когда приходится прерываться. Теряется нить разговора, — улыбнулся дипломат.

— Тогда, если вы не против, я задам вам пару вопросов, — я выжидательно смотрел на Себастьена.

— Разумеется, — ответил дипломат.

— Кто вам рассказал про меня? — я не надеялся получить ответ, поэтому сильно удивился, когда дипломат заговорил.

— Герцог Гильом де Мерови, глава Великого Дома Меровингов. Нам пришлось списать ему долг в десять миллиардов кредитов и пообещать, что, если мы получим от вас технологию создания тел из ДНК и переноса сознания, то поделимся ею с ним. Как видите, я с вами абсолютно честен. — Себастьен хотел добавить что‑то ещё, но в это время в дверь постучали.

— О чём я вам и говорил, князь. Всегда прерывают на самом интересном месте, — улыбнулся дипломат. — Войдите.

В кабинет вошёл слуга, неся на подносе большой кофейник и две чашки.

Как только слуга вышел, Себастьен налил нам кофе и, опустившись в кресло, заговорил: